Станешь моей победой (СИ)
До начала пары каждый пытается себя чем-то занять. Наблюдая за студентами, ловлю одних за книгами, других за оживленным спором, третьих — застаю за объятиями и горячими поцелуями. А что делаю я? Вздрагиваю от каждого шороха. Серьезно, как невротичка дергаюсь.
После выходки Савельева и его сообщений, мне приходится с самого утра скрываться, ища разные пути-проходы до аудиторий. И даже вчера, когда мы с Плутосом сидели в кафе по настоянию отца, мне казалось, что Мир где-то рядом.
Брр…
У меня паранойя? Наверное…
Как умалишенная перечитываю нашу переписку с Мироном, снова подвисая на отправленной фотографии. А когда дочитываю до конца, осознаю, что снова пылать начинаю.
«…хочу увидеть тебя»
«С нетерпением жду понедельника…»
Господи… Никогда не думала, что настанет тот день, когда я готова буду найти тысячу способов, лишь бы не идти на учебу. Я могла бы солгать о своем самочувствии, о том, что в университете карантин и все занятия отменили. Да я даже готова выдумать экскурсию и бродить по городу до захода солнца! Лишь бы обезумевшее сердце перестало рваться из груди безудержной птицей.
Готова ли я к встрече с Мироном?
Определенно нет! Потому что каждое наше столкновение заканчивается крушением моей нервной системы и впервые я чувствую трещины на своей броне.
— Ладно, девочки, мы на пару погнали, — отрываясь от книги, говорит Даша. — Сегодня у нас зачет по инженерной геодезии. Борисову приспичило провести его аж за два месяца до конца учебного года. Злыдень, блин, — ворчит Леонова и, взяв Лилу за руку, тянет ее за собой. — Лоллка, из-за тебя можем опоздать! Давай прощайся со своей подписотой и шевели ногами!
Обнявшись с подругами, остаемся вдвоем с Машей. Мне так хочется спросить ее о том, что было в баре после моего ухода, потому что с того дня мы не переписывались. Чем закончилась потасовка с наглецами? Все ли хорошо с великолепной четверкой?
Поджав губы, нервно сминаю край сарафана и пристально смотрю на Марию, не решаясь завести разговор.
— Тихая, дыру решила во мне прожечь? — улыбается Маша, отрываясь от учебника по начерталке*.
— Что? Эм… Нет… Просто спросить хотела… — мычу невнятно. Боже, ну почему я такая мямля? И краснею так, будто о чем-то непотребном спросить хочу. — Что было после того, как я ушла из бара? — интересуюсь несмело, стараясь выдавать как можно меньше эмоций, хотя голос волнами ходит, то набирая высоту, то стремительно падая вниз.
— Ой, прям-таки ушла… — в глазах подруги заиграл шальной огонек. — Все видели, как тебя Савельев на плече унес. Это, конечно, был высший пилотаж, потому что Жози знаешь, как разрывало! Лучше скажи, что было потом?
— Да ничего, — пожимаю плечами и отвожу глаза. — Мирон вызвал такси и отвез меня домой.
— И все? — с нескрываемым разочарованием тянет Мартынова. — Этот пикап-мастер просто отвез тебя? И даже не клеился?
— И все.
— Странно, — задумчиво говорит подруга. — Мне Писатель другое рассказывал.
— Что именно? — выпаливаю резко и тут же замолкаю.
— Ну, раз у вас ничего не было, значит, проехали, — дикая провокация со стороны Мартыновой, не более. Вижу же, что на понт меня поймать хочет. — Точно ничего не было? — добавляет поспешно. Но о том, что произошло тем вечером, я не хочу ни с кем делиться. Пусть это останется только между мной и Мир… Нет, только между мной.
— Я же сказала, что Савельев просто отвез меня домой.
— Ладно, не хочешь рассказывать, твое право, — говорит Маша и тут же ее резко вспыхивает негодованием. Перекосив лицо, Мартынова закатывает глаза и томно вздыхает. — О, а вон, кстати, и Мир идет со своими отбитыми дружками. Сейчас Султан-придурок-Данияр-Истомин не упустит возможности взгреть меня с утра пораньше. Я лучше пойду, пока он настроение в очередной раз не испортил, — схватив сумку, Маша спрыгивает с подоконника и с недовольным лицом скрывается за дверью женского туалета, оставляя меня одну.
Прекрасно, блин!
Машинально оборачиваюсь и сталкиваюсь с темной бездной. Рваный вздох. Глаза в глаза. Дрожь сумасшедшим потоком рубит. Чувствую, как вся оболочка буквально гореть начинает, будто меня с ног до головы окатили керосином и бросили спичку. Вспыхиваю моментально, пропуская через себя тяжелую, чужеродную энергию. Этот коктейль реакций пробуждает во мне какое-то крайне тревожное чувство. Это не волнение, не тревога, не страх. Это куда страшнее знакомых и привычных мне состояний. Оно масштабнее, мощнее и губительнее.
Чем меньше расстояние между нами, тем сильнее меня трясет. Я, конечно, стараюсь не проецировать свое состояние с появлением Савельева. Убеждаю себя, что подобная реакция и скачек давления — не что иное, как физическое отторжение внутренних проблем, которые я, возможно, сама выдумала.
Ой, мамочки…
Начинаю нервно осматриваться вокруг, выискивая возможное укрытие. Да, телепортация мне не помешает! И ничего лучше не придумав, я просто влетаю в кабинет черчения. Благо он оказался пустой. Пересижу здесь пару минут, пока эта великолепная четверка не уйдет.
Но больше всего меня пугает не появление Мирона, а какое-то нереальное сочетание противоречивых эмоций. Вроде бы хочется спрятаться, остаться незамеченной. Но в то же время всплывает вопрос, распаляя интерес: «А что будет, если я останусь?». Но к счастью я принимаю правильное и взвешенное решение — ухожу от проблемы путем бегства.
В кабинете становится немного спокойнее, но все же полностью расслабиться не удается. Остановившись около стола преподавателя, блуждаю взглядом по периметру помещения.
Нет, я же не могу постоянно прятаться. Это же смешно! Не станет же Савельев преследовать меня! К чему все это? Возможно, я слишком много на себя беру. Знаю, что это обычная шутка, глупое развлечение с новенькой. Скоро он потеряет ко мне интерес и однажды даже имени моего не вспомнит.
Не вспомнит…
Почему-то такой вариант воспринимается болезненно.
Поглядывая на наручные часы, принимаюсь мерить кабинет шагами. Хожу взад-вперед, считая минуты. Не знаю, сколько я здесь проторчу, прежде чем решусь выйти в коридор.
Едва не застонав от отчаяния, падаю на стул и чувствую несколько коротких вибраций в сумке. Достаю телефон. На экране высвечивает пропущенный от Маши и одно сообщение:
Мария Мартынова: «Аня, ты где?»
Анна Тихая: «В триста девятом сижу».
Мария Мартынова: «Что ты там забыла? Выходи!»
Хочется спросить, нет ли рядом Мирона, но думаю, это будет выглядеть очень странно, учитывая, что в последнее время Мария задает слишком много вопросов и выдает бредовые мысли относительно меня и Савельева. Но и сидеть в душном кабинете вечно я тоже не могу, пара скоро начнется.
Забросив телефон в сумку, поправляю сарафан и иду на выход. Вот только около двери сердце принимается в каком-то супер ускоренном режиме стучать. Кажется, что с каждым ударом содрогается и все тело.
Торопясь покинуть кабинет, резко дергаю ручку и с ходу врезаюсь в чью-то грудную клетку. Ойкаю, ощущая давление рук на моей талии.
— Аня, осторожно. Не ушиблась? — бьет по перепонкам знакомый голос. И все же ни к присутствию Савельева, ни к столкновению с ним я не была готова.
— Нет, — пищу, потирая лоб. А у самой дух от этой близости захватывает.
Кажется, я узнаю Мирона из тысячи. Нет… Я узнаю его из миллиона других мужчин… По голосу, по запаху его кожи, даже по дыханию найти в толпе смогу. Нормально ли это?
Боже, да я, кажется, схожу по нему с ума!
Как мне принять сей факт и не разбиться? Что же теперь будет? Как мне избавить не только от этих реакций, но и от новых, пугающих чувств? Возможно ли от этого убежать?
Вопросы, вопросы, вопросы и ни малейшего понятия, как быть дальше и что со всем этим делать.
— Снова от меня прячешь? — задает прямой вопрос Мирон, но ответа не ждет. — Глупая идея. Все равно же найду. И… — убирая руки с талии, корпусом заталкивает меня обратно в кабинет, закрывая за собой дверь. — Рад тебя видеть, Тихоня. Есть планы на вечер?