Выбор – быть человеком! (СИ)

Как бы неприятно ни было, иногда разрушающее влияние начинало происходить изнутри. Кому-то казалось, что у другого больше прав, больше привилегий, лучше кусок… Зависть и склоки. Это явление страшнее всех находящих со стороны зол. Ну… можно сравнить с ситуацией раздора на полярной станции или на космическом корабле. С раковой опухолью. Поэтому, пока отрава не расползлась, больной кусок отсекался и отправлялся в люк. Нет-нет, не в топку! Всего лишь в изгнание. Как говорится, будьте живы и здоровы как можно дальше от нас. Слава богам, пока такое происходило лишь дважды.
А! Иногда ещё приходили сектанты и проповедники странных идей. Как могут идеи воздействовать на пространство, мы уже видели, так что нафиг… Тут всё было гуманно. Настолько гуманно, насколько это может быть в средневековье. За дурные речи отнималась речь, и человечек шёл на общественно-полезные работы. Все в сад…
Потихоньку формировался свод законов. По мере необходимости их применения, так скажем.
Сопредельные ведьмаки сидели тихо и никаких монстров с их стороны больше не лезло. Ходили смутные слухи, что вроде бы пошла у них междоусобица, чуть ли внутренняя войнушка, но пару лет назад пришёл новый магистр с целым отрядом, бучу задавил, навёл порядок и всех построил. Недавно, правда, особо ретивые неофиты пытались агитировать парней по посёлкам — вступайте, дескать, в нашу шайку, не пожалеете. Барон устроил им взбучку и выпроводил восвояси, посмотрим — надолго ли собаке блин.
Кровавую вражду и уж тем более войну больше пока никто нам не объявлял. Цыгане-коноплеводы в большинстве своём встали на крыло и по-тихому растворились в просторах Новой Земли, а малая часть, сильно напуганная бароном, поклялась в лояльности и убежала на север, за озеро Рыбку, в ничейные земли. Туда же селились те, кто желал жить своим умом и своим двором, не идти под руку Белого Ворона.
Зато у барона появилась идея фикс: организовать вокруг Серого Камня второе кольцо из деревень и назвать его Ожерельем Баронессы (Браслет Баронессы ведь уже был), но пока получилось заложить только один северный посёлок — Аметист, ибо распылять население было совсем не резон.
Народ не сказать чтобы валил толпами — прибывал потихоньку; я уже рассказывала, кажется — очень уж активно развивалась в России целая сеть госпроектов, да и в ласковом климате Приморского княжества очень многие хотели жить. Так что по последней новолетней переписи мы едва перевалили отметку в шесть тысяч человек, это если всех-всех-всех посчитать. Очень большой процент был детей, родных и ещё больше — приёмных. И человек, не соврать, под тысячу было из инвалидной программы. Многие уже потихоньку работали и жили почти самостоятельно (в специальных патронажных общежитиях или в приёмных семьях), но до полной реабилитации и стопроцентного восстановления было ещё пилить и пилить.
ДАРЫ ВОРОНОВ
Кельда
Со мной, в принципе и так всё ясно.
Дед у нас целиком и полностью посвятил себя водной стихии. Плыть может на всём, что на воде держится, со скоростью чрезвычайной. Ну и копчёная рыба в его исполнении приобретает статус «божественно».
Бабушка, то есть Гуля, стала одной из ведущих ботаничек.
Вова, само собой, был танком. Или кран-бортом, в мирном варианте.
А вот про остальных надо написать. Особенно про пробившиеся дары́ детёнышей.
Ну, с Галей ещё в первое лето всё стало понятно: оборотень-метаморф, винодел (превращатель воды в вино — это случайный подарок Оссэ, по, кхм, пьяной лавочке) и умение играть любую музыку (это уж надо благодарить Браги, тоже, честно скажем, в момент подарка не совсем трезвого; зато все четверо, кого этот подарочек зацепил — Кирилл, Галя, Глирдан и Ангелина — могли играть реально любую музыку, для этого им даже не нужно было когда-нибудь её слышать, достаточно было услышать название, строчку или музыкальную фразу — и всё, можно играть).
 
Киря помимо музыки рулил временем и, как большинство зашедших в первое лето мужиков, продвинулся по линии тяжей.
В десятом году, как только крепостные стены Серого Камня были достроены, Галина с Кирей увели половину строителей к Евфрату (умудрились даже с гномами сговориться, чтоб присылали им сменные бригады в помощь — всё-таки интересы государства). Там, на границе с Междуречьем была отстроена крепостица, а потом и мост с пропускным пунктом. Там была даже специальная драконья взлётно-посадочная площадка!
Хитрые строители провели на территории сопредельного государства диверсионную работу, заслав туда пару земельщиков с отрядом тяжей, которые за несколько лунных ночей расчистили в междуреченском лесу широкую просеку, все деревья стаскали на свою территорию, а землю гладко приравняли и уплотнили, как будто так и было — километра на три, до самых безлесых междуреченских лугов. Как говорится, милости просим, гости дорогие.
Вот когда выстрелило предсказание Балина Железномоста о Золотом Льве Междуречья! Зачем переплывать Тигр на паромной переправе, тащиться пусть даже и по привычной дороге в Новую Самару, рискуя не только товарами, но и собственными шкурами — там тебе и банды, и воинствующие индейцы, и даже набегающие одичалые туркмены — когда можно комфортно переехать по мосту, заплатив вдвое меньше, чем паромщикам, и по хорошей дороге добраться до портала Иркутского? Тут, конечно, были разные ситуации и разные варианты, но людской ручеёк, тем не менее, потёк, и с каждым годом он становился всё больше.
Детей у Гали с Кирей так и было пока двое: Надюше нынче зимой стукнуло семнадцать, а Саньке, названному в честь прадеда, через две недели будет двенадцать. Эти «двенадцать» меня, если честно, настораживают, потому как всем нашим старшим в свои двенадцать лет довелось поучаствовать в каком-нибудь замесе.
Василисе — в стычке с цыганами.
Мишке, а потом и Пете — в зачистке разбойничьих банд (и оба раза не специально — что мы, изверги что ли? — а потому что первый напросился с отцом поехать проведать дальние деревни, а на следующий год уже оба — в геолого-разведочную экспедицию на севера, как раз Пете двенадцать подкатило).
Полинке «повезло» в составе рейнджерского отряда отбиваться от заезжих работорговцев, охотников на девочек.
Даже Надя, вокруг которой всегда распространялся ареал спокойствия и умиротворения, умудрилась влететь в заваруху с сектантами-смертниками, попытавшимися взять детей в заложники (а дети внезапно оказались обучены втыкать нож нападающему в ногу, сюрприз!).
Короче, чем дальше, тем больше всё это походило не на случайность, а на закономерность, и Санькины двенадцать меня немного напрягали. Но это так, отступление. Про дары же, вроде, собралась.
Первый Надин дар, к радости родителей, был целительский, а вот второй — та-дам! — метаморф! И Санькин — тоже! Мы сильно удивлялись, пока Эйра не просветила нас, что все дети метаморфов рождаются метаморфами! Наследственность такая. Вот, блин, Галина, мать драконов! Косяк был в том, что превращаться (в отличие от классических моно-оборотней) они смогут, когда хотя бы примерно достигнут взрослых габаритов — лет в двадцать. Ну, ничего, умнее будут.
Васямба у нас огневик. С остальным пока тишина, видать, все ресурсы уходят на обуздание огня, больно уж сложная это стихия. Не так давно появились у Василисы первые ученики. Вова, глядя на их экзерсисы, выделил этим огневушкам-поскакушкам персональный угол, ограждённый противопожарными стенами по периметру, там же в конце концов отстроили отдельный каменный дом, в котором всё (просто сплошь) было покрыто огнезащитными рунами. И то нет-нет да и заходит речь о том, что вот, мол, станет огневиков побольше — хорошо бы им организовать капитальную базу (и, честно скажем, отселить на безопасное расстояние). Но пока их всего трое, так что дело терпит.