Непорочная практикантка (СИ)

— Даш, ты не устала? — Ярослав вернулся за столик.
— Очень устала. Поехали домой?
— Хорошо, — посмотрел на меня с беспокойством.
Я выдохнула, когда мы оказались на улице.
— Хочу прогуляться.
— Ладно, — он приобнял меня за талию.
Потому что его друзья стояли и смотрели на нас. Как только мы свернули за угол, он тут же отпустил меня.
— Что это было?
— Ты о чём, — смотрит прямо в глаза и делает вид, что не понимает.
— Весь вечер ты обнимал меня, целовал в губы, а теперь отошёл на пионерское расстояние и даже притрагиваться ко мне не желаешь.
— Тебя это задевает?
— Нет. Мне просто это кажется странным.
— Нужно, чтобы мои друзья думали, что мы действительно любим друг друга и давно встречаемся. Я вызову такси, на улице холодно.
— Подожди. Почему из женщин в ресторане были только я и моя тётя.
— Потому что у моих друзей нет жён, и они ни с кем не встречаются.
— Все?
Не может такого быть! Молодые приятные мужчины, многие в дорогой одежде и ни у одного нет девушки?
— Да, — пожал плечами и всё же вызвал такси.
— Всё это очень странно. Они пугают меня…
— Тебе нечего бояться. Если хочешь, ты их больше не увидишь.
— Они же твои лучшие друзья.
— Таковыми они и останутся…
Вернувшись домой, я тут же выкинула мысли о моей лже-свадьбе из головы. Потому что Ярослав протянул мне повестку в суд.
— Откуда ты это взял?
— Твоя тётя передала. Её прислали ещё неделю назад.
— Почему не отдала мне?
— Не хотела расстраивать.
— Через неделю? — пробежала глазами текст.
— Не волнуйся, всё будет хорошо. Ты просто расскажешь то, что помнишь. Как и в предыдущие разы.
Я кивнула и даже немного порадовалась тому, что совсем скоро моё случайное участие в массовом убийстве останется в прошлом.
— Хочешь мороженое?
— Не сейчас.
Быть свидетелем по уголовному делу — так себе удовольствие. Особенно, если речь идёт о кроваво-кишечном побоище в сауне.
— Ярослав, тебе совсем не интересно, как я оказалась в сауне?
— Нет. Прошлое должно оставаться в прошлом, — загадочно произнёс он и ушёл в свою спальню.
Мой новоявленный «муж» очень ревностно относился к своим личным вещам. Его комната всегда была заперта на замок. Ключ висел на шее. Моя тётка поступала почти так же.
Первое время после переезда к ней я полагала, что она прячет там деньги, иконы, драгоценности и просто не доверяет внезапно свалившейся ей на голову племяннице. Но Ярослав современный молодой мужчина, он не стал бы прятать в спальне ценности. Странно всё это.
Я прокручивала в памяти воспоминания о тёткиной комнате. Какие-то поделки из глины, пучки соломы, чёрные свечи в подсвечнике. Она будто бы дьявола по выходным вызывала. Может, у них секта какая-то? Собираются большой компанией раз в год и поклоняются неведомому чудовищу? Да ну, бред.
Просто тётушка занимается странным рукоделием, а Ярослав… Мало ли причин, почему он не хочет, чтобы я заходила в его спальню?
— Ты можешь помочь мне? — мой лже-муж вышел в гостиную.
— Да, конечно, — обрадовалась, в надежде попасть в запретную зону.
Интересно же, что он там хранит?
— Хочу переложить старые фотографии в новый фотоальбом.
В комнату он меня не пустил. Зато я увидела, как выглядят его родители.
Со старых фотокарточек на меня смотрела невероятно красивая, совсем молодая девушка с младенцем на руках. Вот она целует его в щёку… Играет в машинки… Прижимает к своей груди… Иногда на фоне промелькивает угрюмый мужчина, сильно старше своей жены. Он стоит отстранённо. Как тень. Всегда в чёрном костюме и никогда не улыбается.
— Это твои родители?
— Да.
Сотни фотографий с маленьким Ярославом и… всего десяток со взрослым. До первого класса его фотографировали очень часто, а потом что-то изменилось.
Глаза матери больше не светятся счастьем. В них появилась глубокая тоска, граничащая с отчаянием. Последний раз она обняла сына на первое сентября в первом классе. И всё. Теперь она, как и отец ранее, будто бы сторонится его. Раньше времени постаревшая женщина с каждым годом всё больше теряет свою красоту. Носит только чёрное и стоит в стороне, даже не глядя на собственного ребёнка.
 
Я открыла рот, чтобы спросить Ярика о ненормальном поведении его матери, но тут же закрыла его. Какое мне дело, что у них произошло? Тётка говорила, что Ярослава воспитывали очень жёстко, наказывая за каждую плохую оценку.
— Они умерли, но как? — не смогла удержать язык за зубами.
В этот раз он решился мне ответить…
  
Глава 21
 
— Мама покончила с собой, а папа… Его убили.
— Прости, я не хотела…
— Ты имеешь право знать, — он натужно улыбнулся. — Не важно, расписались мы или нет, но ты — моя жена. И я буду заботиться о тебе до последнего вздоха.
Его слова испугали меня. Что с ним не так? Я ещё могу хоть как-то понять желание помочь племяннице женщины, которой очень благодарен. Но заботиться до последнего вздоха… Это слишком для любого человека.
— Ты пойдёшь со мной на суд? — сменила тему разговора.
— Нет. Не стоит прокураторе знать о том, что у тебя есть мужчина. У них и без того возникнут вопросы к твоей беременности, — он придирчиво осмотрел мою расплывшуюся фигуру.
— Думаешь, они знают? — поправила складки на платье.
— Если и не знают, то в любой момент могут узнать. Не стоит пытаться обмануть следователей. Беременность — не преступление.
— Только если она не появилась не во время преступления, — прошептала я.
— Скажи, что не знаешь, кто отец твоего ребёнка, — грустно вздохнув, произнёс он. — Что забеременела в ночном клубе от незнакомца. Пропустила время аборта из-за физиологических причин, если нужно, можешь принести справку от врача.
— Они же меня за шлюху примут, — испуганно смотрю ему прямо в глаза. — Там наверняка журналистов будет куча. Я не смогу сказать всё это вслух перед десятками глаз.
— Журналистов не будет. Представители потерпевших и подсудимая попросили рассмотрение дела в закрытом судебном заседании. Ты справишься. У тебя просто нет другого выхода. Ты же понимаешь, они прекрасно знают, чем занимались сотрудники офиса в свободное от работы время. Не стоит рисковать и давать им повод думать, что у тебя есть мотив.
— Да, хорошо. Я сделаю, как ты сказал.
— Вот и умничка, — поцеловал меня в лоб.
Откуда он так много знает про Офис? Тётка рассказала? В новостях ни разу не фигурировали подробности — журналисты рассказывали только о корпоративе в сауне. Странное место для рабочих посиделок, но желание попариться в бане не означает разврат и свальный грех.
Опять эта головная боль! Ну, хоть ночные кошмары почти прекратились, и я теперь могу нормально спать…
***
— Назовите своё имя, возраст и род занятий.
— Даша Петрова, девятнадцать лет, безработная будущая мать.
— Чьё дитя ты носишь под сердцем? — мужик в чёрной мантии грозно смотрит на меня.
— Я… Не… Мой… — язык заплетается, губы онемели.
— Смотри!
Оборачиваюсь и вижу десятки мужчин в таких же мантиях, но со скрытыми под капюшонами лицами.
— Виновна, виновна, виновна… — как роботы без остановки повторяли они.
Это всего лишь кошмарный сон. Опять. Но в этот раз совершенно другой. Декорации поменялись. И восприятие — в этот раз я понимала, что сознание играет со мной. Чувствовала нереальность происходящего. Эффект присутствия, свойственный прошлым кошмарам, пропал. Не было этого животного страха.
— Опять не спится? — Ярослав зашёл на кухню следом за мной. — Кошмары?
— Нет. Всё хорошо. Просто немного переживаю из-за суда.
— Не о чем переживать. Про беременность они тебя почти наверняка не спросят. Так что просто повторишь свои воспоминания.
— Как ты думаешь, я не могла забыто что-то… что-то очень важное?
— Разумеется, нет. Ты выпила снотворное с алкоголем и сразу уснула. Как и все остальные. Не волнуйся, дело уже закрыто.