Истинный барон (СИ)
Что-то туго соображаю. Кажется, голова не самое крепкое место в этом теле. Надо ее беречь. Так, что там.
Стены не было. Совсем. Вообще. Пол мастерской плавно переходил в… пустыню? Не такую, как Сахара, с горами песка и вот этим всем. А скорее, как в Мексике. Или в Альбукерке.
Я еще там, в первом самом мире классный сериал про Альбукерке видел. И иногда там пейзажи окружающей местности показывали. Мелкие кустики травы, высохшая земля. Очень похоже.
— Это что? — поинтересовался я.
— Ты. Спрашиваешь. Меня. Что это? — чуть не по слогам произнес бог.
— Ты чего такой сложный, а? Видишь же, что я ни сном, ни духом. Будем перекидываться фразочками и дальше, или ты просто объяснишь, в чем дело?
— В ней! В ней дело! Иди и посмотри сам, в чем дело!
— Ну и пойду! — задрал.
Я поднялся и направился к пустыне. Но остановился. Обернулся.
— Эм. Ты же говорил, что сам создал это место, так? И что за пределами этого помещения ничего нет, верно?
— О, ты начал думать?
— Смешно, я смеюсь. Ха-ха, сил нет, очень смешно. Так вот, если я туда пойду, я не того? Не исчезну?
— Нет, — Осьминог раздраженно махнул щупальцем и поплыл вглубь мастерской.
Ну, нет, так нет.
И все равно первый шаг я сделал с опаской. Я как-то уже начал к этому месту привыкать, не хотелось бы. Всякого.
Но ничего не произошло. Я наклонился и потрогал землю. Земля, как земля. Сухая. Песчаная с мелкими камешками. Что еще про землю можно сказать? Я поднес ладонь к лицу и понюхал. Ничем не пахнет.
— Хи-хи, — я дернул головой на звук. Там был крупный приземистый валун, и из-за него выглядывала чья-то макушка. Стоило мне повернуться, как макушка скрылась.
Так. Это еще что. Я оглянулся, но Осьминог возился у себя, что-то бурча под нос. Так.
Я осторожно двинулся вперед. Заглянул за валун, никого. Быстрый взгляд на другую сторону. Так и есть. Выглядывает. Но тут же прячется, заметив взгляд.
— Эм… привет?
Ничего.
— Хм. Ты кто?
Тишина.
Я устало сел на камень со своей стороны.
— Слушай, я без понятия что тут происходит. Но если честно, мне и того моллюска с его закидонами с головой хватает. Давай мы как-нибудь без этого обойдемся, а? Давай выходи.
Какое-то время ничего не происходило. А потом из-за камня вышла девочка. Остановилась почти сразу. Застенчиво опустила глаза в пол. Край платья теребила.
Лет десяти? Может, одиннадцати? Я без понятия. Детей у меня никогда не было. Ну, насколько я знал. С этими попаданствами сложно быть в таком уверенным.
Обычная такая девочка. В простеньком бледно-желтом платьице. Вполне обычный ребенок. Вот только зеленый оттенок кожи и странные волосы, похожие скорее на гибкие, довольно толстые иглы. Кого же мне эти волосы напоминали?..
А, Кэрриган! Точно, когда она того, трансформировалась. Правда тут они были скорее белесыми. Блондинка-кэрриган-мутант? Ну, наверное. Близко.
Что-то я не понял. Кажется, начал догадываться. Но не понял. И не уверен, что мне нравятся мои догадки.
— Эээ… привет? А ты кто?
— Она не разговаривает, — присоединился к беседе подошедший Осьминог. — Но кто она, я могу подсказать. Она тоже считает себя твоим богом.
Девочка застенчиво ковыряла босой ножкой песок.
Глава 11
Угу. Богом. Великолепно. Теперь-то я все понял.
Сарказм, если что.
Я снова перевел взгляд на ребенка, явно смущенного таким вниманием.
Так. Надо собрать все мысли в кучу. Просто, чтобы убедиться, что я ничего не напутал.
Итак. На изнанке именно в тех пещерах, куда я с девчонками попал, оказалась длиннющая стена. С рисунками. В частности, изображавшими всякие ритуальные поклонения. Очень старыми рисунками.
Ну да, было такое.
Потом мы нашли спуск вниз и, конечно же, пошли смотреть. А кто тогда на этом настоял? Я, кажется.
Спасибо тебе, я из прошлого!
Там нас поджидала здоровущая статуя кактуса. Которая потом ожила. Или не статуя, а просто огроменный кактус, тут я не до конца разобрался. Этот кактус… не, правильнее будет эта кактус оказалась тем, кого художники почитали как бога. Как богиню.
Хм.
Она нас сначала хотела того, но потом передумала. А почему? А потому, что я с ней смог поговорить. Так. Бабка настойчиво требовала, чтобы я ей кого-нибудь пожертвовал, но в итоге сошлись на моей крови. Кровь она попробовала, чему-то обрадовалась и предложила сделку.
Вроде все как было. Дальше.
Дальше нужно было поклясться, что-то там про хранить и учить. Потом моя кровь впиталась в нее, мне вручили росток кактуса, и старуха откисла.
Росток я вместе с землей таскал в старом пиджаке, пока не пересадил в горшок. И сейчас он должен так и стоять в номере.
А теперь в этом божественном… эээ… как вообще это место назвать-то? Тут, короче. Появился тут кусок пустыни с зеленокожей девочкой, чьи волосы напоминают иголки… как у кактуса.
И которая вроде как тоже мой бог.
Я потер лоб. Нда, ситуация, конечно. Впрочем, а чего такого-то?
Я опустился на корточки и улыбнулся. Протянул вперед ладонь.
— Ну, привет, еще раз. Меня Кирилл зовут. Будем дружить?
Она, не поднимая головы, быстро взглянула на мою руку, потом на меня. А потом вдруг широко улыбнулась и кинулась мне на шею.
Воу! Я неловко обнял ее за плечи. Потрепал по макушке. Странные волосы какие.
— Дружить? Дружить⁈ — осьминог аж щупальцами взмахнул от негодования. — Да что ты несешь? Ты ведь даже не понимаешь…
— Так, — я поднялся, а девчушка тут же юркнула мне за спину, вцепившись в штанину. — Хватит орать. А ну уймись.
— Ты не будешь мне указывать!
— А ты не будешь кричать на ребенка! Вот посмотри, ты ее напугал. Доволен? Суровый осьминог, гроза детей! Этому тебя мама учила?
— Не трожь маму.
Согласен, только на мамкослэнг перейти и не хватало.
— Ладно, но ты ее не обижай.
Мы какое-то время молча смотрели друг на друга. А потом осьминог нехотя кивнул.
— Вот и договорились, иди пока к себе, я сейчас с… с ней поговорю и подойду. Обсудим. Спокойно.
Я дождался пока осьминог отойдет и повернулся к девочке. Она все еще держалась за штанину и снизу вверх посмотрела на меня.
— Давай-ка сюда, — я подхватил ее и посадил на камень. Сам сел рядом.
— Тебя как звать?
Она вопросительно наклонила голову и приложила палец к губам. А потом пожала плечами.
— Ясно. Никак не зовут? Ну, это неправильно. Каждому нужно имя. Я Кирилл. Вот тот, — я кивнул в спину удалившемуся богу. — Осьминог. Ну да, он не очень оригинальный парень. Но вообще не злой. Просто удивился вот и все. Не обижайся на него.
Девочка взглянула на бога и серьезно кивнула.
— Вот и умничка, — я снова взъерошил ее волосы. — Но с именем надо что-то решать. Давай подумаем. Кактус — звучит так себе. Ну что за имя для девочки, согласна? Кактус… Кактя? Тоже ерунда. Какое-то «эй ты, кактя там, сюда подошел» получилось. Не наш вариант. А может тогда просто — Катя? А что? Хорошее имя. Катерина. Красивое. Тебе как?
Она задумалась. Потом взглянула на меня и указала на себя пальцем.
Эм… с этим тоже надо будет что-то делать. Хоть жестовому ее научить. Только сначала самому научиться. Несколько вариаций я знал, но это все были несколько узкоспециализированные, скажем так, диалекты. Не то, в общем.
— Да, ты. Будешь Катей? Катя, Катенька, Катюша. Нравится?
Девочка радостно кивнула и снова обняла меня.
Эти проявления приязни как-то даже смущали. Я не совсем понимал, как реагировать. Ну, приятное чувство, чего там. Она вся такая искренняя и порывистая была. Простая. Какими бывают дети.
На лицо сама собой наползала улыбка. Какие там клятвы? Зачем они были? Я и без того эту девочку никому в обиду не дам.
— Катюш, мне надо с дядей Осьминогом немного поговорить. Поиграешь пока тут сама? Хорошо?
Они кивнула.
Я поднялся, и из кармана пиджака выпал гаечный ключ. Звякнул по камню.