Библиотекарь государя. Буква (СИ)
С повреждёнными машинами поступили просто. Их сожгли. Поэтому возле нашего поместья теперь располагались два железных уголька.
Когда Цветковы покончили со сборами и загрузились в автомобили, Богдан кинул Ксении напоследок несколько слов:
— Жду звонка. У вас сутки.
И они дали по газам.
Как только опасность миновала, и ублюдки свалили с нашей территории, первым делом я пригласил Ксению к нам. Поначалу она отнекивалась, ссылаясь на важные дела, но всё-таки сдалась.
Парням же я приказал оповестить остальных о том, чтобы они не беспокоились и вывести их из бункера. Плюс, прибраться вокруг поместья. Ведь Цветковы нехило тут наследили…
Вместе с Ксенией и Иисусом отправились на кухню в главном доме и стали беседовать. Первым делом я спросил у неё, что же, чёрт побери, значит этот шифр!
— Ноль-два-два-двадцать четыре, — деловито поясняла девушка, — это специальный код, установленный между нашими кланами. Он означает то, что нужно прекратить все решительные действия и остановиться. Это, своего рода, код «отмены». Как только слышишь его — остановись.
— Интересно… — Задумчиво вздыхал я. — Вот оно как. Коды ещё какие-то. А это только между Аксёновыми и Цветковыми такое, или между всеми?
— Только между нашими двумя кланами. Эти коды были установлены ещё очень давно. И каждый член что нашего, что их клана — обязан их знать.
— Удобно, удобно… надо придумать что-нибудь подобное… Ксения! — Резко переключился я. — Что случилось с Константином? Мы ведь договаривались с ним, что всего этого не должно произойти. Стряслось что-то серьёзное?
— Да… — Опустила голову девушка. — Мы ещё не выяснили как, но кому-то удалось вычислить местонахождение наших штабов. Все они были уничтожены… мы просто не успели договориться с Цветковыми насчёт вас. Ведь…
— Константин в порядке? — Перебил я Ксению.
— Он жив. — Удручённо ответила она.
— Но ранен? — Догадался я.
— Довольно серьёзно. Прямо сейчас он лежит в больнице. Состояние, как сказали врачи, тяжёлое. Но не безнадёжное.
— Вот чёрт… а Екатерина?! Как Екатерина?! Его дочь! — До меня дошло, что могла пострадать и она.
— С ней всё в порядке. — Успокоила меня Ксения. — Она находится дома, и ей пока не сообщали о случившемся.
Ну слава богу. Хотя бы Екатерина не пострадала. А то я так перепугался.
У Ксении завибрировал телефон. Она быстрым движением вынула его из кармана и поднесла к уху.
— Алло? Да? Пришёл в себя? Это прекрасно… что сказал? Андрея Воронцова? Зачем? Х…хорошо… мы приедем. Да, хорошо. Ждите.
И хотя я и так всё понял из разговора, Ксения всё же пояснила мне, что Константин вернулся в сознание. И первое, что он попросил сделать своих помощников, это привезти к нему Андрея Воронцова. То есть, — меня.
Хм…
— Поедем? — Повернулся я на Иисуса.
Он кивнул.
Мы втроём загрузились в тесную красную машину Ксении и поехали в больницу к Константину. Пока ехали, размышлял над тем, чего же он хочет мне сказать. Неужели это как-то связано с нападением на штабы Аксёновых?
Или… хочет поговорить о Екатерине?
Не понятно. Но скоро узнаем.
Ехали мы почти час. Больница находилась в самом центре города. Огромное, белое здание. Сразу видно, что лечатся здесь только сильные мира сего.
На входе нас тщательно проверили охранники, и только тогда пропустили внутрь. Мы поднялись на лифте на тридцать третий этаж и вышли к палатам. Весь этаж был оцеплен людьми Аксёнова. Ни одна мышь не смогла бы здесь проскочить.
Но мы проскочили.
Правда, через ещё одну тщательную проверку.
И вот, когда нас, наконец, допустили в палату к Константину, я увидел его покалеченное тело…
Глава 9
Чего скрывать? Мне очень льстило, что Аксёнов так ко мне относится. Буквально первое, что он пожелал по пробуждении — это то, чтобы я к нему заехал. А это о многом говорит.
Я спас его дочь, понимаю.
Но…
Ведь ясно, что будь на моём месте кто-то другой — он поступил бы точно так же. Да и, как иначе поступить, если под угрозой и твоя собственная жизнь?
Никак.
И тем не менее, именно я оказался в нужном месте в нужное время. И этого уже не изменить. Стыдиться тут нечего.
Мы с Иисусом и Ксенией прошли бесконечное количество охранников и, наконец, добрались до палаты Константина. Когда отворилась белая дверь, перед нами предстала следующая картина.
Аксёнов лежал на высокой кровати у окна. У кровати находилась тумбочка с различными фруктами и какими-то вещами. Стояла капельница. К телу Константина было подсоединено бессчётное количество проводков, что уходили к анализирующим его состояние компьютерам. Компьютеры медленно, но ритмично пикали.
У него не было ног.
Совсем не было.
Я сразу обратил на это внимание. Вместо них торчали короткие отростки, перебинтованные белым. Перебинтованы были и остальные места, но уже по другим причинам. Просто из-за ранений.
Константин лежал чуть приподнятым. Под ним постелили подушки, чтобы он мог видеть то, что происходит прямо перед ним, а не просто глядеть в потолок.
Рядом с кроватью стоял чуть седоватый доктор и поправлял повязки у Аксёнова. Когда мы вошли, то он с сожалением посмотрел на нас. Закончил со своими делами и двинулся к выходу. Напоследок сказал, чтобы мы особо не волновали его и долго тут не засиживались.
— Хорошо. — Ответила Ксения, и доктор вышел из палаты.
Константин находился в сознании. Когда мы обступили его кровать, компьютер запиликал чаще. Он глядел на меня сквозь еле приоткрытые глаза, и я видел, как дрожат его веки.
— Здравствуйте, Константин. — Первой поздоровалась Ксения и провела ладонью по волосам.
Я повторил за ней. Иисус просто кивнул.
— Как вы и просили, мы доставили к вам Андрея.
— С…пасибо… — С трудом произнёс Аксёнов, плавно переводя взгляд с меня на девушку и обратно.
Мы замерли, чтобы его еле слышимый голос не потонул в стороннем шуме.
— Цветковы…? — Вопросительно глядел он в сторону Ксении. — Ус…
— Да. Всё в порядке. Я успела объявить Цветковым наш примирительный шифр, и они отстали. Но их главный дал нам сутки на то, чтобы позвонить.
— Ев…
— Разумеется. Это дело будет поручено Евгению. Он разберётся. Переживать не стоит. — Деловито отвечала Ксения. Когда она говорила, то чуть вытягивала вперёд голову.
Пульс Константина заметно снизился. Наверное, сообщенные новости чуть успокоили его. И это хорошо.
Краем глаза увидел, как Иисус машинально потянулся за сигаретами, но вовремя пришёл в себя и не стал этого делать.
— Анд… — Уже начал было Аксёнов обращаться ко мне, как его прервал неожиданно появившийся человек. Он резко распахнул дверь и влетел в палату, как пуля.
От такой внезапности я тут же принял самую выгодную для боя позицию и приготовился к использованию макпа. Но почувствовал у себя на плече женскую руку. Мгновенно успокоился.
— Евгений, здравствуй. — Произнесла Ксения.
Ах, Евгений…
Чего этот Евгений такой резкий…? Я ж его уже чуть не пришиб. Чтоб его…
И выглядит ещё так. Опасно, если мягко выразиться. Метра под два ростом, с полулысой головой, похожей на булыжник, и в чёрной водолазке. Вылитый бандит. Не хватало только кожаной куртки и золотых часов.
А, нет. Часы были. Вот только серебряные, и сконструированные под хайтек.
Как я понял, Евгений — что-то типа начальника охраны у Аксёновых. Свой человек, в общем. Хотя и привыкать к нему пришлось довольно долго. Ибо этот вид — настораживал.
— Что-то случилось? — Взволнованно спросила Ксения.
— Да. — Низким голосом ответил Евгений. Он подошёл к кровати Аксёнова, чуть не задев меня плечом. — Нам удалось выяснить, кто стоял за нападением. — Когда он говорил, то не обращал никакого внимания на нас с Иисусом. Казалось, для него в данный момент существует только Константин и Ксения.
— Кто…? — Прохрипел Аксёнов.