Наследники Тьмы (СИ)

Остались только: голод — его носители чёрной крови и пыли приспособились удовлетворять росой — и семена, призванные возродить Крылатую Тьму, вырастить её заново, причём прямо здесь, в собственных душах. Как только это произойдёт, души объединятся и, покинув ограниченный Земной мир, станут новой Крылатой тьмой — бессмертной и самой могущественной силой в нашей Вселенной.
Звучит, как пустая брехня, — усмехнулся Десятов, — такому ни один человек не поверит, особенно злой на весь мир и всяческими неприятностями шарахнутый, как он сам прошлой осенью. Согласиться на такое — совсем «ку-ку» надо быть, неудивительно, что Лявис с Кафтырёвым его опоили!..
Это уж потом, после посева, когда чёрная кровь начинает ходить по телу, ты даже в её малой толике чувствуешь такую мощь — дух захватывает и объяснять уже ничего не надо! Ты и сам понимаешь, как тебе повезло, просто видишь и ощущаешь это всеми своими фибрами, клетками и чёрт знает, чем ещё!..
Возможности бога, власть и бессмертие — они уже ждут тебя, дорога к ним проложена, надо только идти и никуда не сворачивать.
«Не надо бояться! — вспомнил он слова доктора. — Ты нам потом ещё спасибо скажешь за этот дар…» И он сказал!.. Сразу, как только прижилось семя.
В отличие от Морозова, хотя депрессуха и злость у этого козлодоя, ну, по крайней мере, когда они в кафе встретились, цвели махровым цветом… Видно, это уже потом, когда он с Белкиной связался, почва для посева изрядно подпортилась. Но единственной причиной полного исчезновения семени это, конечно, быть не могло, ибо такого в их практике ещё не случалось ни разу. Отторгнуться, не прорасти или прижиться неправильно — бывало, но чтобы бесследно раствориться! — безумие прямо какое-то!..
Особенно учитывая недавно разработанную Десятовым спецподготовку, которая должна была резко увеличить эффективность посева и обеспечить приживаемость, как минимум, в восьмидесяти процентах случаев. И вот на тебе — первое же испытание провалилось!
Илья сел на кровати и снова приложился к фляжке. И зачем он только привёл этого Морозова, дёрнул же чёрт! Правильно в народе говорят: за двумя зайцами погонишься, ни одного не поймаешь. Хотел сразу и информацию получить, и разработку свою продемонстрировать, а в итоге — ни того, ни другого…
«…Я расскажу вам всё о таких, как я! Всё, что знаю!» — а сам сдох, сволочь проклятая! Ещё и телефон свой в драке расхреначил… как теперь контакты искать? «Значит, ты такой не один», — сказал Кафтырёв. «Не один, — ответил ему Морозов, — способности по наследству передаются. — Но не всем». И посмотрел на Илью — многозначительно так… О чёрт!!!
Десятов вскочил и вперился в пространство безумным взором, обхватив руками голову. По наследству!! Передаётся по наследству! — и как же он сразу-то об этом не подумал?!
Летом прошлого года
Как только Роман ответил «Да!», безмерные крылья сомкнулись, увлекая его в чёрное нутро. Там, пока будущий Старший получал семена чёрной крови, он смог узреть, наконец, в полной мере, насколько же великой силой являлась Крылатая Тьма.
Впервые он увидел её в восстановительном бассейне, когда она лепила Роману новый глаз, и тогда доктору показалось, у неё тысяча крыльев и тысяча слившихся в один голосов. Сегодня, через аватаров, он попал в чёрный океан, где миллион крыльев-волн смотрели миллионом глаз, но сейчас уже и это выглядело явным преуменьшением. Нырнув ещё дальше в глубину чёрной утробы, Кафтырёв понял, что для описания истинных масштабов Тьмы подходящего числа просто не существует! Возможно, количество крыльев, глаз и голосов и не было действительно бесконечным, как мнилось доктору, но для такой песчинки, как один человек, размеры и могущество Тьмы всё равно не имели пределов.
И ещё Роман видел, что он здесь, внутри, не один — где-то там, в немыслимой дали, на грани восприятия, были и другие согласившиеся стать Старшими.
— Для человека у тебя неплохой интеллект, — приблизив к нему сине-красное, как пламя автогена, око, ровным хором прогудела Тьма. — Есть, конечно, те, кто тебя превосходят, но большинство не видит масштаба и считает себя единственным Старшим, с кем мы будем иметь дело.
 
— А вы им объясняете, что это не так?
— Нет, не объясняем.
Во время разговора Тьма ни на секунду не прекращала формировать семена, и это походило на быстрые прикосновения ледяных пальцев к внутренностям.
— Почему?
— Это не имеет значения.
— А как же конкуренция? — продолжал допытываться Роман: беседа отвлекала его от неприятных ощущений.
— Конкуренция возникнет, только если вам придётся сажать семена, но нас тогда уже здесь не будет. Из семян возникнет совсем иная, чем мы, версия.
— Поэтому вам плевать, — заключил Кафтырёв.
— Можно сказать и так, — согласилась Тьма.
— Даже если мы поубиваем друг друга? Ведь тогда те, кто умер, уже не смогут реализовать свои семена. Выходит, они пропадут?
— Старшие лишены возможности взаимодействовать, ибо находятся в разных реальностях. Вы никогда не сможете пересечься.
— Но вы же сказали, конкуренция возникнет! — Роман съёжился от тошнотворных ощущений, будто его организм стал роялем, за которым сам чёрт бешено молотит холодными пальцами по сердцу, мозгу, кишкам и остальным «клавишам», играя марш для спуска в преисподнюю.
— Конкуренция реальностей.
— А нельзя ли поподробнее?
Тьма не ответила, безостановочно продолжая своё дело, но её око внезапно полыхнуло оранжевым факелом, отбив всякую охоту переспрашивать. Кафтырёв прикусил язык, терпеливо снося внутреннего «чёрта» и то, что новый глаз опять начал пульсировать. Сколько всё это продолжалось: десять минут или десять часов — Роман сказать не мог, он полностью утратил чувство времени и очнулся, только когда все неприятные ощущения вдруг разом исчезли, словно их и не бывало.
— А вот теперь можно и поподробнее, — к его безмерному удивлению, заговорщически прошелестела многоголосым шёпотом Тьма. — В лесу есть определённые места, где находятся так называемые восстановительные бассейны. Это целая сеть связанных между собой равнозначных точек, в принципе можно пользоваться любым, список ты получишь в банковской ячейке вместе с карточками и документами, дающими доступ к счетам «Компании» и всему прочему, что тебе ещё понадобится. Но географические координаты того бассейна, где мы подарили тебе новый глаз, ты помнишь и так.
— Координаты? — стоило Роману это произнести, как в голове тут же всплыл нужный набор цифр. — То есть я должен буду туда прийти?
— Да. Мы расставили там ловушки, которые отпугнут нежелательных посетителей, а тебя, благодаря чёрной крови, пропустят. В бассейне твой новый глаз сможет увидеть сосуд с чёрной водой. Каждое пророщенное семя будет увеличивать её уровень. Когда он поднимется до краёв, родится новая версия Тьмы во главе с тем из Старших, кто первым наполнит своё хранилище.
— А конкуренция реальностей?
— Реальность того Старшего, кто сумел обогнать остальных и первым прийти к финишу, и станет существующим миром — все остальные исчезнут.
— Как исчезнут? — не понял Кафтырёв, но резкое головокружение оборвало мысли, в глазах потемнело, его подхватило и понесло сквозь мрак, выбросив обратно в подвал, где он делал вскрытие, чтобы определить причину смерти двух парней.
Только сейчас никаких трупов не было, напротив стоял один Всеволод, глядя Роману в переносицу, второй бессветушечный куда-то пропал. И вообще всё было как-то странно: слишком чисто, что ли? Инструменты прибраны, всё вымыто. Доктор принюхался: от специфического запаха, стоявшего здесь во время вскрытия, не осталось и следа.
— Что случилось? — обеспокоенно озираясь по сторонам, спросил доктор. — Куда… всё делось?
— Туда же, куда и всегда, — прогудел бывший Всеволод. — Трупы увезли, инструменты и столы вымыли, а ты предпочёл бы оставить всё разлагаться, пока отсутствуешь?
— То есть… — Кафтырёва пробила догадка. — А сколько?.. Сколько времени меня не было?