Оазис (СИ)
По мере развития возможности других лидеров негативно воздействовать на меня Убеждением будут сокращаться. Ситуация с амулетами послужила предупреждением. Вместе с новыми успехами и достижениями появится больше желающих прогнуть под себя Бориса-артефактора. А я постараюсь не прогнуться!
Добытый из голема осколок души Игнатьев посоветовал оставить на потом. Опираясь на личную практику и наблюдения за другими магами, заметил, что до десяти лухсов резерв развить относительно легко. А вот дальше словно упираешься в потолок — прибавка к запасу маны от алтаря и сфер идет все меньше и слабее. Развитие в основном продолжается за счет Искр и подобных подарков судьбы. Жемчужины с Регенерацией и Толстокожим, наоборот, мне следовало усвоить как можно быстрее.
Для проведения ритуала очищения добытых с варана жемчужин мне пришлось уйти за пределы поселка, чтобы не пачкать жилье остатками негатива. Прошлый опыт подсказал, что лучшее место для этого находится в районе Карантина. Заодно смогу навестить Айну и Бойца.
Поселок и лагерь оказались во власти безудержного веселья. Богатые трофеи сегодня взяли многие. Остальные радовались, что остались в живых. Для поддержки боевого духа сборного воинства Искандер выставил внушительный объем алкогольных напитков. Не только квасоподобной браги из фиников, но и крепкого виноградного вина. Дух боевого товарищества укреплялся невиданными темпами. В празднике участвовала прекрасная половина человечества. Возникали и расходились по палаткам новые пары.
Как обычно, башня светила на всю округу мощными артефактами. Площадь поселка, по обыкновению, заливал свет заклинаний и масляных светильников. Подобная любовь к иллюминации объяснялась просто: жители оазиса почти поголовно испытывали боязнь темноты. Особенно те, кому пришлось в первые дни в этом мире ночевать в пустыне или мрачных руинах. Феи со второго этажа общаги искренне радовались, усвоив с моей помощью «Светоч» или «Благосвет». Или вот свежий пример — Ираида. Как и многие начинающие маги весь вечер использовала свое первое заклинание, разгоняла ненавистную темноту и подстегивала развитие средоточия. На базе простенького заклинания легче пойдет освоение боевых.
Я прекрасно понимал народ. У самого богатая палитра воспоминаний. Начиная с самой первой «веселой» ночевки в Храме. Особняком на полке флешбэков стояли схватки с гончими в вечернем сумраке. Пусть я победил, но страх перед обитающими во тьме тварями никуда не исчез. Чертовщину, вроде тяжелого ненавидящего взгляда и теней, пугающих до дрожи, не стоило вспоминать к ночи. Здесь, в этом мире, тьма воспринималась не как отсутствие света, а как нечто однозначно злое, противное человеку. И нас разделял лишь купол. Как мастер башни я понимал, насколько мощным и надежным является наш силовой барьер. Но каждому костру суждено погаснуть, судьба любой преграды — однажды пасть. И каждый из нас обязательно окажется с тьмой один на один.
Карантин перерос себя — навесы из пальмовых листьев полностью укрыли дворик внутри глинобитного забора. Рядом раскинулась палатка для персонала — у Сергея появились помощницы. Бамбуковые клетки для бесноватых перенесли под отдельный навес за пределы забора. И они не пустовали.
Народу внутри заметно прибавилось. Люди и сорколины, раненые ополченцы и свежие попаданцы — лежали рядами на подстилках из сухой травы и застеленных тряпками циновках. Перегородки из прутьев и ширмы из набедренных повязок имитировали стены, давая людям подобие уединения.
Сюда отправляли тех, кто получил в бою слишком много скверны. Обычные раны, переломы, укусы змей и насекомых лечили в лагере главной башни.
Аборигенка очень устала и к моему приходу дремала, сидя на перевернутом ведре у веревок с сохнущими бинтами. Боец тоже пребывал в отключке — не стал его беспокоить.
— Борус, ты пришел!
— И не с пустыми руками!
Отдал девушке бусины с Портным, Кулинаром и Садоводом, а также большой узел с ненужными мне вещами и тряпками. Умение хорошо шить в наших условиях — это верный кусок хлеба. Тем более, что девушка подрядилась делать перчатки и лицевые платки. Поэтому сразу усвоила бусину Портного, вернув магическую пыль в подставленную банку. Но был у меня для нее еще один подарок, в перспективе не менее полезный:
— Скажи, ты хотела бы понимать наш язык?
Айна с изумленным лицом кивнула:
— Да! Сергей говорит ваши слова, я повторяю. Иногда это странно, но обычно смешно.
На ее ладошку упала бусина с русским языком. Это знание ей в любом случае пригодится и поднимет авторитет девушки в общине. Диаспора аборигенов только в поселке при главной башне насчитывает два десятка человек из разных народов.
— Сразу не показывай, что понимаешь разговоры «демонов-детей».
Наивная душа по привычке согласилась, но похоже, не поняла моего совета. Пояснил:
— Земляне очень разные, не все из них желают тебе добра. Будут болтать при тебе разное, ты узнаешь их мысли. Не подавай виду, что понимаешь их. Это может быть очень полезно.
— Айна, скажи, Влад приходит к тебе?
— Вчера был. Сергей прогнал его.
— Почему? — удивился я.
— Болящих много. Работы много.
Вот и мотив для резкого поведения. Ведь он наверняка подумал, что это я попросил доктора прогнать соперника. Тьфу ты пропасть!
Нас прервал шум у ворот карантина. Сергей категорически отказывался помочь кому-то прямо сейчас, причем, речь шла не о лечении. Какие знакомые, мать их, голоса! Давно, блядь, не виделись. Что ж у нас дорожки так часто пересекаются?
Вильгельм в компании Кузьмы пришел к доктору за услугой по очистке сегодняшних трофеев. Но тот вымотался с пациентами и желанием помочь этим двоим не горел от слова совсем. Попросил Айну присмотреть за Бойцом и, если ему потребуется какая-то помощь, сообщить мне.
— Как здоровье у членов бойцовского клубка?
— За своим членом следи! — злобно посоветовал Кузьма. У ног амбала лежал мешок, красноречиво объяснявший цель визита. Без магического зрения, на одних неприятных ощущениях понятно, что в нем вещички выходцев из Бездны.
— А ты что здесь потерял, Борис? — заинтересовался расцвеченный фингалом и ссадинами атаман.
Сразу видно, мужик. Хороший мордобой — еще не повод не общаться. Дело-то житейское.
— А где мне быть, Вилли? Сам посуди, в башне пировать — скучно. По амулетам, бесам и местным долбодятлам — законный перерыв. Но если честно, я тут по тому же вопросу.
— После нас будешь! — не унимался здоровяк.
— Кузьма, открой авторский курс стендапа! Обязательно зайду поржать.
— Так, стоять! — Вильгельм придержал амбала, лезущего в драку, — Ты умеешь избавлять вещи от скверны?
— Вполне.
— Договоримся?
Обернулся к доктору за формальным разрешением.
— Сергей, не хочу отбирать чужой хлеб.
— Забирай весь. Мне он уже поперек глотки.
— Тогда оплата по результату, — озвучил условия неожиданным клиентам. Самому интересно, что получится. Да и любопытно стало, что они выбили с ублюдков.
— Идет! — сразу согласился Вильгельм. Чуйка на личную выгоду у пана атамана завидная!
В этот раз участие Сергея в ритуале свелось к продаже живой воды и задающему направление жесту. Возле карантина нашлась вытоптанная площадка, насколько это возможно, удаленная от огородов и плодовых деревьев. Плоский камень, угаженный черными потеками и сажей, использовался в качестве рабочего стола. Мерзкое на вид деревянное ведро с крышкой выдавало свое предназначение для отходов ритуала.
Извлек из сумки приготовленную бамбуковую чашку, налил в нее Живой воды из зачарованной бутылки. Высыпая жемчужины из куска камнестали в воду, поймал на лице атамана снисходительную усмешку. Он показал мне серую толстостенную колбу со стеклянной пробкой, закрепленной на проволоке. Специальный контейнер, предназначенный для хранения опасных трофеев. Надо запастись такими обязательно.
Зажег над головой «Благосвет», вошел в состояние Концентрации и приступил к ритуалу «Очищение предметов».