Мама для Ромашки (СИ)
— Я не пойду в этот кабинет, мне…
— Я тебя не спрашиваю, — хватаю девушку за локоть и без стука, под возмущенный лепет секретаря в приемной, дергаю ручку и практически вталкиваю в кабинет Воротынцева его-мою любовницу.
Тот всскакивает из-за рабочего стола и, уперев кулаки в столешницу, бьет по нам уничтожающим взглядом.
— Какого черта? — рычит этот мужик в годах, а меня только сейчас простреливает мысль, что вот он передо мной, отец моей любимой девушки. Девушки, которую, к слову, благодаря их играм, мне еще нужно умудриться вернуть. — У меня… — скалится и тут же затыкается Алексей Сергеевич, видимо, сфокусировав-таки взгляд на наших лицах. Переводя взгляд с меня на Олесю, всего на доли секунды он теряет самообладание, и его маска дает трещину.
— Узнаешь? — дергаю Олесю за руку, и та возмущенно переступая ногами, выходит вперед. — Вот, доставка прямо до рабочего стола, Алексей Сергеевич. Собственно, так же, как и мои документы, видимо.
— Беркутов? — тут же берет себя в руки старик Алисы и одергивает полы пиджака. — Что за цирк ты тут устроил, щенок?
— Представление с заклинателями змей, Воротынцев, — прячу руки в карманы брюк и делаю шаг вперед.
— Что ты творишь?
— В глаза твои продажные посмотреть приехал. Любовницу вот привез, да, кстати, в машине новые условия контракта со “СтройКорп” лежат. Принести?
— Клоун! — рычит мужик, вылетая из-за стола. — Забирай отсюда свою бабу и проваливай!
— Мою? Или ты хотел сказать, не только мою, да, Олеся? — смотрю на секретаршу, которая теперь активно зеленеет и держится за шею, испуганно поглядывая на Воротынцева. — Как на два фронта работалось, нормально? Где выгодней было, не поделишься?
— Что? — растерянно поглядывает то на меня, то на подругу хозяин кабинета. — Не понял, что это значит?
— Вот как. Значит, уже перестал отрицать, что воровал документы из моей компании. Интересно получается, да, Воротынцев? Дочь в вашей игре вообще кем была, а? — щурюсь, вглядываясь в черные глаза, что горят адским пламенем ненависти. Конечно, не каждый день такой вселенский облом случается. — Ты Лису какого хера устроил ко мне в фирму, если у тебя вот… — киваю на Олесю, — эта змея уже активно работала?
— Не неси чушь, Беркутов! Никого и никуда я не устраивал!
— Знаешь, наверное, как оно все вышло? — прохожу к широкому рабочему столу из красного дерева и невидящим взглядом пролистываю пару страниц из папки, что перед нашим приходом изучал генеральный директор “ВоронКорп”. — Очень не вовремя для Лисы и очень удачно для тебя совпали практика и мое начало сотрудничества со “СтройКом”. — Окидываю взглядом темный, с давящей атмосферой кабинет и продолжаю выкладывать свою теорию, которая кирпичик к кирпичику сложилась в моей голове. — Воровать такие документы для нашей прекрасной Олеси было бы слишком… заметно. А в честной игре ты бы точно проиграл. И тут дочь, делопроизводитель. Умница и красавица, — титанических усилий стоит не запнуться на словах об Алисе. Сердце выскакивает, а пульс зашкаливает. — Думал, устроишь ко мне в фирму, она вольется в доверие и на блюдечке принесет тебе нужные документы. Хороший план!
— Убирайся… — шипит на меня хозяин кабинета.
— Только вот ты не рассчитал, что Лиса откажется. Верно? Думал, что твоя дочь такая же продажная, как и ты. Но нет. Девчонка оказалась милей, честней и умней.
— Это ты задурил ей голову! — тычут в меня пальцем.
— Когда она послала тебя с твоим предложениям к черту, — перебиваю, — пришлось действовать более топорно. А потом уже импровизировать и по ходу выкручиваться. Свалить всю вину на Лису, подослав мне компромат с курьером. Как по нотам, ребят.
Останавливаюсь и смотрю на пышущего яростью Воротынцева, который явно не ожидал такого поворота, и на бледную, как смерть Олесю, которая в один миг потеряла сразу два пригретых местечка.
Тишину кабинета неожиданно нарушает смешок, и Алексей Воротынцев наконец-таки берет себя в руки.
— Что ж, ты оказался умней, чем я думал, Беркутов. Достойный противник.
— Я с тобой в войнушки играть не собираюсь. Увижу еще хоть одну твою крысу у себя на фирме… — подхожу вплотную к отцу Лисы и тычу в грудь. — Разговор у нас будет другим. А теперь, счастливо оставаться! Если ты не поняла, Олеся, то ты уволена. — Бросаю взгляда на бывшую подругу, — желаю вам перегрызть друг другу глотки.
Разворачиваюсь и уже почти покинул кабинет, когда в спину прилетает:
— Я не посылал к тебе курьера, — от Воротынцева.
— Что? — теперь удивленно торможу я.
— То. Приглядись. Вдруг у тебя там целый террариум?
Смотрю на бледную от страха бывшую секретаршу и на красного от злости Воротынцева. Идеальная пара.
Выхожу из кабинета, сжимая-разжимая кулаки от злости. Кто тогда та тварь, что подставила Лису, если не ее папаша?
Глава 43. Алиса
Передав документы в курьерскую службу, я ощутила, что камень падает с плеч. С самого начала мне нужно было рассказать Беркутову, что задумал отец, но надеялась, что разберусь с этим сама. Однако виноватой выставили меня, а я не хочу ходить с клеймом воровки на душе. Даже если этого человека мне больше никогда не суждено увидеть в жизни, не хочу, чтобы он думал обо мне так. И чтобы оправдывал свое вранье за мой счет, тоже не позволю.
В тот же вечер, как только курьерская служба отписывается, что документы доставлены адресату, я не могу сдержаться и пишу отцу одно, предельно короткое СМС:
“Доигрался”.
Ответа нет и не надо.
Все, Лиса. Закончился ад последних недель. Нужно брать себя в руки и учиться жить дальше. Без “Прайд Инвест”, без вранья, без Ромашки и без… Руслана. Сердце болит, а слезы — все еще постоянный мой спутник, но я искренне желаю ему счастья. Ему и Роберте, которая, как маленький цветочек, должна расцветать в семье.
В пятницу утром еду в универ на встречу с дипломным руководителем. Предзащита назначена на следующий понедельник, а защита в пятницу. Когда я услышала конкретные даты, меня охватил легкий мандраж. Со всеми этими переживаниями волнения перед предстоящей защитой диплома отошли на задний план. А ведь мне всего шаг до заветной красной корочки.
После универа еду в сервис и снова с головой ухожу в работу.
— Лиса, ну ты как? — ближе к вечеру заходит в гараж дядя. — Когда диплом, подарки к какому числу готовить? — ухмыляется мужчина, облокотившись на крышу ремонтируемого мной авто.
— Все отлично, дядь Паш. Подарки можно готовить к концу следующей недели. Кстати, Ниссан посмотрела, но проблемы не нашла. Наверное, надо Леше или Сане показать.
— Не переживай, ребята разберутся, что тут не так. Отдохнуть не хочешь? Все свое время свободное загрузила машинами. А по ночам сидишь за дипломом. Давай заканчивай себя ломать, — сам же выглядит усталым и что-то мне еще говорит. — И вообще, Лиска, не женское это дело, — усмехается он.
— Да кто бы говорил, особенно спустя столько лет, — его слова вызывают улыбку.
– Ну, вот и славно, хоть улыбаться не разучилась. Давай, проваливай домой. Мать, наверное, заждалась. Чувствую, как она меня ненавидит с этим гаражом, — закрывает он капот машины, над которой я корпела несколько часов.
– Ладно, домой так домой. Только потом не говори, что я лентяй. И работа стоит, — говорю, направляясь в раздевалку.
— Да когда же я такое говорил, — смеется мне вслед.
Переодеваюсь в повседневную одежду и выхожу из сервиса.
— Дядь Паш, я байк оставлю? Хочу прогуляться, — целую в щеку родственника.
— Да не вопрос.
Прощаюсь с ребятами и отправляюсь в сторону дома. Дорога как раз лежит через парк, где с завистью наблюдаю за прогуливающимися парочками. За детворой, что резвится, катаясь на роликах, на велосипедах. Перед глазами появляется образ счастливой Ромашки, держащей за руку маму, и счастливого, улыбающегося и такого красивого Руслана, с любовью смотрящего на своих девочек. Глаза предательски защипало. Как я сказала маме? Это не моя история. Именно.