Застенец 3 (СИ)

— Никто Вас ни в чем не обвиняет, — сказал Зейфарт. — И Вашего объяснения вполне достаточно. А теперь давайте, наконец, покончим с этими неприятными делами и перейдем новостям хорошим.
Господин директор достал из ящика листок, погоны, чуть приосанился и зачитал:
— За доблесть, проявленную в сражении с созданиями Разломов присвоить портупей-юнкеру Ирмер-Куликову внеочередное звание подпоручика. Приказ пришел на днях, но Вы болели. Все остальные Ваши товарищи уже получили звания, кто портупей-юнкера, кто поручика. Кортик смените на саблю, к тому же теперь Вы поступаете на действительную военную службу Его Императорскому Величеству, потому Вам назначено жалование. Николай, чего Вы молчите? Что нужно сказать?
— Служу Царю и Отечеству, — без особого энтузиазма ответил я.
— Что-то я не слышу радости в твоем голосе, — заметил Зейфарт, вновь перейдя на «ты».
— А надо радоваться? Что обер-офицерский чин, который, насколько я понимаю, не дается в мирное время, достается первокурснику? Без экзамена и всякой выслуги? Скорее всего, мы на пороге чего-то ужасного. Потому что, если мальчишек делают офицерами, вот так, наспех, значит, дела совсем плохи. И радоваться здесь особо нечему. Разве я не прав, Ваше Превосходительство?
— Саблю и форму получишь у фельдфебеля, — сдержанно протянул мне погоны Зейфарт. — Только прошу повременить с этим пару дней. Пока улягутся все пересуды. Можешь быть свободен.
Я взял погоны и молча удалился. Собственно, не скажи он про эти пару дней, и сам бы я не стал торопиться. Только лишнего внимания мне сейчас не хватает. Да и очередное повышение не радовало. Это напоминало последний ужин смертников в тюрьме, когда им приносят все, что те захотят. С другой стороны, в финальной битве, когда она настанет, лучше быть офицером, чем рядовым.
Я вернулся в класс, даже не особо обращая внимания на говорившего у доски преподавателя. Помолчал еще немного и повернулся к Дмитриевой.
— Ты права. Ни в каком борделе я не был. Но это все, что я могу сейчас сказать. Спасибо за то, что ты веришь в меня. Наверное, единственная. Надеюсь, настанет время, когда я смогу все рассказать.
— Так бы сразу, — пожала плечами Лиза, не став меня пытать новыми вопросами. — И ты бы с футболистами нашими встретился. Фима пытался их тренировать, но выходит у него откровенно плохо. Да и погода, опять же…
Я кивнул. Собственно, она права. До похода в родной мир магов время у меня есть. Сначала надо дождаться, пока Максутов соберет все необходимое для помощи самарцам. Чтоб два раза не вставать. А это точно за день не сделается.
Думать постоянно о предстоящем походе — себе дороже, с ума свихнешься. Надо переключиться на какие-то более мелкие задачи, занять себя. Тем же футболом. И к обеду я даже придумал, что мне делать.
Как известно, всеми любимый вид спорта по названию «футбол» — летний. Но так уж вышло, что на большей части нашей необъятной Родины холодная пора занимает подавляющее время года. В столице эту проблему давно решили крытыми манежами с искусственным покрытием. Иногда подобная роскошь появлялась и в регионах. Тут все зависит от личного участия некоторых неравнодушных лиц. К примеру, в Оренбурге имеется хорошее поле девять на девять под крышей, а в Самаре такого нет. Как и почему — вопрос другой. «Крылья» уже несколько лет грозились постройкой необходимого манежа, однако воз стоял и ныне там.
У меня, собственно, все нашлось под рукой. А именно — центральное здание бывшего завода. Если убрать оттуда все лишнее, то получится скромное поле почти девять на девять. Может быть, по длине чуть меньше, чем необходимо, но у большинства здешних команд и этого не найдется. Поддерживать температуру можно либо с помощью котла, либо взять один из артефактов обогрева. Такие есть, я видел. Ташкента там, конечно, не будет, но тренироваться можно. Остается самый важный вопрос — покрытие.
Искусственную траву с резиной или песком достать проблематично. Нужно выходить на поставки из Застенья, а это лишний повод обратить на себя внимание. Сделать в «манеже» поле с нормальным газоном? В принципе, реально. Натащить земли, с помощью зоомагов высадить траву. Можно управиться за несколько дней. Вопрос в другом — как это все поддерживать в надлежащем виде? После каждой тренировки или игры обновлять? Даже с нынешним жалованием подпоручика влечу на крупную сумму. А еще близится срок оплаты аренды дома и налога на землю. С другой стороны, может, завтра бахнет по нам, и не придется ничего платить?
 
Ладно, если серьезно, запасной вариант я нашел — паркет. Да, там немного другая физика полета мяча. Да, собственно, и мяч нужен другой, как и обувь. Не знаю, если тут вообще «футзалки». Возможно, придется даже изготавливать под заказ на всю команду. Но вдолгую это будет все равно дешевле.
На том и остановился.
Потому после учебы мы с Лизой отправились в парк, где на изрытой поляне уже собиралась кучка футболистов. Самых преданных такому нелегкому делу, как тренировка в конце октября на открытом воздухе.
За что я люблю простолюдинов — так за прямоту. Фима сразу подошел и спросил про бордель и мое отсутствие. Не стал ходить вокруг да около. Короткого «нет» ему было достаточно. Он удовлетворенно кивнул и отошел.
План играть под крышей, а не в замерзающем парке с голыми деревьями, команда восприняла на ура. Осталось лишь объяснить им, что такое футзал и как это все будет выглядеть. Футболисты даже вызвались прямо сейчас тащить все, что нужно для постройки нового манежа, но я охладил их пыл. С наскока такие дела не проворачиваются.
Для начала я заехал в лавку, где покупал бутсы (с хозяином у меня сохранились неплохие отношения) и сказал, какая именно обувь мне понадобится. Разговаривали мы долго, и к нужному пониманию пришли не сразу. Но все же пришли. Заодно я выведал и другую информацию, что нужно для обустройства завода.
После заехал в стекольную мастерскую, где договорился с управляющим, что рабочие приедут через несколько часов, чтобы просчитать и замерить все окна, где нужно заменить стекла. А затем уже — в мастерскую по ремонту домов, которую посоветовал хозяин спортивных товаров. Договорился о том же, о замере. Только с этим на следующий день. Все-таки объем досок для настилки пола вышел немалым. А после потребуется еще пройтись в несколько слоев лаком.
Самым сложным в моем плане оказался этап обогрева. Котел, рассчитанный на эту площадь, вместе с углем выходил в кругленькую сумму. Ровно как и артефакт. Таких денег у меня пока не нашлось. Потому с отоплением я решил повременить.
Собственно, еще месяц мы протянем, а уж потом надо будет вновь вернуться к этому вопросу. Пока потренируемся и так.
Необходимо отметить, что план по отвлечению меня от спасения мира (и себя) работал довольно неплохо. О мерзкой полосе, прошедшей через всю грудь и живот, я вспоминал лишь утром, когда мылся. Из минусов — пришлось теперь отсылать Иллариона и выполнять гигиенические процедуры самостоятельно.
С обеда, а иногда и почти с утра (подумаешь, прогуляешь пару уроков) до позднего вечера я руководил возведением манежа. Окна застеклили скоро, а с полами пришлось повозиться. Это притом, что мужики работали действительно на совесть и по возможности быстро.
Футболисты крутились рядом, пытаясь помочь, но при этом добивались ровно обратного эффекта. Мужики беззлобно ругались на них, а еще чаще посмеивались.
Я даже заметил для себя, что не хочу окончания всей этой стройки. Будто именно сейчас и занят действительно чем-то важным. И с некоторой грустью глядел, как рабочие проходят рубанками выложенные доски, добиваясь идеально гладкой поверхности. Ну все, теперь лаком покрыть, дать высохнуть — и можно загонять эту шоблу на паркет. Хозяин лавки сообщил, что обувь уже делается. К слову, я заказал еще и мяч для зала — более тяжелый, чем обычный, чтоб он меньше скакал.
Поэтому когда я вечером увидел знакомое лицо, внутри все оборвалось. Миры, собственное разрушение тела и прочие проблемы не собирались отпускать меня. Дараган стоял поодаль от помещения завода и ждал, когда я обращу на него внимание. Чтобы позлить неприятного мне человека я делал вид, что не замечаю его, но потом все же подошел.