Проклятый ранкер. Том 4 (СИ)
— Нам туда, — указал рукой наш проводник.
В этот раз условного стука не было, да и вообще стучать не пришлось. Ещё на подходе дверь сама собой отворилась, и на пороге появилась женщина в длинном закрытом платье. Её лицо было скрыто вуалью. На пальцах я тут же приметил золотые кольца, которые из-за окружающей разрухи смотрелись очень уж чуждо.
— Госпожа, — поклонился старик. — Нам нужна ваша помощь. Как минимум один из чужаков, пришедших в Ангарст, оказался заражен красной чумой, и теперь мучается от невыносимой боли…
— Да, я слышу крики, — раздался глухой, едва слышный голос женщины. — Заносите его.
— Их, — вмешался я. — Джонс тоже заражен.
— Хорошо, но только их. Другие останутся тут. Им там нет места.
К моменту, когда мы дошли до храма, Джонс пребывал почти в том же состоянии, что и Йон, разве что боль терпел более стойко. Но его тоже пришлись привязать к носилкам.
— Стас, ступай с ними, — тихо попросил глава отряда. — Узнай, что за лечение они собираются осуществить, а мы пока осмотримся и решим, как быть дальше. Хочу как можно скорее вернуться на поверхность.
Я кивнул и впрягся в носилки Джонса. С нами так же пошел один из медиков, что пытался стабилизировать состояние Йона, и ему, судя по лицу, творящееся нравилось ещё меньше, чем Джошуа.
То, что оказалось внутри, напоминало полевой госпиталь: койки, ширмы, но при этом тут не было ни одного пациента, что малость настораживало. Люди всегда чем-то болеют, а уж в таком месте подобное должно происходить очень часто и массово.
— Этого сюда, того вон туда, — сказала дама, и я вдруг отметил, что она движется уж очень плавно, словно плывет по земле.
Мы исполнили приказ, а она тем временем сходила куда-то и принесла поднос с иглой и банкой с зеленоватой и жутко пахнущей жидкостью.
— Что это? — спросил медик, и я перевел вопрос, но женщина даже не повернула к нам голову.
Она поставила поднос на стол, взяла иглу и макнула её в жидкость, после чего взяла руку Джонса и без промедления уколола ему палец.
Мы с медиком непонимающе переглянулись. Едва ли это можно было назвать уколом. Даже если препарат попал в кровь, то доза слишком мала, чтобы… Но Джонс внезапно обмяк, а его дыхание выровнялось.
Что бы ни было в этой банке, оно работало не хуже, чем мощная химия, что была при нас… Подобное вполне могло заинтересовать Джошуа и, возможно, хоть частично окупить сам рейд.
Глава 17
После Джонса настал черед Йона. С ним незнакомка сделала то же самое, что и с прошлым пациентом: обмакнула иглу в странной жидкости и уколола его палец. Пара секунд, и Йон тоже провалился в беспамятство. Причем состояние последнего было намного тяжелее, но и для него было достаточно легкого укола.
Когда женщина убедилась что Йон успокоился, стала убирать бинты с его ноги. В нос почти сразу ударила вонь гниющего мяса, от которой меня замутило, да и все инстинктивно отшатнулись от такого зрелища. Но не целительница.
Рана выглядела плохо… очень плохо. Её края словно покрылись красной коркой, от которой по ноге вверх и вниз расползались красные вены.
— Вы сможете его вылечить? — спросил я, стараясь говорить максимально вежливо.
Женщина подняла голову и посмотрела на меня. Сквозь вуаль я не видел её лица полностью, только едва заметные очертания.
— Это не в моей власти, — откровенно призналась целительница. — Я лишь могу снять боль. Его можно было спасти раньше, если бы вы отняли ногу при первых симптомах, но сейчас в этом нет смысла. Болезнь уже пустила корни, и теперь ему придется с этим жить.
А вот концовка была довольно неожиданной, так что я решил уточнить этот момент.
— Остальные тоже больны? У старика, что привел нас к вам, на шее я заметил алый волдырь, очень напоминающий рану Йона.
— Не все, но многие. Алая чума подчинила себе этот мир. Она заставляет его гнить, сводит с ума, но мы продолжаем бороться. Им больно, но так обычно бывает лишь первое время, — она мягко погладила больного по ноге неподалеку от раны. — Но это пройдет. Сейчас, можно сказать, проходит стадия адаптации. Боль лишь сигнализирует о том, что болезнь пускает корни. Как только этот процесс завершиться, они смогут вернуться к подобию прежней жизни.
Женщина оставила Йона и ушла, но вернулась уже через пару минут с тазиком в руках и свежими бинтами. В первую очередь она омыла рану водой, и в это дело вмешался один из медиков “Зова Стали”. Он пытался что-то объяснить женщине, помочь с обеззараживанием, и я даже переводил, но та, кажется, лишь снисходически улыбалась из-под вуали. Создавалось впечатление, что все попытки медика сделать хоть что-то казались ей бессмысленными и откровенно глупыми.
— Я дам вам совет, чужаки. Уходите, — мягко сказала она. — Оставьте этих двоих на наше попечение, а сами возвращайтесь в свой мир.
— Мы не можем их бросить, — покачал я головой. — Они одни из нас.
Я попутно сообщил о просьбе женщины медику, на что тот лишь фыркнул. Бросать членов гильдии было последним делом.
— Ну уж нет. Мы окажем им лучшее лечение. Понятия не имею, что это за болезнь, но у нас есть передовое оборудование и способы лечения! — подтвердил тот. — У Йона трое детей, а у Джонса пожилые родители и беременная жена. Что я им скажу? Что бросил товарищей непонятной бабе? Это не смешно.
— Вы не относитесь к моим словам серьезно, — женщина неторопливо накладывала Йону на ногу новую перевязь. — Очень печально это слышать. В данный момент, пока болезнь лишь укрепляется, они не могут быть разносчиками, но как только алая чума поглотит их тело полностью, она начнет распространяться. Это неизбежно.
— Она говорит, что если мы отнесем их в наш мир, то рискуем начать эпидемию, — сказал я медику, и тот тут же помрачнел.
— Их можно изолировать, — продолжил он упорствовать, несогласный на другие меры. — Джонса и Йона ранили, болезнь попала в рану через оружие. Достаточно соблюдать осторожность, и мы сможем держать её под контролем.
— Мы будем осторожны. Болезнь попала в них через оружие, как яд. Если соблюдать осторожность, то мы не допустим, чтобы заразился кто-то ещё, — перевел я его слова.
— Яд? Вот значит, как вы считаете… Похоже вы мало знаете о алой чуме.
— Поясните, — вежливо попросил я.
— Судя по виду и вашей энергетике, вы прошли хаотическое пробуждение. Смогли пропустить через себя силу Хаоса и усвоить её, — женщина начала говорить о вещах, которые никому из нас не были известны, с такой уверенность, что не верить ей не имело смысла. Поэтому я ловил каждое ее слово. — Она питает вас и укрепляет, но алой чуме на это наплевать. Любой зараженный одним своим существованием, просто дыша выпускает споры в воздух. Придя в это место, вы тоже дышите спорами, но ваш иммунитет справляется. Но едва ли так будет всегда. Простые же люди могут заразиться алой чумой уже после одного вдоха. Теперь понимаете?
У меня внутри все похолодело от этих слов. Я представил, что может начаться, если мы принесем эту болезнь домой. Начнется эпидемия, которой ещё не знал мир. Этот этаж нужно не покорять, а запечатать. Так, чтобы сюда никто и никогда не смог больше попасть…
Или же уничтожить его, но это вряд ли возможно.
— Она говорит, что болезнь передается по воздуху. Лишь потому, что мы Пробужденные, мы не заражаемся, но это временно, а обычные люди могут заболеть, просто стоя рядом с больным.
Медик побледнел. Он бросил задумчивый взгляд на Йона, затем перевел его на Джонса.
— Дерьмо… — выругался он и поспешил покинуть здание лечебницы, видимо для того, чтобы обсудить всё с Джошуа, но даже так я был уверен, что они просто так не бросят своих людей. “Зов Стали” известен тем, что каждый член гильдии здесь словно член семьи, и они готовы были встать горой даже за рядового.
— Я так понимаю, они не оставят здесь своих людей? — уточнила женщина после нескольких секунд тишины.