Безумные грани таланта: Энциклопедия патографий
Безумные грани таланта: Энциклопедия патографий
Авт. — сост. А.В. Шувалов
Зависимость ведущего психического расстройства от вида творчества(% от числа персоналий в выбранной категории творчества)
Диагнозы:
1 — Органические и симптоматические психические расстройства.
2 — Алкоголизм и наркомания.
3 — Шизофрения, шизотипическое, шизоаффективное и бредовые расстройства.
4 — Аффективные расстройства.
5 — Невротические, соматоформные и стрессовые расстройства.
«Психопатии»:
6 — Шизоидное расстройство личности.
7 — Эмоционально неустойчивое расстройство личности.
8 — Истерическое расстройство личности.
9 — Эпилепсия.
Профессии (виды творчества):
А — Писатели и поэты.
Б — Государственные и политические деятели.
В — Художники и скульпторы.
Г — Философы и религиозные деятели.
Д — Ученые и шахматисты.
Е — Композиторы.
Ж— Актеры и актрисы.
3 — Революционеры и декабристы.
ПРЕДИСЛОВИЕ
Безумные грани таланта… Не так лирично, а гораздо жестче и определенней формулировался вопрос психиатрами XIX и начала XX века: гениальность и помешательство, гений и безумие, сумасшествие и талантливость… Так пли иначе, любая работа на эту тему вызывала и вызывает двоякую реакцию: одобрение одних и резкое неприятие, ожесточенную критику других. Для одних подобная постановка вопроса — «откровение», для других — «богохульство». Нетрудно предвидеть реакцию и на эту книгу.
Но не только рассматриваемые во взаимосвязи талант и психическая болезнь вызывают двойственные чувства. Взятые порознь, они во все времена пробуждали в людях чувства не менее противоречивые. И гений и сумасшедший — пророк и кумир для одних, дьявол и изгой в глазах других. Неоднозначна и оценка во времени: вчера — это откровение гения, сегодня — ложные построения «психопата фанатика». Что будет завтра?..
В любом случае, «они» — иные, чем «мы». «Они» пугают и удивляют, «они» шокируют п поражают, «они» изменяют границы своей психической реальности, выходят за рамки существующей культуры, обогащая ее, тем самым расширяют опыт человечества. Их ум свободен отдаем. И это объединяет их, но проводит невидимую черту между «ними» и «нами».
Большинство психиатров (публично или приватно) констатируют как установленный факт связь гениальности, одаренности с психопатологическими расстройствами. Традиционное мышление, стремящееся к «порядку» и следующее созданной схеме, на одном полюсе проявления человеческого духа ставит сумасшествие, на другом — гениальность. Вольно или невольно возникает и морально-этическая оценка: первый полюс мыслится отрицательным, второй — положительным. Так что же это: полюса, противоположности или единство противоположностей? Может быть, дилемма разрешается синтезом, «разумом неразумия» (Голосовкер. 1987')?!!
И все же приходится признать, что, несмотря на очевидное внешнее различие и менее очевидное внутреннее сходство, связь «гениальность — сумасшествие» пока не очень ясна, а тайна этой связи очень глубока. Она-то и будоражит умы исследователей вот уже третье столетие. Список работ, посвященных этой теме, практически необозрим, но работ обзорного, сводного характера не так много, а на русском языке — единицы. Многообещающим началом было издание под редакцией Г.В. Сегалина «Клинического архива гениальности и одаренности (эвропатологии)», осуществлявшееся в 1925–1929 гн В начале 1930-х гг. практически вое выпуски изъяты из библиотек и пущены под нож. Кому из психиатров они сегодня известны? В последние годы стали появляться редкие патографические статьи и популярные журнальные публикации, но все они — результат побочных наблюдений и исследований, а не итог целенаправленного поиска.
Данная книга не повторяет и не копирует «Архив» Сегалина, это самостоятельная попытка сбора и систематизации патографических сведений о сотнях выдающихся личностей, итог многолетнего кропотливого труда. Энциклопедия включает информацию о самых различных лицах: от великих людей науки и искусства до государственных деятелей. И хотя гении — пасынки своего времени (гений, понятый и оцененный при жизни — исключение), а государственные деятели — непосредственные его созидатели, объединяет их в этой книге одно — наличие психической патологии. И неудивительно, что «пасынков» в этом списке «больных гениев» больше, — на то они и «пасынки». Патографический материал приводится в основном по отечественным источникам, в некоторых случаях и беллетристическим (в вопросах психологии творчества художественное описание, опирающееся на факты, может оказаться тоньше и вернее документального). Читатель, вероятно, обратит внимание на неравнозначность приводимых патографических справок как по объему, так и по глубине раскрытия материала. Это вполне понятно и объяснимо: несмотря на свою большую историю, патографические исследования все еще находятся в стадии накопления материала и первых гипотез.
Автор не избежал соблазна попытаться дать к собранному материалу свой комментарий, заключение или выставить собственный диагноз. Но точки над «Ь> ставить рано. Психиатрический диагноз не константа, он может меняться в зависимости не только от времени его установки, но и от страны, где это происходит, и от специалиста, его идей и пристрастий. В конце концов, нет ничего более красноречивого, чем факты.
Хотелось бы предостеречь читателя от морально-этического подхода к клиническому материалу. Больной не может быть «плохим» или «хорошим» в зависимости от своего диагноза. Он может быть лишь более или менее «тяжелым» или «легким». Поэтому не следует рассматривать наличие какого-либо одиозного расстройства (например, алкоголизма) как попытку «бросить тень» на ту или иную личность. «Если психиатрия есть наука, то она имеет полное право при всяких условиях применять эти научные данные там, где для этого имеются основания, не считаясь с тем, что тот или иной объект является любимцем богов или людей» (Ланге, 1928). Так же, как и наличие неких патологических изменений психики не освобождает человека власти от ответственности за свои поступки, если они пагубно отражаются на судьбах других, зависимых от них людей. Нацистские и фашистские преступники в полной мере ответственны за свои злодеяния против человечества.
Будем надеяться, что появление этой книги возбудит угасший интерес к проблеме связи психопатологии и творчества и послужит толчком (а возможно, и «базой данных») к появлению новых работ в этом направлении. Не сказал последнего слова, возможно, и автор данной книги.
Зав. кафедрой психиатрии и психотерапии Рязанского государственного медицинского университета им. акад. И.П. Павлова, профессор С. С. Петров
HOMO GENIALIS 1. КТО ОН?
1
«…Творческая личность — это загадка, к которой можно, правда, приискивать отгадку при посредстве множества разных способов, но всегда безуспешно».
Есть проблемы, которые всегда волновали человечество. Загадка гения — одна из них. Это такая «вечная проблема», относительно которой очень много сказано и меньше всего понято. Проблема гения не является неким частным парадоксом, объяснение которого имело бы лишь академический смысл, она находится в самом средоточии культуры и науки, а возможно — и цивилизации.
Существует ли гений в действительности, как говорятфилософы, perse, сам по себе? Или формирование этого феномена всецело принадлежит восприятию окружающих, которые «создают», «признают» гения так же, как «свита играет короля»? Невозможно представить себе гения без почитающего его общества (не обязательно современного ему). Следовательно, не будет славы, не будет и гения?.. Аесли слава — необходимое условие того, чтобы кто-либо был признан гением, то неизвестный, еще непризнанный гений — логический абсурд?..
