Мама для Ромашки (СИ)

Много этих “почему” в моей голове. И как рассказать все маме? Она будет, мягко говоря, в шоке.
Такси достаточно быстро довозит меня до дома по вечернему городу, тонущему в сумраке ночи. Останавливается у подъезда, и я в растерянных чувствах, почти на автопилоте выхожу из машины с огромным букетом. Даже не помню, как поднимаюсь на нужный этаж. Кажется, в это раз проигнорировала лифт и пошла пешком. Зачем? Наверное, момент объяснения с мамой оттягиваю. Так как и сама не знаю, что творится и что будет дальше.
— Как погуляли? — встречает на пороге улыбающаяся родная женщина. И тут же переводит взгляд на букет, удивленно выгибая бровку.
— Прекрасно, — понимаю, что она совсем не о том говорит. И передаю ей охапку пышных, благоухающих роз.
— Ты у меня умничка, — обнимает меня, целуя в щечку и принимая цветы. А я не выдерживаю накала накативших эмоций и, шмыгнув носом, прижимаюсь к маме. Замираю в любимых руках родной и мудрой женщины, чувствуя острую необходимость выговориться.
— Ну, что ты, — гладит по спине. — Все позади. Ты справилась.
— С одним справилась, навалилось другое. Мама, — отстраняюсь и показываю колечко, которое сидит на пальце как влитое.
— Что это? — непонимающе разглядывает мою руку она, взяв за пальчики. — Цветы к кольцу, я так понимаю, прилагаются?
— Меня позвали замуж. И я согласилась, — говорю ей, а мама руку к груди прикладывает, да охает удивленно:
— Это шутка такая?
Я беру ее под руку и увожу на кухню, предлагая присесть, а сама ставлю букет в вазу и сажусь напротив мамы.
— Нет, мам, не шутка.
— Ну, я подозревала, что что-то подобное будет. Но не так быстро, — вздыхает она, поглядывая на колечко. — И кто он?
— Мам, только не ругайся…
— Не пугай меня, — хмурит брови, и на лбу появляются морщинки.
— Это мой начальник, я про него тебе рассказывала. Руслан, — выпаливаю, боясь ее реакции, прекрасно понимая, что эта новость для нее малоприятная.
— С ребенком, значит, — кладет перед собой руки на стол и сцепляет пальцы в замок. — Зачем тебе это нужно? Вот скажи мне, Лис? Зачем тебе взрослый мужик с прицепом в виде ребенка?
— Для начала, Роберта не прицеп, мам. Она чудесный ребенок. И не такая уж и большая разница у нас с Русланом, — пытаюсь урезонить ее обвинения, хоть выходит не сильно убедительно.
— Я ничего не хочу слышать, — сказала, как отрезала, качая головой. — Даже не думай. Это не обсуждается, — встала со стула и нервно принялась что-то убирать со стола, переставлять чашки. Лишь бы не сидеть на месте.
— Мам, ну, хоть ты меня не расстраивай. Я люблю их, понимаешь? — слезы непрошено покатились по щекам.
— Ты потом мне еще спасибо скажешь, что не допустила такого шага. Я тоже, наивная, верила, что люблю Воротынцева. Но деньги портят человека, и твой Руслан, я уверена, не подарок.
— Ма…
Но она молчит, убрав букет в прихожую. Вроде как с глаз долой?
Поняв, что от нее я больше ничего не добьюсь, забираю цветы к себе в спальню. Они то-тут не при чем точно.
Засыпаю со слезами. Когда же это закончится? Только сырость разводить могу. И что делать дальше, понятия не имею.
Утром будит настойчивый звонок в дверь.
— Да кого же там принесло? — бурчит мама, шлепая в тапках по коридору и отпирая дверь.
Я же накрылась обратно одеялом и сегодня не собираюсь выходить из сумрака. Однако планы рушит услышанный голос, доносящийся из прихожей, который заставляет меня вскочить с постели как ошпаренную.
— Доброе утро, простите, что так рано, но мы не можем больше без нашей Алисы, — доносится знакомый низкий мужской голос с грудными нотками, и я тихонько, на цыпочках, подхожу к двери, приоткрывая.
В прихожей стоит Руслан с Робертой, держа ее за руку. С букетом цветов и тортиком. Забавное зрелище, а главное, задевает до глубины души.
— Да, мы любим Лису, — вторит девчушка, забавно кивая головой, отчего ее неизменные растрепанные кудряшки забавно трясутся.
— Доброе, только гостей мы совсем не ждали, — растерянно говорит мама, запахивая халат. А я же говорила, что перед обаянием этого “цветочка” не устоять.
 
— А мы с толтиком, — мнется на месте Ромашка. — Меня Ломашка зовут, — говорит малышка со своей самой очаровательной улыбкой. — А вы мамоська Лисы? А как вас зовут?
— Марина меня зовут, — слышу по голосу, как мама улыбается, — да, я мама Алисы. А вы, я так понимаю, Руслан? — в голосе родной женщины сразу проскальзывают нотки недоверия.
— Да, Руслан Беркутов, а это моя дочь, Роберта, — знакомится с мамой, протягивая ей букет.
К щекам приливает румянец, прямо чувствую, как они начинают полыхать, и наиглупейшая улыбка уже просто поселилась на моем лице. Он пришел. Сам.
— Беркутов? — задумчиво повторяет мама. — Что-то фамилия знакомая. А это не вы ли помогаете Павлу с сервисом?
— Совсем немного, — усмехается он, делая шаг и проходя в квартиру, а я наконец-то понимаю, откуда у дяди средства к строительству. Вот он ответ. И осознание, как снег, сваливается на мою голову. Значит… и правда, дорога? Значит, его слова о любви не пустые слова?
— А де Лиса? — не успокаивается Ромашка, устав маяться в коридоре между взрослыми.
— Лиса у себя, — а я как шпионка, обратно запрыгиваю в постель и накрываюсь с головой. — Спит еще. Но вы проходите, — все еще сомневаясь, говорит мама. — Вон комната Алисы, — видимо, указывает на нужную дверь ма.
— А мозно к ней? — и слышу топот ножек.
В комнату тихонько открывается дверь. Слышу, как Ромашка подходит к постели, как мышка, почти не дыша.
— Лиса, — шепот у самого уха. — Мы плиехали. Лиса.
И маленькие теплые ладошки укладываются мне на щеки.
Открываю глаза и вижу эти милые голубые глазки.
— Мамоська, — целует малышка меня в щеку. А у меня на глаза наворачиваются слезы.
— Иди ко мне, малышка моя, — притягиваю к себе девчушку, обнимая и утыкаясь носом в копну светлых кудряшек.
— Девочки, — в комнату заглядывает мама. — Пойдемте пить чай.
Выглядываю из-за Ромашки и ловлю мамину улыбку. Боже, что там такого наговорил Руслан, что она так изменила к происходящему свое отношение.
Выхожу с Ромашкой за ручку как и была, в пижаме, только умывшись и немного приведя в порядок волосы, и тут же ловлю на себе темный взгляд мужчины. Который словно жадно нашего появления, не сводя глаз с кухонного прохода.
— Привет, — здоровается он первым. — Мы не вытерпели и приехали за тобой.
— Привет, — как же приятно видеть этот нежный и теплый взгляд. Он так странно смотрится на нашей небольшой кухоньке, так непривычно, но так правильно. Я не могу не восхититься.
— Если мы все выяснили и вы не против, — обращается он к маме, которая разливает чай по чашкам, — то мы очень хотели бы забрать Лису к себе, если же и сама Лиса, — поворачивается ко мне, — не против.
— Лиса, тебе решать, — бросает взгляд на меня матушка. — И я прошу прощения за вчерашнее, — смущенно улыбается. — Твоя жизнь, девочка. И, похоже, что тебя действительно любят, — пожимает плечами. — Я ничего против этой особы не имею, — к ней подошла Ромашка и обняла, так доверчиво заглядывая в глаза, что у мамы засияла яркая улыбка на губах.
Ну как можно такой цветочек не любить?
Гости рассаживаются по местам, а я так и топчусь на пороге, словно не у себя дома, а в гостях. Пока мама суетится с тортом и чаем, попутно с любопытством выпытывая у Руслана, чем увлекается, где живет, кто родители, как у какого-то молодого парнишки, я с интересом наблюдаю за мужчиной, ища хоть малейший признак недовольства, но он, кажется, вполне комфортно себя чувствует.
 
— Лис, — поворачивается ко мне мама, но ее перебивает стук в дверь. — Кажется, к нам еще гость пожаловал! — подмигивает и убегает.
Я наконец-то отмираю, прохожу и сажусь рядом с Русланом, который пристально следит за каждым моим действием и шагом. Роберта уже увлечена тортиком и не обращает пока на нас никакого внимания. Прекрасный момент, чтобы прояснить один назревший не так давно вопрос.