Застенец 3 (СИ)

Извольский повел нас за собой, растянув цепью. Под неусыпным взором следующих по пятам коптеров. Под внимательными взглядами миллионов (если не миллиардов) зрителей. Нет, когда-то я действительно надеялся, что ко мне будет приковано столь пристальное внимание. Правда, считал, что все это произойдет на футбольном поле. У Бога, если он есть, довольно забавное чувство юмора.
Когда мы почти достигли входа во двор, негромко заговорил Бабичев:
— Тридцать две твари, — сказал он. — Большая часть находится у дальней части дома.
Ага, значит, правильно я решил, Максутов будет общаться с нами через моего заклятого друга.
— Не много ли, братцы? — испуганно спросил Филимонов. Благодаря соревнованиям по выходным, я теперь знал почти всех хоть чем-то выделяющихся лицеистов. Этот пацан входил в команду «Запасной амулет».
— Нет, это создания низшего порядка. Убить их не составит труда, — ответил Извольский.
Я вспомнил ежей. Те тоже были созданиями низшего порядка. Разве что не ментальными. И убивать их оказалось относительно просто. Вот только и они нас вполне себе без особых проблем кушали. Что-то мне подсказывало, что в сегодняшнем плане Императора по показательному сокрушению тварей Разлома юными лицеистами смерть последних не была предусмотрена.
Мы прошли вдоль торца дома и оказались во дворе. И тут же большую часть отряда скрутило. Парни выворачивали обед на землю. Даже Извольский присоединился к компании. Удержались я, Бабичев, и, как ни странно, Филимонов. Но вместе с тем я понимал, от чего рвало пацанов. Зрелище нам открылось кошмарное.
 Глава 3 
Двор походил на поле боя, точнее уж, побоища. Разбросанные тела женщин, мужчин, детей, стариков, последнее желание которых было — выбраться отсюда побыстрее. И зависшие над ними Медузы, неспешно занимающиеся мерзкой трапезой.
Что именно они жрут — я так и не понял. Ментальные сущности — твари особые. Это не бешеные ежи, которые являются самыми прогрессивными мастерами по липосакции и смерть как хотят отщипнуть от тебя лишний кусочек. Судя по тому, что существа прилипали к головам жертв, переходя от одной к другой, питались Медузы чем-то не вполне материальным.
— Они живы, — негромко пробормотал Бабичев.
— Что? — не понял Извольский.
— Дя… Его Высокопревосходительство говорит, что все эти люди еще живы.
Я быстро создал Взор, взглянул им и поежился. Не уверен, что здесь уместно было слово «еще». Некоторые жители действительно словно оцепенели и выглядели вполне нормальными. Видимо, сработало то самое прикосновение. Другие… а другие были пустыми. У них билось сердце, бежала кровь по венам, кожа реагировала на внешние раздражители в виде дождя, однако они оказались будто выпотрошены. Ни мыслей, ни надежд, ни страхов. Ничего.
Вот теперь меня по-настоящему пробрало. Не думал, что есть что-то страшнее смерти.
— Надо спасти тех, кого еще возможно, — сказал я.
Извольский кивнул, однако движение вышло смазанным, будто незаконченным. Потому что именно в этот момент Медузы оживились. Почувствовали приближение новой партии пищи, свеженькой, еще необработанной. И медленно поплыли к нам.
— Юнкеры, вперед, — дрожащим голосом произнес Леонид, видимо вспомнив, что именно его поставили командовать.
Впрочем, напрасно. Бабичев уже применил Громовой шаг, и ближайшую к нам сущность разорвало пополам. Не так-то уж они и круты, Максутов был прав.
Выглядела рядовая Медуза довольно неприятно, но вместе с тем не сказать, чтоб внушала какой-то инфернальный ужас. Нечто похожее на полупрозрачное желе, без головы и ног, с множеством коротких, не больше метра, отростков, которое передвигалось с помощью левитации.
Мы сначала довольно сильно воодушевились. Все шло даже лучше, чем говорил Максутов. Казалось, Медузы убивались обо все, что в них летело. К примеру, я сжег нескольких самым простым заклинанием седьмого ранга — Искрой. Всего лишь влил в него чуть больше силы, чем требовалось изначально. И бесформенные твари запылахали.
 
Рядом орудовал волшебной Плетью Бабичев, демонстрируя, что не только на Диком Западе есть хорошие ковбои. Извольский работал с Молнией. Она образовывалась на высоте пятого этажа и расходилась книзу, находя многочисленные цели. Сверкали рядом Взрывы, Громовые шаги, Файерболы (которые мы изучали под названием Огненный клубок — нейминг в Империи был так себе). В общем, все проходило в простом будничном формате.
Маги начали и выигрывали. По крайней мере, мне так подумалось. Медузы решили удивить нас, достав из рукава козырь в виде свой невидимости. И первое время исчезающие сгустки чего-то иномирного даже напрягали. Но и тут Максутов оказался прав. Урон проходил и в состоянии инвиза.
А потом мы стали понимать, что что-то явно идет не по плану. На месте уже убитых Медуз возникали новые. А может даже и все те же. По этому поводу я не мог выдать нечто конкретное. В общем, меньше ментальных тварей будто бы не становилось. Но между тем иномирные создания приближались.
— Отступаем, медленно! — крикнул Извольский.
Вот тебе и пришли, всех победили, ушли, блин. Мне даже подумалось, что Император на фекальные массы изойдет, если внезапно отряд лицеистов погибнет. Это же весь мир увидит. День, когда маги проиграли. Неужели Его Величество не предусмотрел подобное? Его потом можно будет голыми руками брать.
Видимо, о чем-то примерно похожем подумал и Максутов. Потому что именно сейчас Бабичев выдал.
— Его Высокопревосходительство скоро будет. Надо продержаться. Сказал, чтобы Эгиду не накидывали, не пройдет.
— Тогда Заслон, — не спросил, а уже создал форму я, понимая, что мерзкие Медузы отрезали путь к отступлению из двора. Когда только успели?
И тут меня ожидал неприятный сюрприз. Заслон сработал. Но лишь до тех пор, пока ближайшая Медуза не вошла в невидимость. Оказалось, что в таком состоянии она способна не только игнорировать собственную регистрацию в оптическом диапазоне моими органами чувств, но и не обращать внимания на наши защитные заклинания.
— Падаль тверская! — выругался Извольский.
Почему именно тверская, я спросить не успел. Наверное, в этом городе жила первая любовь Леонида, которая разбила ему сердце. Короче говоря, можно было поспорить с формой, но никак не с содержанием. Я бы добавил еще пару добрых слов, однако не хотелось смущать высокородных господ.
— Где там твой дядя? — повернулся я к Бабичеву.
— Заслон, — растерянно пробормотал он. — Кто-то выставил Заслон. Он не может пройти.
Что удивительно, всех присутствующих разделяли степень происхождения, образование, воспитание, финансовая состоятельность, но выражение офигевания на лице стало одинаковым. К этому жизнь нас не готовила.
Я пытался соображать быстро и по делу — Заслон мог поставить только маг. Заклинание пятого ранга, но если уж Максутов не может пробиться, то надо накинуть призывателю еще пару левелов, а может и больше. Хотя, если честно, не хотелось бы.
А между тем нужно было спасаться от Медуз, которые находились в нескольких метрах. Эх, мне б сюда первый ранг. Фиганул бы Небесный огонь, и отшкрябывайте потом всех, кто попал под замес.
Но мозг работал на удивление плодотворно. Медузы — это ментальные существа низшего порядка. То есть, самая грязь под ногтями. И я со своим вторым рангом всяко сильнее их. В общем, надо пробовать.
Форма Умиротворения была сложной, но именно сейчас я смог создать ее максимально быстро. Работало заклинание исключительно на недомов и на магов, находящихся намного ниже в иерархии, чем призыватель. Собственно, на это я и рассчитывал.
Визуально ничего не произошло. Не возникла волна, разошедшаяся вокруг. Просто Медузы вдруг замерли, словно кто-то ввел их в состоянии анабиоза. Хотя, почему кто-то? Я.
— Что это? — спросил Извольский.
— Лучше не спрашивай, — ответил я. — Давайте, рубите их в капусту, быстрее.
Простой и незамысловатый план, как навес на таранного форварда с фланга, потерпел фиаско почти сразу же. Потому что на наших глазах убитая Медуза сверкнула упавшим сульфаром и поднялась с земли.