ЯССТ 6 (СИ)

— Вот я неловкий. — Апанасий полез собирать раскатившиеся вещи.
Ему было неудобно в тесном гараже между двумя машинами. Мы собрали, всё, что смогли найти. Вышли из гаража, одновременно с Кианой. Она держала в одной руке пакет, в другой термос.
— Сделала бутерброды и чай. — Пояснила она. — Хватит полдня продержаться?
— Хватит. — Уверенно произнес Апанасий.
— У тебя алкоголь есть? — Спросил я. — На всякий случай надо держать бак заправленным.
— Держите. — Она отдала мне пакет и термос. — Сейчас принесу.
Через минуту она вышла с бутылкой водки и сунула ее в пакет.
— На вкус отвратительная, но для модификаций очень хороша. Трой заправлялся ею.
Упоминание мужа отразилось на ее лице пробежавшей тенью. Я понимал, что он, скорее всего, погиб, но пока не увидел труп, хотел надеяться на чудо. А Киана будто приняла мысль, что Троя больше нет, и вела себя так, будто он уже в прошлом. Мне хотелось приободрить ее, подарить надежду, но слова не шли. Казалось, что любая моя попытка приободрить вызовет в ней неприятие и раздражение. И я промолчал.
Сторож, видимо, уже заподозревал, что случилось что-то серьезное, и промолчал, только дернул пса за ошейник, чтобы он не мешал нам пройти. Киана попросила взять из гаража канистру бензина и долить в бак.
— Через четыре часа темнеть начнет. — Вздохнула она, глядя на солнце.
— Успеем. Михаил Аркадьевич опытный дайвер. — Успокоил я ее.
— Французы тоже считали себя опытными. И Трой.
Мы с Апанасием переглянулись, чувствуя себя неловко. Киана заняла место за рулем, ловко маневрируя задним ходом, отошла от пирса и сразу сорвала катер с места, прыгая по волнам. Дорога до острова на этот раз заняла гораздо меньше времени, чем до ее дома. Я боялся, что когда мы приедем, Михаила там не окажется, но ошибся. Он бродил по острову, заглядывая под камни.
— Нашли что-нибудь? — Спросил я, когда он подошел к нам, чтобы забрать стремянку.
— Ничего, что могло бы пролить свет на то, что здесь произошло. — Ответил он. — Я нашел наручные часы. — Михаил вынул их из кармана.
Киана «вспыхнула», глаза налились влагой.
— Это часы Троя. Они дорогие, но не водонепроницаемые. Наверное, он снял их, чтобы не намочить. — Она бережно взяла часы в руки.
Из ее глаз капнули две слезинки. Киана смахнула их и взяла себя в руки.
— Они все-таки намокли.
— Ладно, времени у нас мало. Давайте опустим стремянку на дно и отправимся сами. — Михаил пошел к катеру.
Я пошел за ним следом.
— Мы все будем нырять? — Поинтересовался я.
— Нет. Апанасий останется. Не против? — Обратился к нему Михаил.
— Вообще, мне было бы интересно, но если надо.
— Надо. Ты, парень, крепкий, вдруг придется нас вытаскивать оттуда.
— Этой веревочкой? — Апанасий показал на ту веревку, к которой привязывали камеру.
— В воде ее будет достаточно. Другое дело, сможем ли мы из воздушной пробки добраться до воды. У меня в голове не укладывается, как такое может быть.
— С земными технологиями это невозможно, но с космическими ничего сложного. Если бы на месте раздела сред находилась энергетическая мембрана, пропускающая в одну сторону, как на многих космических аппаратах, то запросто.
— Ты серьезно? — Михаил посмотрел на меня с иронией.
— На многих кораблях и космических станциях нет никаких железных шлюзов, человек или корабль спокойно проходят через мембрану, а вот воздух не может.
— Я не о том. Откуда тут возьмутся такие технологии? Тут только природа может учудить или мы столкнулись с оптической иллюзией и ствол жерла озера изгибается, поэтому в его конце образовался воздушный карман.
— Возможно, но для этого надо погрузиться, правильно?
— Совершенно верно.
Михаил отвязал камеру и привязал стремянку. Мы стали опускать ее на дно. Точно так же на границе между шестьюдесятью и семидесятью метрами веревка дернулась. Оставшийся конец Михаил привязал за массивный камень. Мы экипировались в акваланги. Михаил научил меня как им пользоваться.
— Глубина в шестьдесят метров для неопытного человека очень опасна. Если бы я знал, что ты обыкновенный человек, то ни за что не разрешил бы тебе опускаться на такую глубину.
 
— Спасибо, Михаил, хорошо, что напомнили. Киана, принеси, пожалуйста, водку.
Я выпил грамм пятьдесят. Силы в руках и ногах прибавилось. Теперь мне и большая глубина была нипочем.
— Надо же, додумались на спирту. — Усмехнулся Михаил. — Наверняка алкаши придумали ваши модификации, которым уже встать было сложно, чтобы они их к дому тащили.
— Не исключено. — Согласился я, понимая, что все они произошли из незаконных организаций, в которых культивируются человеческие пороки.
— Я такое в фильмах про роботов видел. — Михаил изобразил ползущего человека. — Терминаторы.
Он помог мне натянуть тугой костюм и подвесить кислородный баллон. Потренировал дыхание, чтобы я понимал, как надо дышать под водой. У меня все получалось с первого раза.
— Спускайся первым, я следом, буду за тобой присматривать. Держись за веревку, чтобы не потерять ориентацию. — Посоветовал он мне.
— Кто плавал в невесомости, тот имеет огромное представление об ориентации. — Похвалил я сам себя. — К тому же у меня теперь предохранительный браслет. — Я похвастался подарком людей из Системы.
— Как знаешь, но лучше держись.
Прежде, чем опуститься в воду я пожал руку Апанасию, и приобнял Киану.
— Будь осторожен. — Попросила она меня. — Не рискуй.
— Обещаю разобраться, остальное, как получится.
Я прыгнул в воду «солдатиком». Перевернулся и поплыл вниз головой. Услышал за собой шум погрузившегося в воду Михаила. По стенам колодца забегали тени. Мне на самом деле казалось, что я в невесомости. Никакого страха и паники. Только усиливающееся с каждым метром обжимающее давление на тело.
Время замерло. Я загребал руками, но будто не двигался с места. При этом становилось темнее. Фонарь на лбу отсвечивал только на стенах. Когда я направлял его вниз, свет словно растворялся в воде. Я ждал, что увижу границу воды и воздуха, но просчитался. В нем я очутился внезапно и сразу. Секунда свободного полета и я приземлился на ноги, больно ударившись ступнями о камни. Браслет, как и обещали, помогал только в случае смертельной опасности. Через пять секунд почти на голову мне свалился Михаил. Он упал менее удачно, ударился коленом. Снял с лица маску и, кряхтя, произнес:
— По лесенке спуститься не получилось.
  
Глава 4
 
Михаил подвигал ногой, морщась от боли. 
— Ушиб? — С надеждой спросил я, понимая, какую неприятность может иметь повреждение коленной чашечки. 
— Чепуха. Жить буду. — Михаил посмотрел вверх. — Надо дать знать им, что мы удачно добрались. 
— Как? 
— Дерни за веревочку, дитя мое, только один раз, как условились, иначе наш друг вытянет стремянку наружу. — Предупредил Михаил.
Стремянка стояла криво, а верёвка, которой она была привязана, валялась на земле с запасом. Я поставил лестницу к каменной стенке, чтобы она стояла надежно. Забрался по ней и дернул за веревку один раз.
— Слезай. — Попросил Михаил. 
— У меня есть лазер. Я нашел его в гараже Троя. Думаю, луч пробьет толщу воды. Апанасий знает, что он у меня есть, значит, будет уверен, что это мы его подаем, а не рыба какая-нибудь, задевшая веревку. 
— Ну, давай свети. — Согласился Михаил.
Я расстегнул костюм и вынул фонарь, прижатый к телу. Нашел режим лазера и направил луч вверх. Зеленая точка заискрилась отражением от границы соприкосновения сред. Поводил ее по всему зеркалу с минуту, надеясь, что Апансий или Киана смотрят вниз. Переговорного устройства очень не хватало.
— Да-а-а, чудеса случаются. — Михаил осмотрел невозможную аномалию. 
Я переключил фонарь на обычный свет и посветил им по стенкам. Место, в котором мы очутились, не было изолированным. В стене темнел проход чуть ниже моего роста. На самом деле не он меня сейчас удивлял, а то, как получилось, что воздух не поднимается вверх. Не могла земная физика такого сделать. Тут явно имелся какой-то механизм, обеспечивающий разделение воды и воздуха.