Случайный знакомый. Другая страна
У гостиницы Оксана остановилась. Володя предполагал, что подождет её на улице, но девушка взяла его за руку и потянула за собой. Вовка от неожиданности растерялся, но послушно пошел за подругой. Прошмыгнув мимо швейцара, занятого важным делом — чтением газеты, они поднялись на второй этаж.
В гостиницах Владимир ещё ни разу в жизни не был. Комната. в которой остановилась Оксана, была небольшой и, как показалось Володе, весьма уютной. Лучше, чем его собственная комната дома. В ней было всё, что нужно человеку для нормальной жизни. Телевизор, холодильник, шкаф для одежды, стулья и довольно широкая кровать. Удобства, если нужно (так выразилась Оксана, и Вовка подивился её умению не стесняться вещей обыкновенных, но которых почему-то многие стесняются), находились тут же, за дверью.
— Как ты сюда попала? — поинтересовался Володя. — Мне казалось, для того, чтобы попасть в гостиницу без старших, должно быть восемнадцать лет, а тебе шестнадцать?
— Семнадцать скоро. А в гостиницу, если хочешь знать, вообще не попадёшь, хоть тебе сто лет будь, — фыркнула Оксана. — Вечно мест нет, только по брони для командированных или по блату. Но вообще-то ты прав, одного в гостиницу могут поселить только совершеннолетнего.
— А ты как — по блату? Ты ж не в командировке!
— Ага, по блату, — подтвердила Оксана. — У нас тут родственник один живет, дальний.
— Где — тут? В гостинице?
— Да нет же, глупый! — засмеялась девушка. — В вашем городе. Он работает шофером в этой гостинице, вот по знакомству меня сюда и поселил, без регистрации.
Володе стало любопытно, и он спросил:
— Чего ж тогда ты у него не остановилась, если он родственник?
— Да он нам седьмая вода на киселе, хоть я его дядей зову, — махнула рукой Оксана. — Да и живет с ребенком и женой у её родителей, в маленькой однокомнатной квартире. У них жить негде, а свою квартиру он не получил пока. Вообще-то мы думали, что я у сестры в общежитии поживу, это можно, если коменданту заплатить немножко. А её нету. И главное, билетов назад на вчерашнее число тоже не было, а поезд не каждый день. Вот дядя Саша и устроил меня сюда на три дня под свою ответственность. Ну, посиди пока тут, а я пойду позвоню.
За окнами уже сгущались ранние осенние сумерки, и, уходя, Оксана зажгла маленькую лампочку над кроватью. Она горела неярким светом, создавая таинственный полумрак. Володе жутко не хотелось уходить, и он твердо решил: пока Оксана сама не попросит его, он не уйдет. Да и вообще, сейчас совсем ещё не поздно, и они же договаривались погулять ещё после звонка Оксаниным родителям. Вот он и будет ждать, а потом они отправятся куда-нибудь ещё. Хотя, по правде сказать, никуда идти Вовке было неохота. От целого дня блужданий по городу уже гудели ноги. А главное — здесь, в этой комнате, было так уютно, тихо, так хорошо без посторонних взглядов. И он обязательно опять поцелует Оксану, как только та вернется!
Вернулась девушка минут через пятнадцать, которые Вовке показались вечностью. Он встал навстречу Оксане с твердым намерением обнять её, но от неожиданного стука в дверь оба вздрогнул и. Стук повторился, и Оксана побежала открывать дверь.
— Оксанка' Ты что там, спишь уже, что ли?
— Нет, дядя Саша, не сплю.
— Ну-ну. Я зашёл сказать, что завтра не смогу тебя проводить, в командировку гонят, за новой машиной. Так уж ты как-нибудь сама. Петьке привет и матери с бабкой кланяйся, а мы в том году в отпуск к вам приедем. Скажи, и Людка моя им привет передает. А сеструха твоя к нам каждую неделю забегает. Так своим и скажи — ежели что, всегда поможем. С деньгами там или ещё что. Ну ладно, пошёл я. А то Людка, поди, с ума сходит. Десятый час уже, задержался я сегодня.
Дядя Саша в комнату не заходил, разговаривал с Оксаной в дверях, так что Вовка слышал только его голос. Оксана закрыла за ним дверь и, вернувшись, села напротив Владимира.
— Знаешь, я так не хочу, чтобы ты сейчас уходил. Давай ещё посидим, а? Тебя родители ругать не будут? Мне никогда не было так хорошо и интересно с парнем. Наши ребята другие. Обкурятся анаши — знаешь, что это такое? И стараются затащить в темный уголок. Лапать. Я не хожу с ними, мне противно.
— У меня одна мама, отца я почти не помню, он ушёл от нас. Мне лет пять было, — откровенно рассказал Володя то, о чём обычно старался не упоминать. — А мама у меня привычная, беспокоиться не будет. Я ж не маленький уже. Мы с ребятами иной раз до двенадцати гуляем. К тому же сегодня суббота, завтра в школу нё идти, могу и задержаться.
Про другую причину позднего прихода домой, Татьяну — Вовка благоразумно предпочел умолчать. Впрочем, теперь эта причина отпала. Ни за что в жизни он не будет теперь гулять с Танькой и уж тем более целоваться с ней.
— Поцелуй меня. Как там, на колесе, — как будто прочитала его мысли Оксана.
Вовка вскочил и ринулся к ней, Оксана тоже поднялась со стула. Никто из них так и не понял потом, как очутились они на широкой кровати и чья рука выключила маленькую лампочку…
Утро наступило неожиданно быстро.
— Ты знаешь, если мои родители узнают, — приподнявшись на локте, задумчиво протянула Оксана, — отец меня убьет. У нас не принято до свадьбы… с мужчиной. Только ты не думай, не бойся, я ни о чем не жалею. Потому что ты мне понравился сразу и я очень, очень люблю тебя.
— Это ты не бойся, — поцеловал Вовка ее ухо. — Не бойся, я поеду с тобой и скажу твоим родителям, что люблю тебя и хочу на тебе жениться.
— Глупый! Нам ещё школу надо окончить. И тогда жениться. Вот смешно — десятиклассники свадьбу играют!
— Можно учиться и жить вместе. У меня. У нас с мамой две комнаты, и нам моей хватит. И мама у меня хорошая, она тебе понравится, и ты ей тоже.
— А на что мы будем жить? Ты про это подумал? Не может же твоя мама нас кормить и одевать.
— Я работать пойлу, а учиться буду в вечерке. Мой знакомый так учится и работает на заводе. А я на стройку могу пойти работать, я там летом работал уже. Оксана, ты мне только верь! Я всё сделаю, чтобы мы были вместе и чтоб тебе было хорошо!
Они заспорили, как нужно поступить после всего, что было между ними. Оксана предпочитала всё скрыть от родителей до окончания школы, а потом уже пожениться. Вовка категорически возражал. Он не хотел отпускать от себя Оксану ни на один день.
— Мы сейчас оденемся и пойдём ко мне, я тебя познакомлю со своей мамой. И все ей скажу!
— Нет, Володя, — мягко, но решительно возразила девушка. — Мне нужно ехать домой. А сейчас я должна отдохнуть перед дорогой, у меня поезд сегодня, ты не забыл? С мамой ты меня познакомишь в следующий раз, когда приеду. Я должна к этому подготовиться. Понимаешь, я боюсь чуть-чуть… Я зимой обязательно к тебе приеду. На зимние каникулы. И ты будешь учить меня кататься на коньках и лыжах. А сейчас ты иди, мне нужно немножко одной побыть. Понимаешь?
Нехотя Володя уступил. Они решили, что теперь он пойдет домой и успокоит маму, а через час вернется. В десять они выйдут из гостиницы и поедут на вокзал. Вовка проводит Оксану. Про себя он решил, что сейчас ему не уговорить девушку, но ведь они будут писать друг другу письма, и Оксана обязательно согласится приехать ещё до зимних каникул.
До дома Вовка бежал. Было страшновато — что скажет мать? Ведь ещё ни разу в жизни он не исчезал на всю ночь. Перед дверью в квартиру он остановился, переведя дыхание, и, немного успокоившись, нажал на кнопку звонка. Дверь ему почему-то открыла Танька. Володя сморщился, как от недозрелого лимона. Татьяна эту гримасу заметила, ей поведение приятеля не понравилось. Мало того, что где-то прошлялся всю ночь неизвестно с кем, так теперь еще и рожу кривит.
— Ну заходи. И где это ты был, мне интересно?
— А тебе какое дело? — огрызнулся Вовка на Танькин вопрос. — Что ты вообще тут делаешь?
— Как это какое дело? — окрысилась Танька. — Я жду его, волнуюсь! И мама твоя, Лидия Васильевна, себе места не находит. За сердце хватается. Кстати, я здесь для того, чтобы её успокоить, раз уж тебе до матери дела нет. А он ещё огрызается. Мы тут ночь не спим, а он… Сволочь ты, Вовка!