Ключ от школы фей

– Ты скоро потоп устроишь.
Я качнулась и едва не ударилась о край ванны виском.
– Приличные маги обычно стучатся.
– А кто сказал, что я приличный маг? – попытался пошутить Джереми, но встретившись с моим яростным взглядом, развел руками. – Ладно-ладно. Я неприличный маг.
Я ощутила прилив раздражения. Встреча в ванной комнате напомнила другую в этом же помещении, когда нахал полез ко мне целоваться, а я стояла прикрытая одной шторой.
Кажется, Джереми подумал о том же и сделал приглашающий жест рукой.
Я первая перешла в спальню и устроилась с ногами в кресле. Благо после зачета успела переодеться, и теперь на мне были джинсы.
– Что тебе нужно? – спросила, стараясь поменьше скрежетать зубами.
– Сколько радости и воодушевления, – усмехнулся Джереми. – А ведь я тебе помог на празднике. И не раз помогал вообще-то. Сколько можно злиться за одну вольность?
– Это ты на меня дулся до посинения, – напомнила я. – После моего возвращения в Школу фей. Не являлся, а если удостаивал чести, так кривился и морщился.
– Мне казалось, мы заключили перемирие. – Джереми улыбнулся и сел на пол.
– Возможно. Так что тебе нужно?
– Просто решил проведать. Для этого нужен особый повод?
– Э-э-э…
Если честно, я вообще перестала понимать этого парня. Он то делал шаг навстречу, то с десяток назад. Мы целовались. Дважды. Ссорились. И не раз. Теперь он ждал, когда я совладаю с магией времени настолько, чтобы вызволить его из плена безвременья. Но кто я вообще для него? Ресурс для возвращения домой? Или между нами есть что-то еще? Впрочем, я плохо понимала, что сама к нему испытываю. В нем по-прежнему было что-то притягательное. Но мой рационализм мешал думать о большем. Да и стоило ли?
Ох, скорее бы Джереми вернулся! Это расставит все по местам. Сейчас он может общаться со мной одной. Заживет нормальной жизнью, тогда и станет ясно, существует между нами хоть что-то, кроме вынужденных отношений.
– Может, скажешь хоть что-нибудь? – попросил Джереми.
Я видела по лицу, насколько сильно он устал от одиночества. И все же продолжала молчать. Разговор нынче не клеился. Совсем. А вскоре открылась дверь, и порог переступила Эдит.
– Поздравляю, все только и говорят о твоем освобождении от зачета.
– Спасибо. А ты сдала? – спросила я.
– Со скрежетом, – она упала на кровать, и я выразительно посмотрела на Джереми, намекая, что ему пора на выход.
Не хватало, чтобы соседка начала переодеваться в его присутствии.
Он все понял и попрощался. Ушел, опустив голову. Мне правда стало его жаль. Но единственное, чем я могла помочь, это усердно тренироваться. Жилетки из меня не получалось. Да и он был не из тех, кто привык плакаться. Видно, сегодня просто настроение такое. Завтра сам бы пожалел, если б показал настоящую слабость.
Я снова уткнулась в книги, но вскоре пришлось о них забыть. Дверь попытались дернуть с той стороны, а следом… Следом раздался жуткий грохот. И вопль.
– Да чтоб вас всех! – возмутилась я и покосилась на соседку, преспокойно лежавшую на кровати. Будто ничего не случилось.
– А что такого? – пожала Эдит плечами. – Моя защита сработала. Сюда не может зайти никто, кроме нас с тобой, забыла? И вообще нечего дергать дверь без разрешения. Сначала надо стучаться и дожидаться разрешения войти.
Я покачала головой. Раньше затея соседки казалась разумной. Но теперь… теперь…
Я нервно выглянула в коридор. И застыла. На полу у стены сидела Габриэль. В глазах, точь-в-точь как у меня, застыли слезы. И какого черта ее дернуло к нам ломиться? Уже ведь получала нашей дверью по лбу. Или решила, что после того раза мы сняли защиту?
– Ты за это заплатишь, проклятая… проклятая полу…. – она яростно застонала.
На меня тоже накатила волна гнева, стоило услышать слова сестрички.
– Проклятая кто? – поинтересовалась я с вызовом, пока из соседних спален в коридор высыпали зрители. – Полукровка? Вообще-то, это о тебе. Я чистокровная фея.
Ох, не стоило этого говорить. Но слова просто вырвались. В ответ на ее попытку задеть меня, унизить.
 
Надо было видеть лицо Габриэль. Ведь я не просто сказала это. Я сказала это при других.
– Ты труп, – пообещала она, поднимаясь. – Поняла? Тебе конец.
Я невольно сжала и разжала пальцы, готовясь обороняться. Но атаки не последовало. Габриэль подарила полный ненависти взгляд, развернулась и ушла. Видимо, решила, что трупом я стану при следующей встрече. Я вздохнула с облегчением (все-таки потасовка с сумасшедшей – то еще «развлечение») и вернулась в спальню.
– Промолчать не могла? – спросила Эдит.
Она хоть и не выходила в коридор, но все прекрасно расслышала и отсюда.
– Наверное, могла. Но не вышло.
– Сама напросилась.
– На что?
– На катастрофу, которую организует тебе Габриэль.
Я тяжело вздохнула, ощущая колоссальную усталость. Сидеть в комнате не осталось никакого желания. Я взяла пару учебников и покинула не только спальню, но и сектор стихийников. Хотелось исчезнуть. От всех и всего.
Я побродила по замку, дошла до библиотеки, но передумала заходить внутрь. Там толпа готовящихся к сессии студентов. А мне хотелось одиночества. Я еще походила по этажам, пока не столкнулась с Эшли. Бывшая соседка в кои-то веки разгуливала в истинном обличье и выглядела мрачнее грозовой тучи.
– Что-то не так? – спросила я, демонстрируя вежливость и участие.
Впрочем, мне было не все равно. Эшли в замке совершенно одна. Живет с клеймом полукровки. А это не весело. Испытано, как говорится, на себе.
– Что-то точно не так, – призналась она нехотя. – Мой дар метаморфа почти перестал подчиняться. Не пойму, в чем дело. Может, это все нервы. Чертова сессия! В травоведении я совершенно не сильна. А зачеты с экзаменами сдавать по нему. Провалюсь, отчислят, и придется возвращаться домой, где меня считают обузой. С позором возвращаться.
Что тут скажешь? Эшли впрямь заслуживала сочувствия.
– Вряд ли тебя отчислят. Твое имя появилось в списке претендентов. Тебя выбрала сама Школа. С этим должны считаться.
– Твое имя тоже там было. Но сей факт проигнорировали. Не зачислили в студентки, пока сова ключ не принесла через грань миров.
– У меня другая история. Считалось, что я – падчерица ректора. А ты – студентка, которая весь семестр прилежно училась и тренировалась. Да и Белинда Холланд к тебе хорошо относится. Я видела, когда однажды заходила в зал.
Кажется, мои слова чуть-чуть успокоили Эшли. Но щеки все равно оставались бледными.
– К тебе кого-нибудь подселили? – спросила я, чтобы перевести тему.
– Нет. Теперь только следующей осенью. При условии, что я все еще буду здесь.
– Будешь, – заверила я. – И обязательно справишься и с травоведением, и даром метаморфа. Я вон тоже потихоньку приручаю свои способности. А казалось, неумеха неумехой.
Эшли благодарно улыбнулась и побрела по коридору дальше. Я постояла с минуту, провожая бывшую соседку взглядом. Затем вошла в ближайший зал, где у окна стоял вполне удобный диванчик. Устроилась на нем, открыла учебник и попыталась сосредоточиться на очередной главе. Но хватило меня минут на пятнадцать. Глаза слипались. Я честно боролась со сном, но, кажется, проиграла битву. Потому что внезапно увидела себя не в зале, а совершенно в другом месте.
Я стояла в мрачном коридоре, в котором побывала еще до Школы фей. Во сне. Рядом со мной, как и в прошлый раз, находилась Белинда.
«Пора в путь, – проговорила она с печалью в голосе. – Больше некому».
«А если я не справлюсь?» – спросила я, ощущая нервозность, какой не испытывала ни разу за восемнадцать лет жизни.
Белинда на мгновенье сжала зубы, а потом призналась:
«В этом случае все стихийники умрут. Осталось меньше суток, Саманта…»
Я проснулась в холодном поту. Резко села, уронив на пол учебник.
Ох, ну и реалистичным получился сон! Будто все происходило взаправду!
За окнами совсем стемнело. Я прищурилась, пытаясь разглядеть часы на стене, и выругалась шепотом. Без десяти девять. Через считаные минуты я превращусь в нарушителя. После девяти студентам запрещалось находиться за пределами секторов. Следовало поскорее подниматься и топать восвояси. А еще надеяться, что по дороге не встретится никто из педагогов. Ведь не факт, что я уложусь за десять минут. Сектор факультета четырех стихий в другом конце замка.