Фестиваль (СИ)
Гурченко, опешив от неинтеллигентства, сложив ладони на груди:
- Динчик, я же люблю тебя! (мне) Не талдычь, как библию... С чувством переводи... Я же люблю тебя! Что? Нет? Нет? Ну, ладно... Верну, если хочешь... Не зря про тебя рассказывали, что ты в полёте через океан хотел из самолёта выйти... И куртку свою, что в руках носил, когда я замёрзла, ты на себя надел, а не на меня... Мудак, ты, Динчик... Это не переводи...
Люся так посмотрела на пожарный ломик, что я, взяв её под локоть, оттащил подальше от травмонаносящих средств.
Я с этой кодлой вёл себя порой, как страдающий от невыносимости бытия интеллигент, а часто хотелось взять кадку пахучей герани у столика дежурной по этажу и надеть на уши нарушителю/нарушительнице режима, из-за которых теперь придётся писать объяснительную в трех экземплярах, что, из-за отсутствия копирки, делало эту процедуру очень времязатратной.
Днём на стадионе имени Сталина был концерт. Мы с группой тоже были. Когда Бернес запел песню, то у меня сжалось сердце. https://youtu.be/EAUGZ7jGX0M
Почему-то вспомнился фильм "Баллада о солдате". Эпизод где мать навсегда прощается с сыном...Коллинз, не понимая слов песни, увидела мои слёзы и тоже заплакала...
После обеда веселушка Монро ухохатывается, когда я показываю ей её же женскую походку "с моторчиком".
Васечка, пользуясь случаем, затянул баллады собственного сочинения, начинающиеся словами "Какие трусы у демона? Вонючие и грязные..." и "Смерть приходит в чёрной шляпе..." Рита не понимала слов, но всё равно хлопала, повышая Васечкину графоманскую планку.
В актовом зале за сдвинутыми столами собралась почти вся моя группа плюс Плэнглин и Джон Кеннеди с будущей женой. У нас по плану диспут о путях мирового развития.
Играем в фанты на желания. Монро выпало поздравить будущего лидера США с днём рождения https://youtu.be/yuvo7cSbIC8 Тот мой мир навсегда запомнил их нестарыми и весёлыми...
Коллинз, достав бумажку, попросила меня на ней жениться. Плэнглин, глядя на мою отвисшую челюсть, так бурно смеялась, что упала со стула назад.
Вечер. Дневной зной сдал позиции вечерней прохладе. В театр сатиры я иду, держа под руки двух красавиц Коллинз и Монро. Джоан притихла, а Мэрилин щебечет:
- Лучше быть абсолютно смешным, чем абсолютно скучным. На фотосессии главное - умение держать улыбку. Я вот люблю камеру и она меня любит.
- Мэрилин Монро существует только на экране. - продолжает красотка, - Стоит мне снять грим и я становлюсь обычной девушкой Нормой Джин. Для того чтобы стать звездой, нужно голышом поплавать в дерьме ради удовольствия мужчин...
Глядя на девушек, мои некоторые части организма пребывали в напряжении. А тут новая напасть, откуда не ждали...
Стоим с Монтаном за мороженным. Замечаю, что молодые парни и мужчины, купившие спасительно-вкусный холод, не уходят от тележки, а снова становятся в очередь. Вскоре выясняется почему. У продавщицы мороженного оторвались две верхних пуговицы на халате. Может военная хитрость? Не удивительно! Размерчик то шестой или даже больше. При наклоне за товаром покупателю открывается потрясающий вид, срабатывающий без осечки, как утренний подъём флага в пионерском лагере. Я, посмотрев на огромности, тоже на автомате иду за Монтаном в конец очереди, а затем вспоминаю про Джоан и Мэрилин, ждущих на скамейке в сквере и, покачав головой, отхожу от места паломничества мужского пола, утаскивая француза за собой.
Пою им вечером в их номере https://youtu.be/x3kqCdY2W4o?t=1
Джоан так смотрит на Монро, что та говорит:
- Пойду покурю полчасика. Вы успеете?
Джоан кивает, бросается закрывать дверь за ушедшей Мэрилин и с разбега прыгает на сексодром.
Автор, что-то твой опытный попаданец слишком на женщин западает, как школьник дорвавшийся до тела... Уж лучше бы приклеился к Галине Брежневой и был бы зятем генсека - скажут другие. Секас ГГ нужно продавать подороже, чем кроватное общение с красотками..
Да, некоторые опытные мужчины порой ведут себя, как желторотики с обществе соблазнительной женщины. Гормоны берут верх над разумом - такое случается не редко...Опыт прошлой жизни затирается "молодыми" гормонами и новыми прекрасными возможностями. Вот и несёт его порой без руля и ветрил...
Пока Джоан после "полёта" плещется в ванной, а Монро "курит" у Монтана, слушаю "Голос Америки". Из услышанного ясно:
Советское правительство на заседании ООН выдвинуло ультиматум Турции о выводе её войск из Курдистана и о прекращении бомбардировок этой страны. Страны ООН, дружно голоснувшее недавно за ввод международных сил в Южную Корею, на этот раз не торопилось предотвратить конфликт на Ближнем Востоке. Никита Сергеевич Хрущёв с трибуны поорал на турок и, к радости журналистов, постучал туфлей, пугая кузькиной матерью.
В Венесуэле в результате покушения убит глава правительственной хунты Херман Суарес Фламереч. В стране прокатилась череда политических убийств. Жизнь во многих городах парализована из-за боевых действий противоборствующих сторон.
На этом фоне начался рост цен на нефть из-за англо-американских санкций на Иран (3 место в мировой добыче) и гражданской войны в Венесуэле (2 место в мировой добыче). Американские нефтедобывающие фирмы (1 место в мировой добыче) будут иметь сверхприбыль от продажи нефти за границу. Поэтому ситуация с коллапсом в Венесуэле им выгодна. СССР, тоже не будь дураком, заключил договора о дополнительных поставках своей и иранской нефти в Западную Европу. А европейские фирмы выделили дополнительные средства для строительства нефтепровода СССР-Западная Европа.
Выхожу из номера, попрощавшись с подругой. По коридору ходит хмурый Бельмондо. Версуа выставила его из номера за постоянные измены. По его словам, переселение тормозилось из-за того, что Бриджит Бордо вот уже целый час прощается со своим милым другом.
- Они с Гензбуром пыхтят и стонут, как порнозвёзды, - сокрушается Жан-Поль, в очередной раз приложив ухо к двери, - Чую, мне ещё пол-ночи по коридору ходить... И чего это Одиль на меня так взъелась? Одри же просто в душ помыться зашла. У неё воды в номере не было.
Потом, понимая, что сказал глупость, поправился:
- Точнее, кран в её ванной сломался. И вот я по-братски разрешил... А эта... Не разобралась и сразу орать: "Чьи трусы на столе?". А я сдуру сказал, что для неё в ГУМе купил. А тут Одри выходит в полотенце...
8 августа 1951 года. Москва.
Переводчик Аркадий Стругацкий утром прочитал нам наброски своей небольшой повести, в которой иностранные шпионы пытаются вывести из СССР образцы небелковой жизни, питающейся продуктами радиоактивного распада. Овидий Горчаков пытается сочинять сцены для шпионского романа. Идею ему подкинул я из прочитанной в будущем его книги. Там, типа так:
Американский врач Джин Грин (он же Евгений Гринёв, сын русского эмигранта — белогвардейца), тяготится жизнью нью-йоркского обывателя, в которой ничего не происходит, и мечтает о невероятных приключениях в стиле ещё ненаписанных романов и фильмов о Джеймсе Бонде. Становясь участником прежде совершенно непредставимых событий, Джин Грин попадает в центр шпионского заговора работников ЦРУ (бывших нацистов — эсэсовцев), проходит курс подготовки спецвойск «зелёных беретов», участвует в войне во Вьетнаме, забрасывается со шпионским заданием в СССР, где узнаёт об истинных намерениях своего начальства. В СССР у Джина Грина происходит психологический перелом, и он начинает действовать против бывших соратников — к антивоенным настроениям и ностальгическим чувствам к родине предков — России у него прибавляется повод личной мести (ЦРУ оказалось причастно к гибели отца Джина).