Случайный знакомый. Другая страна

Это замечание вызвало улыбку и у Макса, и у Яны. Ей понравилось, что Наталья Васильевна не стала всплескивать руками и восклицать что-то вроде «Ах, как интересно! Ах, какая необычная профессия!»
В общем, вечер удался. Янке давно не было так хорошо и спокойно. Все проблемы ушли куда-то, казались уже не такими серьезными, как всего несколько часов назад. Уходить из этого дома совершенно не хотелось. Она прекрасно понимала, что может остаться у Максима, если только захочет. Но несмотря на самое горячее желание не расставаться сегодня с Максом, Яна все равно решила ехать домой. Слишком все было хорошо, чтобы рисковать. Она и сама точно не знала, в чем этот риск, но боялась нарушить еще неустойчивое пока равновесие, установившееся в ее отношениях с Максимом. Поэтому, с трудом запихав в себя последний кусок, она поблагодарила хозяйку и обратилась к Максиму.
— Ну, мне пора.
— Да? — с сомнением в голосе произнес он и взглянул на часы. — Ты уверена?
Наталья Васильевна, явно решив не мешать молодежи, тихонько выскользнула из кухни. Яна оценила ее тактичность, но все же решительно заявила:
— Абсолютно. Если честно, то я объелась и безумно хочу спать.
Макс нерешительно взглянул на свою гостью, словно собираясь что-то возразить или предложить, но передумал. Вздохнув, он произнес:
— Что ж, тогда я тебя отвезу. «Ну конечно, если вы больше ничего не хотите…»
— «Признаться, я и сам собирался уходить», — засмеявшись, продолжила цитату Яна. — Очень люблю мультик про Винни Пуха. Ну, поехали. Правда, не уверена, что после такого праздника желудка смогу пролезть в дверь.
— Тогда оставайся! Придется тебе, как Винни Пуху, ждать, пока похудеешь, — мгновенно отреагировал Максим.
— Не дождёшься, — не слишком вежливо ответила Яна и тут же постаралась смягчить свои слова. — В смысле, если я у вас останусь, то не похудею никогда. Скорее, наоборот, превращусь в откормленную свинку! Твоя мама слишком вкусно готовит. Можешь представить себе толстого Пятачка?
— Душераздирающее зрелище, — ужаснулся Макс. — Тогда поехали.
На обратном пути они вновь почти все время молчали. На этот раз Яна просто нс могла разговаривать — так ей хотелось спать. Вскоре она действительно задремала на несколько минут, а проснулась от вопроса Максима:
— Слушай, давай я с этим Олегом Кудасовым поговорю? Отберу у него кассету, и дело с концом.
— Даже и не вздумай. Это мои дела. И потом, нет у него никакой кассеты. Он программу с компьютера стер, в этом я не сомневаюсь. А кассету Ольга свистнула. Кудасов к нам никогда не заходит, даже на нашем этаже бывает очень редко. Поэтому на него могли обратить внимание. Нет, кассета у Ольги. Впрочем, может, и у Олега, раз они это все вместе провернули. Но все равно, надо просто забыть об этой истории. Хотя я пока не могу. Жалко программу. Понимаешь, если бы, допустим, я сама как-то нечаянно что-то с ней натворила или монтажер — это было бы обидно, но не так. А вот когда умышленно подставляют, это цепляет за живое. В общем, не могу я этого объяснить, но мне от всей истории очень-очень плохо.
Максим, искоса глянув на Янку, погладил её по щеке. Рука у него была теплая, и Яна немедленно пожалела, что не умеет мурлыкать по кошачьи. Впрочем, через секунду она готова была шипеть и царапаться, потому что Макс предложил:
— Ну давай я тогда с Ольгой встречусь.
— Нет!
— Но почему?
— Просто нет, и всё. И дальнейших разговоров на эту тему тоже нет!
Максим неопределенно качнул головой, но настаивать не стал. Довез Янку до дома, проводил до дверей квартиры, но в гости напрашивайся не стал. Прижал её к себе, и несколько минут они стояли молча. Макс не произнес ни слова, не пытался поцеловав Яну просто отпустил ее, дунул ей в ухо и, сказав «До завтра», сбежал вниз по лестнице. Домой он пока не собирался.
В час ночи Максим Нестеров сидел за стойкой бара в клубе «Щелкунчик». Специфику этого заведения определить можно было с первого взгляда, даже если не вспоминать об известном хите Бориса Моисеева. А Максу совершенно не было нужно, чтобы его принимали за убежденного гея. Любопытствующий молодой человек в поисках острых ощущений — вот за кого Максиму нужно было сойти. И в этом он вполне преуспел.
 
Бросив взгляд в большое зеркало, которыми изобиловал бар «Щелкунчика», Максим увидел самого себя: высокого парня с довольно длинными вьющимися каштановыми волосами, немного вытянутым лицом с нежным девичьим румянцем и серыми глазами в обрамлении пушистых темных ресниц. Эдакий изящный юноша. в облике которого было что-то такое богемное, артистическое… Правда, эта «богемность» появлялась лишь когда Максим сам этого хотел. По работе Нестерову приходилось общаться с самыми разными людьми — он разрабатывал проекты интерьеров для квартир и загородных домов для солидных бизнесменов, крутых «братков», артистического люда. Его частенько приглашали на самые разные тусовки, в том числе и такую, как сегодня. Он не слишком-то любил подобные мероприятия, но глупо было бы отказываться от возможности получить выгодный заказ — а именно на таких сборищах завязывались полезные знакомства.
Он сидел в небрежной позе, облокотившись о стойку и крутя в длинных смуглых пальцах дорогую зажигалку — подарок одного из клиентов. Точнее, жены клиента, пресыщенной и избалованной сорокапятилетней дамочки. В течение месяца она пыталась соблазнить Максима, однако безуспешно. Он прекрасно представлял, каковы могут быть последствия такой связи — заказов больше точно не получишь, да и проблем огребешь немало. Кроме того, альфонсом Макс никогда не был и становиться не собирался. А зажигалка была подарком на день рождения, отказаться было бы просто неудобно.
Перед ним стояла рюмка с текилой, которую Макс терпеть не мог. Однако нужно было соответствовать выбранной роли, раз уж полез в эту идиотскую историю. И зачем, собственно, полез? Никто его не просил. Яна вообще не в курсе, что ввязался в её дела. Да и с какой стати он взялся помогать этой взбалмошной девчонке?! Вот посидит тут ещё пять минут и уйдет к чертовой матери. Хотя, с другой стороны, за каким чертом он тогда вообще сюда приперся? Вот так, ради собственного удовольствия, взял и забрел на огонек в «Щелкунчик»? Удовольствие сомнительное, и развлечение для него, мягко говоря, несвойственное.
А какие грустные глаза были у Яны, когда она рассказывала ему всю эту историю со своей передачей… Вот интересно, она так расстроилась из-за своей программы или всё-таки из-за своего бывшего бойфренда, Олега этого? Не исключено, что из-за парня, потому что так реветь из-за программы никто не стал бы. И вообще — почему он обязан лезть на рожон ради полузнакомой девчонки, которая не в состоянии сама решить собственные проблемы? Вовсе он не должен впутываться в эту сомнительную историю. Он вообще терпеть нс может сомнительных историй. Раздираемый противоречивыми чувствами, Максим сидел у стойки, искоса оглядывая небольшой зал. Господи, неужели к нему кто-нибудь привяжется?! А если никто с ним знакомиться не захочет, то зачем он вообще сюда пришел? Ведь его задача — выяснить как можно больше про этого урода Олега. Хотя, спрашивается, зачем? Яна, поди, только и дожидается, пока этот Олег свистнет. Прибежит как миленькая… Зачем лезть в чужие дела? По раз уж пришел, тогда какой смысл вот так сразу уходить? А Янка, наверное, уже спит и знать не знает, что этот ненормальный Максим Нестеров возомнил себя борцом за справедливость и за мир во всем мире.
Несмотря на своё волнение, через час Максим уже оживленно болтал с появившимися у него новыми приятелями. К его удивлению, завсегдатаи «Щелкунчика» оказались вполне приличными ребятами, одетыми вполне нормально — может быть, лишь немного более тщательно, чем другие. Да и вели они себя вполне приемлемо. Во всяком случае, к парню никто не приставал, не хватал его за коленки и не делал непристойных предложений. Все это не совсем соответствовало его представлениям о клубах типа «Щелкунчика», но вполне его устраивало.