Подопытный ректор для ведьмы (СИ)

Вот сволочь! Может, мне на все золотые нанять черного боевого мага и пусть покончит с ним? Или самой расправиться с мерзким героем невест?
Я взяла Хрючелло дрожащими руками. Ноги подгибались, а душу заволок темный туман сомнения.
Если бы я не поцеловала Сибера, осталась бы кошка жива? Кажется, для Мистика это было последней каплей, ведь он точно знал, куда я бегаю, но делал вид, что не замечает этого. Не мог не знать и про связь через Хрючелло, верно?
Терпел, но здесь не выдержал?
Так теперь не выдерживаю я!
Это же осколок маминой души! Последняя надежда, что я смогу собрать все части и вернуть маму в этот мир! Мою родную, которая защитила меня ценой своей жизни.
А этот Нейт Авский отнял у меня эту возможность! Этот шанс…
Ноги сами принесли меня к домику номер тринадцать. Дверь беззвучно отворилась, монеты не звенели под моими ногами, а зеркало напротив входа отразило мое бледное решительное лицо.
Я вошла в дом и не смогла пройти дальше порога – опустилась на пол прямо тут, прижимая к себе Хрючелло.
Я слышала, как кто-то пробежал по мосту. Как зазвенели монеты позади меня, как шумно дышал пришедший.
– Ирма, труппа распа… – Морти запнулся, обойдя меня и увидев кошку на моих руках.
Как некромант, он понял все без слов: души нет. Молча опустился рядом. 
Время шло, а мы оба молчали.
Слезы кончились, осталось опустошение, а там, на дне, – решительность и злость.
– Это Мистик, – сказали мы одновременно с некромантом и в удивлении посмотрели друг на друга.
– Я его прокляну! Так пожелаю здоровья, что встать не сможет.
– А дальше? Отправишься в мир иной следом за ним?
– Зато поквитаюсь.
– Тогда жертва твоей мамы будет напрасна. Подумай сама, она бы не хотела, чтобы ты потратила драгоценную жизнь вот так.
– А как мне жить? Как?
И тут, будто в ответ на мои слова, ветер проник сквозь открытую дверь, поднял волосы, а когда опустил их, то я увидела, как на столе небесно-голубым светится артефакт душ.
– Смотри! – воскликнул Морти, но я уже и так не сводила с него глаз.
Я медленно передала кошку некроманту, встала, чувствуя головокружение, и подошла к столу.
– Светится, – выдавила из себя, протягивая руку к артефакту.
– Не трогай! – Морти перехватил мою руку. – А то душа может вселиться, а твое тело двух не выдержит.
Я так боялась поверить в чудо, что несколько раз повторяла:
– Морти, она же правда светится, да? Мне не кажется?
Артефакт заработал! Собрал все частички маминой души! Сияет ярко, как звезда.
Несчастье обратилось для нас в счастье, а Мистик, сам того не ведая, подсказал, как завершить сбор душ.
А ведь я сама никогда бы не рискнула испытывать смертью кошки этот вариант!
Но что теперь делать с самим артефактом? Как помочь душе вселиться?
И тут меня осенило:
– Морти, твой эксперимент же с телами удался, а у нас как раз есть душа!
Хрючелло нашла покой в самом живописном месте дворика дома номер тринадцать. Не знаю, чем таким Морти удобрил кустики рядом, что они зацвели, но уголок последнего пристанища пушистой стал крайне живописным. 
Спрашивать природу происхождения удобрения у некроманта – то еще неблагодарное дело для нервов, скажу я вам, так что я даже не пыталась.
Даже Смертелло, который икал радужным дымком избытка силы, казалось, не хотел уходить от заклятой подружки. Его характер с силой Сибера поменялся: кот стал важничать, а краснота из глаз ушла. Правда, зрачки все еще занимали половину морды и казались нереальными.
Пока Морти создавал новое тело на основе некромантских знаний и украденных из центра создания записей о клонах, я читала книгу за книгой. Все как на подбор были о зельях и их продаже в современных условиях. Я черпала знания лопатой, торопясь дойти до последней, самой важной книге с ответом.
Мистик не появлялся, и я чуяла неладное. Патрули у тюрьмы утроились, и даже на облюбованной мной крыше сидел боевой маг. Больше о поцелуях через решетку не могло быть и речи, да и Хрючелло больше не было, чтобы передать весть. Труппа развалилась в прах.
 
Я чувствовала, что нас обложили со всех сторон, и это еще далеко не конец. Что ладонь сжимается, и от этого мне хочется приложить втрое больше усилий, чтобы выбраться.
И вот когда на телеге осталась последняя книга, Морти создал тело для принятия маминой души!
– Да ты старался как для себя! – восхитилась я.
Некромант как-то особенно мечтательно смотрел в сторону брюнетки, которая, казалось, мирно спала. Тело – песочные часы. Лицо ангельское. 
– Давай быстрее артефакт, потом оценишь мой труд. – Морти подгонял меня руками.
А я вдруг испугалась. Что, если не получится? Что, если душа снова расколется?
Я подцепила артефакт специально заготовленным сачком, и он затрясся в воздухе от моих нервов.
– Ирма, ты все равно уже собрала душу целиком. Если даже тело не вместит ее в себя, то душа улетит на перерождение.
– Да, все верно. – Я делала шаги к клону девушки, чувствуя, будто на каждой ноге висело по человеку-сомнению.
Что, если душа исчезнет? Расколется снова?
– Ты сделала все, что возможно, и даже больше. Это последний шаг.
Некромант был прав, но как же тяжело было положить артефакт на грудь клона. Я еще с минуту держала вместилище души на расстоянии пальца от тела, и лишь из-за дрожи артефакт соприкоснулся с “заготовкой”.
Голубое сияние на миг озарило комнату, а когда потухло с хлопком, артефакт уже не горел.
Потянулись долгие секунды тревожного ожидания, во время которого даже Смертелло перестал икать. И вот когда внутри все сжалось от чувства потери, ресницы девушки затрепетали, а саму ее окутал дымок.
Клон и без того был похож на человека, но слишком уж красив и идеален. А тут у нас на глазах стали проступать вены, выскочили веснушки, а потом черные прямые волосы вдруг стали огненно-рыжими и завились в тугие кудряшки.
Надо было видеть выражение глубочайшего разочарования Морти!
– Почему? Что пошло не так? 
– Ничего ты не понимаешь! – Я улыбалась от уха до уха. – Просто душа у ведьмы рыжая!
ГЛАВА 26
ГЛАВА 26
Мама открыла глаза и первым делом нахмурилась, будто от головной боли. Поднесла руку ко лбу и медленно присела.
Для меня это было подобно сказке. В жутко сложный момент такой подарок судьбы иначе как чудом не назовешь. И пусть для этого я приложила столько усилий, я про себя не переставала благодарить небеса.
Спасибо! Спасибо! Спасибо!
Мама здесь, рядышком, только дотянись рукой. Как я мечтала об этом мгновении – увидеть ее хоть на минуту. Обнять, услышать голос, который успокаивает. Но какой голос будет у клона? Будет ли она помнить меня?
Впрочем, какая разница? Главное, что я ее не забыла!
– Мама! – кинулась я к ней, чем перепугала ее до икоты.
Я стиснула ее так крепко, что она даже икала с трудом.
– К-к-кто вы? 
Хорошо, что никто не видел моего лица: по нему текли слезы.
Разочаровалась ли я, что она меня не узнала? Нет! Ну разве что самую малость. Ее голос был голосом незнакомки, внешность не напоминала фотографий мамы в молодости. Зато нас объединяли веснушки и рыжие кудри, а это уже много!
Я слегка отстранилась, чтобы посмотреть в лицо мамы, и с уверенностью сказала:
– Я твоя дочка, мама. Ирма!
– Ирма? – Полный смятения взгляд скользнул на некроманта, и тут я увидела, как мигом изменилось девичье лицо. Стыдливый румянец спрятался под веснушками, зрачки расширились, а ресницы запорхали, пытаясь – о боги – очаровать некроманта.
– А ты… мой муж? – вдруг спросила мама, отводя взгляд и поясняя: – Я ничего не помню…
Морти будто зомби целиком проглотил: позеленел, в ногах ослаб, отступил на шаг и жадно хватал ртом воздух.
И пока некромант приходил в себя, я взяла маму за руку и попыталась остановить метеорит, который стремительно несся на планету моей мечты. Только еще не хватало, чтобы мама в Морти влюбилась!