В плену огня (СИ)
Подвинув отложенные на время документы, я с удовлетворением погрузился в мир сводок и цифр. Ещё рано, но когда на работу придёт моя будущая жена, нужно повторить то касание пальчиками. Пусть привыкает. Однако раньше, чем встреча с Ксанией, у меня случилось другое «свидание».
— Адди! — широко раскинув руки для объятий, в кабинет шагнул австралийский кузен НК.
Натан Кермт, вообще-то. Но его почти никто так не зовёт. Короткое прозвище давно приклеилось. А вот то, что он зовёт меня «Адди» — единственный! — меня бесит.
Я внимательно осмотрел довольного кузена. Вырос. Возмужал. Стал мужчиной. Но чувство самосохранения так и не приобрёл, судя по всему. Всё так же рискует получить в лоб, обзываясь.
На плече НК висела объёмная сумка, и брови сами собой поползли вверх. Какого⁈ Мог бы и в особняк съездить, разместиться.
— Ты что, сюда из аэропорта примчался?
— Так и есть, — радостно подтвердил НК. — Заинтриговал ты меня заданием, какой тут отдых! Как дела, брат? Ты не меняешься, по-прежнему трудоголик. Селю я уже видел. Как в старые добрые времена! Очкарика к стулу приклеивать будем?
— Нет, — рассеянно отозвался я, прикидывая, где разместить кузена в офисе. Я, конечно, хочу запустить его в дебри компьютерных программ «Андрвис», чтобы повысить эффективность компании, но рассчитывал делать это несколько позже. — Его теперь нельзя.
— Понимаю. Он девушку встретил. — НК энергично кивает. — Он со мной поделился. Сказал, что красавица и имя звонкое… Я только забыл какое. На его похоже.
Присев на стул, Натан совершенно непринуждённо перескакивает на другую тему.
— Какие будут поручения? Кабинет выделишь? Готов приступить к выполнению обязанностей прямо сейчас. — Натан пошевелил пальцами, изображая, как печатает на клавиатуре. — Спасибо, что пригласил, кстати. Обещаю, что работу исполню грамотно и быстро. И отдельная благодарность за то, что сдёрнул из Австралии. Не думал, что в Бостоне встречу свою девушку.
Последнее бессовестно пропускаю мимо ушей и вообще не сконцентрировал бы на заявлении внимания, если бы НК не добавил:
— Работает в твоей компании. Настоящая красавица!
— Уволь меня от интимных подробностей, — бормочу я. Натан тот ещё ловелас. Влюбляется по пять раз на дню. Но… Австралийский фонтан не заткнуть.
— Не вижу ни единой причины, по которой ты не можешь меня выслушать. Столкнулся с ней у входа в офис. Хрупкая, стройная, грациозная! Двигается, словно по звенящей струне идёт. А глаза какие потрясающие!
…Ещё один. Я устало вздыхаю. Поветрие, должно быть.
— Жаль, видел её мельком.
— Натан, ты меня поражаешь.
— Люблю поражать. Я был бы не я, если б не поражал. Да что я тебе расписываю красотку, когда лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Так говорят у вас в Америке? Взгляни сам: вот же она!
НК так внезапно показывает рукой сквозь стекло кабинета, что я не удерживаюсь от поворота головы. Ошарашенно моргаю из-за увиденного. А потом внутри начинает кипеть. Голос превращается в рык, пальцы вцепляются в столешницу, но Натан ничего не замечает. Он восторженно сияет, любуясь на… Ксанию. Моя малявка как раз проходит мимо.
— Видишь её, да? Единственная девушка в твоём офисе, достойная внимания. Оказывается, есть такие в «Андрвис», вот уж не думал. Обязательно познакомлюсь с ней ближе и напрошусь в гости. Приду с букетом, как полагается, — голос Натана наполняется томной медлительностью. Звучит проникновенно. — Надеюсь, красавица посмотрит на меня благосклонно. Хотя, знаешь, такими глазами она может хоть как смотреть. Её взор, словно восточная сказка, полон тайн и невысказанных обещаний. И солнечных искорок. Глаза — как редкий янтарь.
«Скорее уж дикий мёд», — мысленно возражаю я своему не в меру восторженному родственнику. А по краю радужки действительно солнечные искорки.
— Волосы — чистый шёлк! — продолжает восхищаться НК, не подозревая, что я уже на грани убийства. — А грация движений такая, что…
— Хватит! — рявкнул я, доведённый до умопомрачения.
Вскочил с места, удивляясь собственной вспышке. Я что… ревную? Обуздав бешенство, сжал переносицу пальцами и с усилием потёр.
— НК, ты когда-нибудь молчишь? Если не заткнёшься немедленно, то отправишься высказывать свои восторги по поводу Ксании обратно в Австралию.
— Так её зовут Ксания? — взгляд кузена вновь изменился, став внимательным, чуть настороженным, но тон прозвучал по-прежнему весело. — Прекрасное имя. Оно так будоражит.
— Ты осторожнее будоражься, — с угрозой процедил я. Нужно сразу расставить точки над «i». — Ты сейчас о моей невесте говоришь. Я собираюсь жениться на Ксании.
— Серьёзно? — Натан воззрился на меня. — А как же разговоры о твоей свободе, что превыше всего? И тяготел ты всегда к красоткам другого плана.
Было такое. Всерьёз задумываюсь над сказанным. Я и на Ксанию с мужским интересом до некоторого момента не смотрел. Выбирал так, чтобы спереди побольше выдавалось… Да мне безразлично на самом деле! Не знаю, почему раньше в это упирался. И считал, что девушка должна быть одного со мной социального положения. Пф! Ставил дополнительные барьеры между собой и женитьбой. Теперь уверен: это незначительная мелочь. Тем более после женитьбы у Ксании будет моё социальное положение.
— Всё меняется, — ровным голосом проговорил я, не отпуская кузена взглядом.
Он опоздал. Ксания целиком и полностью моя, и он должен принять это. Однако Натан не дрогнул. Вырос мой кузен. Обнаглел.
— И когда свадьба?
— Мы в процессе решения. Но не позже, чем через месяц.
НК присвистнул:
— С чего вдруг у тебя такое нетерпение приключилось?
Я закашливаюсь. От немедленного убийства родственника меня спасло появление невесты. Та, о ком мы говорили, постучалась в кабинет. Зашла получить распоряжения по поводу работы.
— Мне на парковку или в архив? — с ехидцей поинтересовалась она, отчего НК перекосило от ухмылки.
«Умеешь ты ухаживать», — едва слышно пробурчал он мне.
А «мистер Алмазов» от Ксании и явное желание держаться подальше произвело на кузена неизгладимое впечатление. Он весело оценил пассажи девушки, затем моё сумрачное лицо (я был очень, очень недоволен; особенно дистанцией) и громко заявил:
— Так между вами ещё не до конца слажено? Не похоже, что тебя считают крепко любимым женихом, брат.
Натан приблизился к Ксании, и некоторое время я был вынужден наблюдать за их разговором. Весьма любезным, кстати. Эта малявка… Она ему улыбалась! НК говорил нечто приятное, шутил, и её первоначальное удивление перерастало в симпатию. Я чувствовал себя, как закипающий чайник.
— НК, тебе нужно работать, — наконец рыкнул я, утомившись смотреть на танцы павлина. — Ты хотел кабинет. Сейчас будет. Очень благодарен за то, что приехал, но сейчас иди.
— Ну, какая благодарность, Адди! — Ксания хихикнула, прикрывшись кулачком. — Я лучше развлеку Ксанию, прежде чем пойду.
«Я тебе развлеку!» — от всей души шипел я, но вслух ограничился яростным:
— Мисс Ксания Ми́лан для тебя. Скоро Алмазова. Иди, пока я не передумал. И ты, Ксания… тоже.
Глава 7. Вы не имели права!
Андриан
То, что я не видел упрямую девчонку после нашего разговора несколько часов, дошло до меня не сразу. А ведь приказал ей идти и заняться работой. Правда, что именно делать — так и не сказал. По счастью, Натан сидел в выделенном ему кабинете, занимался делами, по офису не бродил (а, следовательно, с Ксанией не пересекался), и это меня успокаивало. Австралийский кузен на самом деле стал высококлассным специалистом. С первых же запущенных тестов он нашёл уязвимые места в электронной системе охраны моей фирмы, исправил их, а затем утонул в компьютерных выкладках. Работает теперь, анализирует, хмурится и больше ничем не напоминает отчаянного камикадзе, наперекор зовущего меня Адди.
Убедившись, что НК плотно завален работой, я вновь испытал зудящее беспокойство за невесту. Где эта неугомонная девчонка, чёрт возьми? Уйти из офиса без спроса она не могла, и я усиленно соображал, куда Ксания могла деться. Не додумавшись, набрал секретарей и задал животрепещущий вопрос.