Безумные грани таланта: Энциклопедия патографий

«…У меня свой нрав, такой, какой мне дан от природы, и я останусь в своих поступках верен своей природе». (Марк Аврелий)
Марк Аврелий предпринял вполне сознательную попытку стать «истинным философом», не подумав о том, что философы не должны, да и не могут управлять империей. Причем чем мудрее философ, тем обычно хуже из него получается правитель. Скудность биографических данных не позволяет прийти к определенному психопатологическому заключению, но несоответствие мировоззрения «занимаемой должности» налицо. 
АДИ (Ady) ЭНДРЕ (1877–1919), венгерский поэт и публицист, революционный демократ. Сын обедневшего дворянина. В годы освободительной борьбы в Венгрии в лирической форме призывал к революции.
«Летом 1903 года в жизни поэта наступило большое событие: он влюбился в красивую, интересную женщину из буржуазной семьи, которую под именем Леда он воспевает в своих стихах. Любовь была бурной, большой и мучительной для них обоих, но благодаря ей венгерская литература пополнилась целым рядом превосходных любовных стихов. Леда была замужем, но отвечала Ади взаимностью, и эти то гармоничные, то противоречивые и мучительные отношения длились много лет». (Са-болъчи, 1962, с. 207–208.)
«Тяжелая психопатия, алкоголизм и морфинизм, злоупотребление никотином и барбитуратами. Его личность характеризовалась также экзальтированностью и истеричностью». (Lange-Eichbaum, Kurth, 1967. с. 321.)
[1913 г.] «Болезнь Ади всеусилива-. лась. Но поэзия его еще больше углублялась, становилась более цельной и чистой». (Саболъчи, 1962, с. 212.)
«К этому времени его здоровье, подорванное расточительной жизнью, доказало свою неспособность противостоять напряжению постоянной творческой работы. Он опубликовал за двенадцать лет 10 томов поэзии и… умер в результате алкоголизма». (CD Britannica 2000.)
«Поэзия Ади, с ее неуравновешенностью, “варварски” обнаженным страданием и плебейски “уличным” вызовом, была драматичней западной». (Россия-нов, 1994, с. 497.)
Большинство поэтов (весьма условно, разумеется) можно разделить на две различные характерологические группы. К первой относятся поэты-философы, поклонники религиозной Музы (Тютчев, Мильтон, Данте и др.); по характеру они относятся в основном к 'шизоидным натурам, чаще спокойные и рассудительные. Ко второй группе можно отнести поэтов, у которых доминирует романтическая или пламенная революционная лирика (им несть числа). По складу своего характера они чаще оказываются эмоционально-неустойчивыми или истерическими личностями, склонными к злоупотреблению психоактивными веществами. Если придерживаться этой нехитрой классификации, то Ади следует отнести ко второй группе. 
АКСАКОВ СЕРГЕЙ ТИМОФЕЕВИЧ (1791–1859), русский писатель и критик. После Гоголя никто из писателей с большей тщательностью, чем Аксаков, не раскрывал подробности помещичьего быта.
Наследственность
«В роду Аксаковых также одаренность сочетается с нервно-психическими ненормальностями; так, сестра Сергея Тимофеевича, его дочь, внук Сергей Григорьевич, сын последнего страдали эпилептическими заболеваниями. Вероятно также, что и сам Сергей Тимофеевич и его дед Степан Михайлович также были подвержены этой болезни». (Сегалим, 1925а, с. 80.)
Общая характеристика личности
[1799 г.] «В Казани, где он учился в гимназии, с ним начались болезненные приступы, обычно происходившие от внезапно возникавшего воспоминания о чем-либо из прошедшей жизни. Достаточно было ему увидеть и услышать воркующего голубя, как в памяти его в одно мгновение представлялась деревенская голубятня, на которую он любил лазить, и потрясенные его нервы не выдерживали, он впадал в беспамятство. А болезнь до того напугала его мать, что она быстро добилась увольнения сына на год из гимназии и вместе с ним приехала в деревню… Но и здесь, в деревне, приступы стали повторяться, к ужасу родителей, особенно матери; не помогало никакое лекарство, пока не обратились к “росным каплям”, облегчившим болезнь, а вскоре и положившим ей конец… Не любя мужа, Мария Николаевна в молодости всю пылкость своих чувств перенесла на родившегося сына Сережу, привязавшись к нему — до экзальтации, до болезненного обожания, вызвав и в сыне ответную, такую же страстную, напряженную реакцию чувств. Их разлуки, даже короткие, превращались для обоих в приступы тоски, душевного самоистязания. Не по годам развитое воображение мальчика, растравляя память мельчайшими подробностями, связанными с матерью, ее образом, напрягало до предела природу ребенка и было причиной его психических потрясений… В возрасте пятидесяти трех лет он начал терять зрение, лишившись вскоре одного глаза, и принужден был большую часть времени вести сидячую жизнь, к чему был так непривычен». (Лобанов, 1987, с. 9—10, 33, 345.)
 
«Болезнь глаз принудила его надолго запереться в темной комнате, и, не приученный к сидячей жизни, он расстроил свой организм, лишившись при том одного глаза…Имел силу в редкие минуты облегчения диктовать свои новые произведения». (Трубачев, 1896, с. 10 в.)
«Во 2-й половине 40-х гг., несмотря на ухудшение здоровья, резкое ослабление зрения, начинается интенсивная художественная деятельность Аксакова». (Кошелев, 1992, с. 37.)
Литературное творчество Аксакова характеризуется тонкой наблюдательностью, описанием «с большой тщательностью подробностей помещичьего быта». Подобная художественная кропотливость, педантичность, отделка мельчайших деталей — все это непременные особенности личности больных эпилепсией, которая может протекать и без заметных больших судорожных припадков, ограничиваясь лишь эпилептическими изменениями личности и т. н. «малыми припадками». Таким образом, творчество С.Т. Аксакова представляет собой пример удачного соединения врожденной литературной одаренности с психопатологическим своеобразием. 
АКУТАГАВА (Akutagawa) РЮНОСКЭ (1892–1927), японский писатель, основой его мировоззрения был скептицизм.
Наследственность
«Хотел светлячка поймать я — И напоролся па шип». 
Басе 
«Рюноскэ родился, когда отцу было сорок два года, а матери тридцать три — они были уже не молоды, и это, по поверью, могло повредить ребенку… Рюноскэ не было и года, когда заболела мать, тихая, покорная, забитая женщина…Она заболела психически и через десять лет умерла. Таким образом, Рюноскэ фактически был лишен матери почти с рождения… Душевная болезнь матери оказала большое влияние на духовное формирование Акутагава. Над ним всю жизнь тяготел ужас безумия, страх, что психическая болезнь матери может передаться и ему». (Гниении, 1980, с. 13.)
Общая характеристика личности
«Я сейчас дослушаю В мире мертвых до конца Песню твою, кукушка!» Неизвестный японский автор 
«Рос болезненным и сверхчувствительным мальчиком, зато превосходил других своими школьными успехами и был жадным читателем». (CD Britannica 2000.)
«С ранних лет Акутагава был заинтригован идеей добровольного ухода из жизни. В юные годы даже провел эксперимент: сдавил себе горло веревкой и наблюдал по секундомеру, сколько времени длится умирание. Через минуту двадцать секунд, когда начало меркнуть сознание, остановился — этот способ самоубийства писателю не понравился». (Чхартишвили, 1999, с. 446.)
«Бесконечные болезни и крайне стесненное материальное положение — постоянные спутники Акутагава последних двух лет… В 1926 году состояние Акутагава ухудшилось настолько, что врачи посоветовали ему уехать из Токио и некоторое время пожить на горячих источниках. В конце апреля он уезжает в Кугэнума. Но и там нервное состояние Акутагава не улучшилось. “Я стал принимать еще больше снотворного”, — писал он (9 мая 1926 г.) Ямамото Юдзо… Его по-прежнему мучат. бессонница, общая слабость, острое нервное истощение… А вот отрывок из письма… (29 октября 1926 г.): “С головой у меня неладно. Утром минут десять-пятнадцать после того, как встаю — все хорошо. Но малейший повод (например, мне не понравился ответ служанки), и на меня находит невыразимая тоска”. Именно в этот период у него все чаще появляются мысли о самоубийстве. Во всяком случае, по словам Оана Рюити, одного из ближайших друзей Акутагава… основной причиной самоубийства Акутагава была его тяжелая нервная болезнь и боязнь наследственного психического недуга. Но была и еще одна причина — болезнь отнимала у него единственную его страсть и радость — способность творить». (1]швнин, 1980, с. 246–247.)