Сердцу не прикажешь, кого любить (СИ)

«Хотя это меньшее, что я могу сделать для того, чтобы ослабить вашу бдительность» — думает про себя Северус, снова ухмыляясь, помешивает ложкой содержимое.
  *
Закончив есть снова только вдвоём, Гермиона улыбаясь, поблагодарила Северуса за чудесный ужин. Хотя Снейп и был скуп на эмоциях перед другими, но уголкам губ он всё же улыбнулся ей и направился к себе.
Быстро помыв посуду Гермиона снова вспомнила ссору из-за чего расстроено вздохнув, решила лечь раньше, сейчас, и без Рона. Встретив в коридоре выходящего из ванной комнаты, Снейпа в чистой, новой одежде, но с мокрыми волосами, Гермиона уступила ему дорогу, чтобы он прошёл к лестнице, однако сразу же Гермиона его и остановила.
— Хм… Профессор Снейп, постойте. Это Ваше, — достаёт из кармана чёрную палочку, протягивая Северусу. Мужчина слабо кивает в знак благодарности, а после уходит, наклонив голову вперёд, чтобы рассмотреть палочку, будто видит её впервые.
Сердце у женщины почему-то застучало сильнее после передачи палочки и его ухода.
  *
Высказавшись другу и запомнив его советы сидя в баре, Рон решил воспользоваться ими и помириться через секс.
Как сказал сам Гарри, у них с Джинни так получается, а значит, и у него с Гермионой так получится.
«Она ведь тоже женщина. Гениально.»
Появившись на пороге спальни, Рон медленно прошёлся во мраке к спящей супруге. Стянув с себя одежду, он нырнул под одеяло, начиная лениво целовать спину жены и переходить к шее.
Гермиона не сразу поняла в чём дело, поэтому нахмурившись, сначала чуть отодвинулась, а потом недовольно промычала из-за того, что её будят. Наконец проснуться удалось только после того, как Рон грубо повернул её к себе и поцеловав в губы. Только Гермиона хотела оттолкнуть его почувствовав былую обиду и злость из-за прерванного сна, как голос Джинни возник в голове, настоятельно призывая подругу “никогда не отталкивать своих мужчин, ведь если им не дать чего они хотят, то те будут искать связи на стороне” . Этого ей уж точно не хватало в их и без того несчастных отношениях.
Ответив на поцелуй, Гермиона попыталась не зацикливаться на обидах. Чувствуя, как от его касаний тело начинает слабо реагировать, она смогла более менее отвлечься.
Проведя ладонью от щеки до шеи мужчины, Гермиона улыбнулась сквозь поцелуй. Его ладони с кровати переместились на “закрытую” талию. Не понимая, что это, Рон попытался стянуть это вниз, ну или найти молнию.
— Это корсет, милый, — шепчет, подсказывает, — он развязывается сзади, — снова гладит кожу от щеки к шее, замечая как разочарованно выдыхает Рон услышав её.
— Значит он останется на тебе, — гладит, поднимает ладонь по телу вверх, грубо сжимая грудь через бельё, снова целует, спускаясь вниз, к ягодицам и ножкам в чулках. Кажется, Гермиона сама ждала его. Обычно такие наряды она надевала как раз когда они ссорились.
Возбуждение в боксерах Рона растёт с каждым новым трением о бедро Гермионы, в то время как она сама, не получая особого удовольствия внизу живота начинает углублять поцелуй, при этом стараясь сдержаться и не трогать себя внизу, ибо знает, что Рон может обидеться, увидев как она лезет к себе под бельё делать то, что не успел он сам. Его настрой на секс в такие моменты обычно пропадает.
Рон медленно снимает боксеры, отвечая на поцелуи Гермионы, затем проводит ладонью по члену, чувствуя насколько сильно сейчас возбуждён. Шумно выдыхая, он отстраняется, хвататаясь за край нижнего белья Гермионы, начинает предвкушать свои следующие действия.
Внезапно, то ли по року судьбы для Рона, то ли как спасение для Гермионы, на плече обоих невидимый браслет начинает давить на кожу. Пара резко отстраняется друг от друга, и хватается за плечи, сжав зубы от неприятных ощущений.
— Снейп. Наказание, — первой додумывается Грейнджер. Спрыгивая с кровати и поправляя бельё, она надевает тонкий комплект пеньюара, спешит к двери. Рон же остаётся лежать на кровати, потирая место, где чувствует боль, будто кто-то длинными ногтями впился в кожу, и не хочет отпускать. Хмурый больше то ли от боли, то ли от прерванного секса, Рон выкрикивает ругательство в потолок и переворачивается на другой бок.
 
Преодолевая несколько ступеней за один шаг, Гермиона спешит в подвал, забирая из коморки по дороге кожанную плётку приобретённую, дабы заменить «круциатус», которым просто обязана была наказывать Снейпа. И плевать “добрая сторона” хотела на то, что оно “непростительное”. Чем быстрее Грейнджер сделает ему больно, тем быстрее до Авроров дойдёт «отмена вызова».
Буквально влетев в помещение, Гермиона быстро приближается к Северусу и ударяет плетью по его лопатке. Снейп стоящий на коленях из-за боли, теперь шумно падает на четвереньки, неохотно отбрасывая свою же палочку в угол. Он ожидал непростительного. Нет, точнее, ему обещали это за его неудачную попытку причинить кому-либо вред.
«Даже сдохнуть не дают. Шайка идиотов.» — думает про себя, чувствуя как тело покрывается мурашками от боли.
Ощущение жжения от “невидимой хватки на его шее” уходит с первым же ударом, но не до конца. Магия не щадит нарушителя и продолжает “колоть” изнутри. Гермиона чувствуя тоже самое, но в разы меньше по силе, взволновано потирает плечо, и делает второй удар по спине, тем самым, оставляя новые красные следы. Северус на удар снова шипит, злится, наконец поворачивая голову в сторону Гермионы. Оглядывая гриффиндорку в неожиданном и откровенном наряде Снейп теряется, забывая что он до этого испытывал к ней и её действиям. Забывает и то, что в планах у него было умереть, а не смотреть на полуголую бывшую студентку.
Лишь от одного взгляда на тело, Северус краснеет в щеках поворачивая голову обратно, он не верит собственным глазам. Ему должно быть показалось. Шок от боли? Перед глазами, по свежей памяти появляется картинка Гермионы, где тонкое, полупрозрачное нижнее бельё и такой же чёрный корсет надет на её хрупкое тело, подчёркивая все достоинства. Пеньюар надетый сверху свою задачу “скрыть” не выполняет от слова совсем, а всё потому что от спешки Гермионы, он у неё оказался развязанным.
После третьего удара, Снейп не смог сдержать шипения, в то время как Гермиона дрожа в коленях от волнения, как можно слабее ударила бывшего преподавателя по голой спине снова. Чувство покалывания наконец пропало. Переживая за состояние Северуса, Гермиона списала его странное поведение на ощущение боли, в то время как он сам, на самом деле, начал думать о непристойностях. Девичьей наивности можно было только позавидовать.
На самом деле, ради властной, полураздетой экс-Грейнджер, Снейп готов был вытерпеть все удары. Она не старалась “высечь” его, в то время как он начинал желать именно этого. Всё ради того, чтобы продлить её нахождение в этом помещении. Подтверждением желаний стало накатывающее возбуждение. Тело и эмоции стало сложнее контролировать. Это и застало Снейпа врасплох. Повернув голову снова на Гермиону, пока она закрывала глаза от волнения, Северус сглотнул слюну, и начал внимательнее разглядывать её грудь в тонком белье, с округлыми бёдрами. Разглядывая и фантазируя, он неосознанно наказал себя сам. Член через его бельё начал упираться в ширинку брюк, стало некомфортно.
Отвернувшись, Северус зажмурился и мысленно попросил самого себя не ставить в неловкое положение, а лучше успокоиться. Когда ощущение, что “ошейник” душит совсем прекратилось, Северус разочарованно выдохнул, что благо не заметила ошарашенная всем происходящим Гермиона.
— Ещё несколько… Гермиона, — шепчет хрипло, сглатывает слюну от своего же вранья и от того, что он впервые назвал её по имени, грубо переходя на «ты». В удивлении поднимая брови, экс-Грейнджер кивает и замахивается для слабого удара.
 
— Вас всё ещё душит? — обеспокоенный тон и наклон к его лицу, удар. От близкого расстояния Северус прячет смущённое лицо за густыми волосами, мотает головой в отрицании. Чувствуя, что стоять весьма неудобно, он медленно садится покрасневшей спиной к Гермионе. Линии плётки хорошо видны на белой, широкой спине.