Оазис (СИ)
— Не хотите подождать в другом месте? — вежливо предложил Михаил, взглядом предлагая мне удалить нежеланного гостя.
— Да я ж вроде никому не мешаю? — тот натянуто улыбнулся мне, проигнорировав Михаила.
Тщательно прожевав ложку варева, сказал:
— Мешаете. Я не торгую артефактами. Исключений ни для кого не будет!
— Мы готовы взять амулеты в аренду за солидный процент от добычи с правом выкупа! — выпалил переговорщик на одном дыхании. И я ощутил слабое воздействие. Попытку убеждения в правоте собеседника.
Даже глазом не повел, акцентируя все свое внимание на вкусной похлебке и куске свежей пшеничной лепешки.
— Никаких сделок! Уходите.
Человек меня не услышал. Тем хуже для него.
— Борис, назовите ваши условия! Уверен, мы договоримся!
Давление чарами со стороны улыбчивого усилилось. К нему подошло подкрепление — здоровый детина со сломанным носом и высокий азиат с повязкой на глазу. Вот бы им попугая-матершинника и корвет! Чтобы весело и быстро уплыть нахрен с моих глаз.
— Все просто. Вы идете в лавку Игнатьева. Мы — едим.
Отправил порцию пищи в рот и немного маны в растущий навык Убеждения. В эту игру можно играть вдвоем.
— А если не уйду?
Его чары опять не сработали, и переговорщик занервничал. В ответ отодвинул пустую миску, достал из банки бусину Кулачного бойца и медленно, чтобы он разглядел содержимое, впитал ее ладонью. Усвоение знаний прошло на удивление легко и эффективно, хотя сегодня уже был алтарь, и урок Баталера, и прогресс во многих умениях. Растем понемногу. Песочек бережно ссыпал в банку.
— Теперь точно не уйдешь!
— Да бросьте! — попытался словом и магией погасить конфликт капитан сухопутных пиратов, справедливо подозревая скверный оборот.
— Борь, без этого никак? — тихо спросила Маша, но осталась без ответа. Ох, бабы, что ж вы лезете со своим мнением, когда не надо?
Глядя ему в глаза, громко объявил:
— Ты испортил нам ужин и должен компенсацию. Кольчуга вполне подойдет. Снимай и вали отсюда.
Вернул ему воздействие убеждением так, что тот подскочил.
— И не подумаю! — маска добряка слетела, как и не было.
— Ты не думал, когда подошел ко мне, кретин. А сейчас надо не думать, надо исполнять! — прикрикнул, магическим усилием ломая волю переговорщика. Тот принялся расстегивать боевой пояс, с безграничным удивлением на лице.
Его люди почуяли неладное и демонстрируя поддержку встали за спиной лидера. Здоровяк положил ему руку на плечо. Мои непонимающе переглянулись — магическое противоборство пока что осталось для них тайной.
Атаман немного пришел в себя и заявил учительским тоном:
— Насколько мне известно, драки здесь строго запрещены!
— Так мы отойдем. У тебя же ножки ходят? Вот и пользуйся пока можешь.
— Ты охерел, мудак? — влез в разговор амбал, исполняющий роль силовой поддержки.
Нет и да. Я абсолютно осознанно провоцировал мордобой. Иначе попрошайки от меня не отстанут.
— Так надо, парни! Тут Носорог номер два. — шепнул своим, они же не почувствовали попытку повлиять на меня магией.
Гордость не дала атаману врубить заднюю. И вот, мы оказались за пределами поселка на пятачке утоптанной земли в окружении деревьев. Мой отряд в полном составе, люди противника, пара аврориных и целая орда поселковых, что увязалась за нами. Следом подтягивались обитатели лагеря у главной башни… Хреново здесь с досугом, раз банальная разборка собрала толпу зрителей.
Мы стояли напротив, словно на традиционной встрече боксеров перед поединком. Только рожи не корчили, дело-то предстояло серьезное.
— Вильгельм Зиновьевич, — чуть не по слогам выговорил обращение громила-подчиненный, втискиваясь между нами, — Атаман, позволь, я ему рога пообломаю.
«Четверка», но с усилением организма вроде моего Здоровяка. И серьезный рукопашник. Его выдавала хорошая физическая форма и маска надменного придурка, при виде жалкой бусины на моей ладони. Не делай поспешных выводов, дружочек. Полторы единицы навыка — не приговор. Даже в поединке с тобой. Улучшения моего организма и опыт драчуна с городской окраины опасно сбрасывать со счетов.
— Ты следующий.
Несколько заводил тут же взялись организовывать тотализатор и объяснять участникам правила предстоящего мордобоя.
Снял с себя все лишнее, доверив вещи Михаилу.
— Ставлю отличный амулет против дрянной кольчуги! — уверенный в победе, заявил о своих притязаниях. И даже продемонстрировал собравшимся улучшенный «Щит веры».
Мэр поселка, которого все называли просто Егорыч, присвоил себе роль рефери:
— Бой без оружия. До тех пор, пока противник может стоять! В глаза и по яйцам не бить, атакующую магию не применять!
Толпа принялась азартно и шумно делать ставки.
— Бой!
Обмен ударами начался бодро, но успехов никому не принес. Я не торопился, блокируя или стойко принимая урон. Ради улучшения Толстокожего. Да и какой смысл заканчивать все быстро?
Через десяток секунд поединка позволил Вилли сочно расквасить мне нос. Силенок у интеллигента оказалось в достатке, а вот ловкости и владения собой, наоборот. При виде первой крови толпа взорвалась радостными воплями. Ох и не любят же меня в народе! Да и насрать.
Первый успех окрылил противника. Он поверил в себя и попер в атаку еще активнее. И тут же получил ногой в живот. Не сильно, на пробу. Позволил ему прийти в себя, слушая возмущенный глас народа. Злость заставила его ринуться в атаку.
Получив в «солнышко», Вилли резко утратил пыл, дыхалку и инициативу. Промедлив пару секунд, чтобы враг сполна насладился ощущениями. Поймав на выпаде левой рукой его за кулак, развернул для удобства и наградил образцовым «крюком» под ребра, выбив хриплый крик боли. Секундная пауза для зрительного зала. Дернул противника вперед и отскочил, уронив тело.
На чистом упрямстве он встал, едва подняв руки для защиты подбородка. Тут же принял предплечьями серию ударов, вскрикнув сквозь тяжелое дыхание. Зрители подбадривали ватажника, но было ясно, перелом в схватке наступил. А сейчас и в костях наступит. Для гармонии.
Несколько секунд длился формальный обмен ударами, только ради продолжения поединка, ради зрелища. И прокачки моего навыка, само собой. Наконец, он вложил в удар всю злость, ярость и чары, но просто встретил его кулак своим. И мой удар оказался сильнее.
«Да, больно! А ты думал, я шучу⁈». Не перелом, но запястье теперь не даст ему забыть этот вечер очень долго.
Противник с ревом бросился вперед, собираясь не то сойтись в клинче, не то опрокинуть меня на землю. Проводил его негодяйским ударом в спину, вновь провоцируя недовольный вой собравшихся. Устоял он только благодаря плотному кругу зрителей. Те ловко вернули поплывшего атамана обратно на ринг. Мол, бейся давай, мы же на тебя свои кровные поставили!
Не позволил противнику применить какое-либо коварство, сбил его блок и обработал корпус простыми ударами. Придержал теряющую опору тушу за плечо, и смачно врезал еще раз по ребрам. Под осуждающие крики толпы, атаман рухнул на землю. И скрючился, беззвучно отрыв рот. Встать он уже не смог. По сигналу Егорыча поверженного противника утащили прочь подчиненные.
Мэр объявил мою победу. Букмекеры рассчитали немногих везунчиков. Кто-то из сторонников атамана широким жестом бросил к моим ногам кольчужную «майку». Не гордый, подниму. Что с бою взято, то свято.
На импровизированный ринг вышел амбал на две головы выше и в плечах солидно пошире своего командира. Легко с ним не будет, разминался он со знанием дела. Что характерно, публика откровенно предвкушала мое избиение. Толпа как женщина — любит подонков. А какой из меня подонок?
Пролетевшая схватка далась мне совсем непросто. По телу градом катил пот. Надо перевести дух и подпитать Выносливого энергией. А пока проясним имущественный вопрос.
— Что ставишь, кабан?
— Обойдешься! Сам вызвал. Не тяни время.
— У нас серьезное мероприятие. Ставлю свою новую кольчужку. Не жмись.