Последний бастион – 2. Бремя белых (СИ)
— Слава Аллаху, что мы смогли хотя бы взять пленных, Али. Иначе, клянусь Аллахом, я бы доделал то, что не доделали кяфиры. Кто-нибудь из них может говорить?
— Черномазый совсем плох. Белый получше, но говорить не хочет.
— Что думаешь?
— Старший брат явно профессионал, с большим боевым опытом. У Абдаллы многие воевали еще с американцами, опыта им было не занимать, да и оружие хорошее. Если он в одиночку перебил целый джамаат — значит он профессионал. У американцев сейчас есть такие шайтаны — после Ирака и Афганистана…
Аль-Мумит склонился над пленными. Одного из них он знал, запомнил по фотографии — Николас де Вет, хозяин усадьбы. Второго — темнокожего он не знал. То, что ему удалось захватить живым одного из братьев, давало ему огромный козырь. Значит, этой ночью все-таки была одержана победа пусть и тяжелая. И даже то, что второй брат ушел, и убил столько воинов Аллаха, ничего не меняло…
— Подними-ка мне этого…
Али моментально исполнил приказ, подняв белого и прижав его к борту Лэндровера. Аль-Мумит внимательно посмотрел ему в глаза.
— Меня зовут Саид, а вас… — начал он на прекрасном английском
Белый молчал
— Это ваш друг? — аль-Мумит кивнул на лежащего на земле чернокожего
И снова молчание…
— Хорошо. Если не желаете говорить — то, что сейчас произойдет, будет на вашей совести, иншалла. Али! Посади белого в мой джип, привяжи как следует и пусть он смотрит. А этого — тащи к машинам!
Али выполнил все в точности. Тело чернокожего командира импизахваченного в бою, вытащили на середину полукруга, образованного машинами моджахедов. Аль-Мумит вышел следом, оглядел моджахедов…
— Великая книга гласит: "Bы нaйдeтe дpyгиx, кoтopыe зaxoтят быть вepными вaм и вepными cвoeмy нapoдy. Bcякий paз кaк иx пoвepнyт к мятeжy, oни бyдyт ввepгнyты тyдa. И ecли oни нe oтoйдyт oт вac, и нe пpeдлoжaт вaм миpa, и нe yдepжaт cвoиx pyк, тo бepитe иx и избивaйтe, гдe бы ни вcтpeчaли вы иx. Haд этими Mы дaли вaм явнyю влacть". Не вы их убиваете — но Аллах их убивает! А отец всех мусульман, Мухаммед ибн Абд аль-Ваххаб, да пребудет он вечно рядом с Аллахом, изрек: кяфиры даже хуже диких зверей! Святой долг каждого мусульманина — устрашать врага, идти по пути джихада и убивать кяфиров везде, где он их встретит! Аллах, да благословит наш джихад, иншалла!
— Иншалла! — взревели моджахеды
— Этот кяфир! — произнес аль-Мумит, показывая на чернокожего — убивал наших братьев! Он грязный кяфир, мешающий свершиться делу Аллаха! Как мы должны наказать его, братья?
— Смертью! — заорали со всех сторон
— Так наказывайте! — закончил аль-Мумит, повернулся и пошел к своей машине.
Моджахеды, выхватив ножи, бросились к чернокожему целой толпой, толкаясь и мешая друг другу. Через несколько секунд один из моджахедов с радостным криком выпрямился, держа в руках голову кяфира. Террористы, испачканные кровью, с дикими криками плясали на обезглавленном трупе, перебрасывая друг другу отрезанную голову…
Аль-Мумит подошел к своей машине, взглянул в глаза пленного…
— Итак, мистер де Вет — может, вы все же скажете, куда вы собирались с братом? Тем самым вы избавите себя от мучительной смерти…
Николас де Вет посмотрел прямо в глаза террориста.
— Отрезав мне голову, ты ни на шаг не приблизишься к тому месту, куда мы идем. Ты можешь отрезать голову мне — но мой брат жив и здоров, я слышал. Скоро он придет за тобой…
Аль-Мумит улыбнулся.
— Вы правы, мистер де Вет. Пожалуй, вы еще немного поживете. И я жду вашего брата, с нетерпением… Поехали!
— Эмир, а как же тела наших братьев? — спросил Али
— Оставим здесь — холодно бросил аль-Мумит — в Афганистане наши братья по джихаду поступают так же (по законам ислама не похоронить павшего в бою шахида, оставить его на растерзание зверям — страшный грех, святотатство — прим автора). Львам тоже нужно чем-то питаться. Поехали, мы теряем время.
Через десять минут колонна машин террористов проехала мимо обгоревших развалин фермы, еще через пять — увидела стоящий пикап Тойота, один из тех, которым пользовался джамаат Абдаллы. Машины остановились…
— Вахид, Абу — проверить — приказал Али в рацию.
Двое моджахедов, направив стволы автоматов на машину, пошли вперед. Остальные напряженно ждали…
— Здесь ничего нет, эмир! — хрипло проговорил Абу через несколько минут — машина брошена, рядом видимо была замаскирована другая. На ней кяфиры и уехали, по следам их было двое…
— Тогда садитесь в машину и поехали…
Вахид и Абу забрались в машину, предварительно проверив — нет ли чего под днищем. Но под днищем ничего не было, мотор работал ровно — кяфир даже не догадался прострелить бензобак. Абу, сидевший за рулем, привычно включил первую скорость, отпустил педаль сцепления и машина тронулась. Почти сразу же под колесо ей попался большой камень, столкновение с которым сотрясло всю машину…
— Шайтан! — выругался Абу, вцепившись в руль. Тихого щелчка запала гранаты, выкатившейся на пол из-под сидения, он не услышал, не услышал его и Вахид — только почувствовал, как что-то тяжелое упало под ноги. Через четыре секунды мир для Абу и Вахида исчез в ослепительно яркой вспышке…
Когда кабина шедшего вторым в колонне пикапа вдруг разорвалась, хлестанула по сторонам осколками стекла и стали — Али сидевший за рулем Лэндровера эмира, едва успел пригнуться и рванул руль влево. Проехав несколько метров и чудом избежав столкновения с горящей Тойотой Лэндровер заглох. Схватив автомат, Али выскочил из машины, покатился по земле. Он подумал, что по Тойоте выстрелили из РПГ и сейчас начнется обстрел. С противоположной стороны машины занял позицию аль-Мумит, прикрываясь корпусом Лэндровера…
И тишина. По колонне никто не стрелял. Только дикий, истерический вой откуда-то спереди, от шедшего первым в колонне Унимога бил по нервам…
Аль-Мумит догадался первым что произошло, поднялся из-за машины, не таясь, пошел к Тойоте…
— Ну, молодец…
— Что? — Али догнал его
— Он подложил взрывное устройство в кабину. Скорее всего — гранату без чеки закрепил где-то под сидениями. Первый же ухаб на дороге — граната от толчка падает — взрыв. Молодец…
— Шайтан…
— Он профессионал, с ним придется нелегко. Если бы не радиомаяк — мы бы его вообще потеряли.
Аль-Мумит подошел к Унимогу, взглянул. Один из моджахедов, сидевших ближе всех к борту, принял на себя всю взрывную волну — крупным осколком ему почти перерубило руку, с левой стороны волосы и кожа на голове превратились в кровавую кашу — посекло осколками стекла. Сейчас он выл на ужасной, высокой ноте, у остальных в кузове лица были белыми как мел, они не смели даже пошевелиться.
Аль-Мумит схватил тяжело раненого моджахеда и рванул на себя. Моджахед выпал из кузова словно мешок, рухнул в дорожную пыль, пятная ее тяжелыми багровыми каплями…
— Аллах Акбар!
Добив раненого, аль Мумит убрал пистолет, пинком отпихнул тело с дороги в сторону…
— Поехали, что встали… — совершенно спокойно сказал он, после чего повернулся и пошел обратно к своей машине.
Николас де Вет, привязанный к заднему сидении Лэндровера смотрел подходящим к машине моджахедам прямо в глаза. И если аль-Мумит взгляд кяфира выдержал — то Али отвел глаза. За одну ночь он потерял едва ли не половину отряда. Инстинкт подсказывал ему — бросить все, пристрелить этого кяфира и бежать, бежать куда глаза глядят. Если бы не аль-Мумит — он бы так и поступил…
— Вот так мой брат убьет всех вас, одного за другим — глухим, хриплым голосом сказал Николас де Вет, глядя перед собой…
Картинки из прошлого: Граница Южной Родезии и Мозамбика, Дорога на Кабора-Басса, Январь 1977 года.
— Эй, Родж! А правда что твой брательник служит в корпусе морской пехоты США?
Роджер де Вет перегнулся через невысокий борт и смачно сплюнул в пыль