Феномен (СИ)

Ну, ладно, в том числе и поэтому. Но ведь это только одна из причин!
Господи, как же охерительно она смотрится сверху вниз.
— Конфетка, я боюсь, что кончу лишь от одного этого сексуального вида.
Она качает головой.
— Странный ты. Я ведь полностью одета.
Усмехаюсь и едва сдерживаюсь, чтобы прямо сейчас не умереть от счастья, пока Лукреция проводит рукой по всей длине моего напряженного члена.
Ее глаза цвета ириски пристально смотрят на меня, а затем она подается вперед и проводит языком по его кончику, слизывая капельку смазки.
Святой Иисус!
Сжимаю руки в кулаки, и, когда Лу обхватывает головку губами и впускает член глубже, издаю громкий стон, ощущая каждой клеточкой кожи ее горячий рот.
Запрокидываю голову к потолку и зажмуриваюсь от невероятных ощущений. Я умираю. Ну, или я уже умер и попал в рай. Без разницы. Это определенно лучшее, что я когда-либо чувствовал.
Лу начинает двигаться по всей длине вперед-назад, и мое дыхание становится чертовски частым. Движения Лу меня опьяняют. Ощущения нереальные. Она сосет его, облизывает, немного покусывает и кружит языком вокруг головки. Я издаю стон, все еще пытаясь не смотреть на то, как сексуально она выглядит с моим членом во рту. Но не смотреть невозможно. Лукреция такая красивая.
Разжимаю кулаки и запускаю одну ладонь в мягкие волосы Лу. Собираю их в хвост и начинаю неспеша двигать бедрами ей навстречу. Ее язык скользит по нижней части моего члена, и я начинаю дрожать от того, насколько это потрясающе. Я уверен, что вот-вот кончу.
— Лу, любимая… — стону я… — Я очень близок..
Когда Лу поднимает на меня свои глаза и берет глубже, то я теряю рассудок. Мой разум улетает куда-то за Солнечную систему, к экзопланетам, а, может быть, и гораздо дальше. Я матерюсь и начинаю активнее двигать бедрами, мертвой хваткой вцепившись ей в волосы. Контролировать себя становится все труднее. Стук громыхающего в груди сердца оглушает. Оргазм ярчайшим взрывом накрывает мое тело. Я вколачиваюсь в ее рот, а затем снова и снова стону ее имя.
— Лу… Лу… Боже, Лу!
Изливаюсь ей в рот долго и мощно, пока Лу не отводит взгляда.
Дерьмо.
Все тело сводит судорогами. Я дрожу и не чувствую ног.
Лукреция медленно выпускает мой член, а затем довольно улыбается. Она смотрит на меня своими красивыми огненными глазами, пока моя грудь тяжело вздымается вверх.
— Хочу еще, — хрипло произношу я и подхватываю ее на руки.
Моментально кидаю на кровать, и она смеется, пока я снимаю с нее кроссовки, леггинсы и трусики. Стоит моему лицу оказаться между ее широко-раздвинутых бедер, Лу замолкает. Не дав ей и секунды, чтобы что-то сказать, я погружаюсь в нее языком. Она громко кричит, извиваясь на шелковой простыне и сжимая ее пальцами, когда я начинаю с невероятной скоростью кружить языком вокруг ее пульсирующей точки и ввожу внутрь сразу два пальца. Лукреция прогибается в спине и громко кричит:
— Господь всемогущий..
— Нет, Конфетка, это не Господь, — усмехаюсь я.
Лу не спорит, лишь тянет меня за волосы. Я начинаю жестко вводить в нее пальцы, не прекращая движений языка. Посасываю ее чувствительное местечко, пока Лукреция все сильнее царапает мой скальп. Пальцами мягко прочерчиваю дорожку вдоль ее силуэта и запускаю ладонь под футболку, чтобы обхватить ею упругую грудь. Сдвигаю в сторону кружево и перекатываю между пальцами сосок. Лу вновь поощряет меня громким криком. Она извивается подо мной, и я наконец понимаю, что больше не могу ждать.
Я безумно хочу ее.
Отрываюсь от Лу и помогаю ей снять футболку и бюстгальтер. Затем стягиваю через голову свою толстовку, бросаю на пол и тут же нависаю над хрупкой Лу.
— Молю, скажи, что ты пьешь таблетки, — шепчу я ей в губы.
Она удивленно смотрит на меня. И я знаю, о чем она думает.
Даже защищенный секс практически сделал меня отцом. А вероятность стать им без презерватива гораздо выше.
Но я доверяю Лу. И надеюсь, что она доверяет мне.
— Я пью таблетки, — шепчет она с легкой улыбкой.
— Люблю тебя. — Впечатываюсь своими губами в теплые губы Лу и вхожу в нее одним резким движением.
 
Твою мать!
На мгновение застываю. Не дышу. Просто не могу поверить, что все происходящее реально. Без защиты Лу ощущается так ярко. Она, как пламя, полностью поглощает меня.
Тянусь к ее губам и целую. Сил сдерживаться не осталось. Рычу, а затем раскрываю ее губы языком и довольно мычу, ощутив самый любимый вкус в мире. Я целую ее то медленно, пуская по телу дрожь до кончиков пальцев, то быстро, жадно впитывая разгорающуюся страсть. Мой член яростно двигается в ней. Накачиваю ее быстрыми неглубокими толчками, пока она стонет подо мной.
Выпрямляю корпус и обхватываю бедра Лу, притягивая ближе к себе. Лукреция проводит пальчиками по моим косым мышцам, и пресс напрягается от ее нежных прикосновений. Она касается кубиков, прикусывает губу, и я вижу в ее взгляде огонь.
Черт, как охерительно видеть, что я свожу ее с ума точно так же, как она меня.
Вхожу в нее глубже и закатываю глаза от удовольствия. Мое тело пронзают яркие импульсы. В голове проносится вихрь эмоций, как торнадо, сметающее все, что было до нее, в миг. Все, кто был до нее, тоже теряются, исчезают где-то далеко за горизонтом.
Сдерживаться больше нет сил. Я снова склоняюсь над ней и обхватываю губами ее твердый сосок. Она вздрагивает, когда мои зубы смыкаются на нем. Я перехожу к другому, продолжая жестко трахать ее. Провожу рукой по ее бархатистой коже, спускаясь ниже. Касаюсь ее сокровенного места между широко раздвинутых бедер, отрываюсь от груди и, смотря ей прямо в глаза, шепчу:
— Я люблю тебя, Лу. Я так сильно тебя люблю.
Сквозь дымку во взгляде вижу, как глаза Лукреции закатываются. Снова целую ее. Вхожу в нее до самого конца и чувствую, как Лу сжимает моей член изнутри. Она прогибается в спине и громко кричит, вонзаясь ногтями мне в задницу.
Святой Иисус!
Видеть, как Лу летит в пропасть, — самое сексуальное зрелище за всю мою жизнь.
Я делаю еще несколько глубоких толчков, а затем, рыча ей в шею, отпускаю себя.
Лу прижимает меня к себе, уткнувшись мне в ключицу носом. Ее тяжелое дыхание обжигает кожу. Громкий стук сердца эхом отдается в висках. Вдыхаю запах лаванды и счастливо улыбаюсь.
— Это была вынужденная мера? — Хриплый голос Лу вырывает меня из состояния эйфории.
— О чем ты? — Я поднимаюсь на вытянутых руках по обеим сторонам от нее, чтобы посмотреть ей в глаза.
— О сексе без презерватива. Ты просто снова забыл их, да?
Закатываю глаза.
— Не закатывай глаза, выглядит стремно, — бросает она мне мои же слова, и я усмехаюсь.
— Мне можно, — широко улыбаюсь. — Я ведь стремный.
Она улыбается в ответ, обхватывает мое лицо ладонями и шепчет:
— Ты прекрасный.
— Прекраснее твоего любимого Локи?
— Я люблю Локи.
— Больше, чем меня?
— Ну-у-у-у не знаю.
— Что значит «не знаешь»?! — негодую я.
— Твой член во мне все еще шевелится.
— Не меняй тему, — сквозь смех произношу я.
Лу коротко выдыхает, облизывает свои совершенные губы и, глядя мне в глаза, шепчет:
— Итан Мур — ты самая ворчливая задница в мире, но я люблю тебя больше всего на свете.
Я пристально смотрю в ее янтарные глаза и улыбаюсь, как придурок, а затем нежно касаюсь ее губ своими, начиная еще один тайм и теряясь в собственной нирване.
[1] Дорога впереди еще длинная — слова Гэндальфа из «Хоббит, или Туда и обратно».[2] Но это дорога домой — слова Хоббита из «Хоббит, или Туда и обратно».
  
Глава 36
 
— Куча времени, чтобы объяснить необъяснимое.
— И сегодняшняя тема?
— Что может заставить человека пойти в чирлидеры?
(с) «Адские кошки»
Лу.
Следующие дни пролетают, как одна секунда.
Уже через полчаса начнется Чемпионат, и внутри, впрочем, как и всегда, — лютый мандраж.