Возвращение. В объятиях лорда тьмы (СИ)

Двинулась к торговым рядам. У первой же лавочки выловила запах свежей выпечки. Хотя ароматы исходили не от неё. А от девочки с корзиной, где хлеб лежал под тряпицей.
Она посмотрела на меня пугливыми серыми глазками, сморщила носик и пошла прочь.
– Проваливай нищенка, – рявкнул на меня бородатый лавочник, торгующий деревянной посудой. – От тебя несёт выгребной ямой! Распугиваешь покупателей. Уходи, пока стражу не позвал!
Пошла к другой лавке, полюбопытствовать, чем же народ живет, согнали и оттуда. И так весь ряд прошла, слушая о себе нелицеприятные вещи.
– Иди работай.
– Молодая еще, что побираешься?
– В публичный дом иди, там тебя отмоют и пристроят!
– Давай я тебя пристрою, голубушка!
Вскоре за мной уже шла целая толпа народа, желая прогнать, поколотить и пристроить. А ведь всё дело в запахе, что с собой принесла из канализации!
Мерзкие ощущения от всеобщей нелюбви. И жалко ведь их, сами как бомжи, но злость всё это перечеркивает. Пока не появляется девочка, та самая с корзинкой.
– Ты голодна? Возьми? – Протягивает мне крендель. Впору прослезиться, но мешкать времени нет. Злые люди настаивают, чтобы я покинула площадь.
– Спасибо тебе, – благодарю её, но подачку не беру. Ей самой, похоже, нелегко расставаться с продуктами.
– Как знаешь, – отвечает обиженно. – Значит, не так уж и голодна.
– Терпимо, – согласилась и протянула ей невидимку с волос в благодарность. – Держи, маме отнесешь.
Девочка приняла, как завороженная. С неким сомнением, будто не поверила глазам своим, что у нищенки может быть настоящая драгоценность. Невидимка из серебра с камушками разноцветными, в том числе прозрачными, похожими на бриллианты, должна стоить немало. У королевы не может быть подделок.
– Настоящая, – прокомментировала. – Спрячь быстрее, чтоб не отобрали.
Та кивнула и в корзинку подарок сунула. Карманов ведь на платье нет. Улыбнулась мне открыто, посмотрела иначе, будто на спасительницу, от чего на душе потеплело сразу. Не успела наставлений ещё отвесить, той и след простыл.
Вышла на широкую улицу, более оживленную. Здесь уже кареты катаются и повозки. Люди ходят по тротуару, вымощенному камнем. Дома посолиднее, в два, в три этажа, кирпич и кровля. Вдалеке виднеются верхушки серебряного дворца, где ночевала. Назад не хочется, лучше уж к Феликсу. Старика из запоя надо выводить, иначе королева отрубит ему хвост по самую голову. Вот только найти его особняк будет большой проблемой. Я даже не знаю, в какую сторону идти!
Вечереет. Разгораются факела, людей на улицах всё меньше. А я заблудилась окончательно. К кому ни подходила с вопросами, тут же прогоняли, чувствуя вонь. Оставалось только подождать, пока не выветрится. С этой мыслью свернула в подворотню, которая мне показалась довольно уютной. На улице тепло, можно примоститься где – нибудь на свежем воздухе и поспать. Утро вечера мудренее, как говорится в сказке. А здесь как раз такая и есть, правда страшная, темная, злая.
Только устроилась на кучке соломы, оставленной, словно для меня. Появились двое мужчин. Буквально возникло из ниоткуда, словно ждали в засаде.
– Ничейная? – Спросил высокий худощавый парень, не удосужившись даже поздороваться.
– Своя собственная, – буркнула в ответ. – Дворец герцога Феликса не знаете в какой стороне?
– Знаем, – съехидствовал второй, мелкий и толстый. – Все дворцы знаем.
– Я заплачу, если проводите, – обрадовалась, поднимаясь на ноги.
Вторая невидимка как раз оказалась кстати.
– Браслет у тебя хороший, – кивнул худощавый. – Приметили и с самого рынка за тобой идём. Давай его сюда.
– В волосах что – то блестит, и это тоже давай, – подхватил второй, демонстрируя дубину.
Понятно, грабители.
– А вы по тёмным местам не боитесь шастать, господа? – Произнесла с усмешкой.
Грабителей совсем не боюсь. Страх потерян, сама себе удивляюсь. Что мне людишки в сравнении с нечистью?
– Какие мы тебе господа? – Скривился толстый. – Господа не воруют, это у них воруют.
– Мы здесь каждый угол знаем, – ответил худощавый и стал приближаться. – Наше здесь всё, а ты чужая, отдавай ценное, тогда цела будешь.
 
Оскалилась и зашипела, встав в стойку, будто прыгать собираюсь на них. Сработало выше всяких ожиданий. Через пять секунд обоих ветром сдуло. Изображать вампира оказалось легче лёгкого.
Оставаться тут не решилась, дабы не дожидаться отряда карателей. Эти разбираться не будут. Мысль пришла верная – надо ночлег искать.
Вернувшись на более светлую улочку, наткнулась на дамочек. Долго соображать, кто это, не пришлось. Проститутки во всей своей красе встретили меня со скептическим настроем.
– Ой милая, как же от тебя несет!
– А ты на мордашку ничего.
– Шла бы ты отсюда…
– Это наша улица, брысь!
– Эй, подойди сюда, – раздался вдруг женский голос позади.
Женщина в балахоне напоминала кухарку. Мощные руки в боки, вид деловой. Пахнет мукой. Одарила меня неоднозначным взглядом, с ног до головы рассмотрела.
– Где ночуем? – Спросила тут же.
– Мне бы во дворец… – брякнула неуверенно.
– И мне, – раздались смешки от девок лёгкого поведения.
– Я бы тоже не отказалась с дворцовыми лордами покрутить, – захихикала ещё одна.
– У меня как – то барон был, вот же ленивая скотина! – Выпалила третья девица.
– Всё ясно, не местная, – махнула рукой кухарка и развернулась. – Пошли. А вы дуры, что раскудахтались?
– Да пошла ты, старая клуша! – Раздалось в ответ почти хором.
Двинулась за ней прямо в незнакомый дом. Скрипучие половицы, деревянный коридорчик, масляная лампа, столик убранный, чистота и порядок. Веет хозяйственным мылом и жженым маслом.
– Тебя как звать? – Спросила она, не оборачиваясь и двигаясь дальше.
– Джулия, – брякнула имя, под которым меня знает герцог и королева, мало ли…
– А я Мила. Вот сюда заходи, бери тазик с водой, вон там ковш, и давай отмывайся. Потом позовёшь, дам тебе платье.
Умылась, кое – как оттерла ноги и сандалии. Платье кухарка принесла более – менее приличное, бежевое, размер угадала. На обувь мою посмотрела с подозрением, но ничего не сказав, вышла.
– Родня – то есть? – Вопрос женщины застал врасплох, когда я показалась из коморки.
– Есть, но не тут, – ответила машинально. – Ну, в другом королевстве.
Уточнение пришлось кстати. Мила понимающе кивнула.
– Ты девушка крепкая, – констатировала повариха, глядя на мои обнаженные ноги от колен. – Молодая, смышленая. Красотой не обделена.
– Какая есть, – усмехнулась в ответ. – Но на панель идти морально не готова.
– Дам тебе приют, но с условием, – произнесла озадаченно, игнорируя мою грязную шутку.
– Каким же? – Мой вопрос логичен. Какое может быть условие за ночлег?
– Работать будешь. – Скорее утвердительно, чем вопросительно произнесла женщина.
– Прибраться где – нибудь могу, посуду помыть тоже, но всё это утром, устала я.
– Спешишь куда? – Произнесла повариха разочарованно. – За ночлег не надо платить. Думала, кров тебе предложить. Да заработок.
– Надеюсь, не телом торговать?
– Трудом крестьянским, – укорила с ехидством. – Сама не приветствую сей срам. И ты не удумай. Иной ночью пропадают потаскухи безвестно.
Я задумалась. Даже во дворце королевы меня достали люди Виери. Достанут и у магистра все, кому не лень. Там искать и будут. А стоит ли торопиться в чьи – то лапы? Больше всего пугают эльфы со своим нездоровым рвением убить меня, даже не пообщавшись! А будут ли искать тут? Один из сотни непримечательных домов, тянувшихся по улице, куда я попала в полумраке.
Атмосфера здесь бодрая, женщина простая, совсем не напрягает. Работы не боюсь, наоборот – с удовольствием займусь делом, иначе просто с ума сойду от безделья. А заработок пригодится. Без денег придется тяжело.
 
– Хорошо, – согласилась.
– Вот и договорились, – обрадовалась кухарка. – В таверну отведу, там и покормим, а потом сразу наподхват. Ты подвернулась мне, как нельзя кстати. Часть оплаты будешь за ночлег отдавать, остальное себе на нужды. За платье с первой получки расплатишься.