На счёт "два"... (СИ)

— Пааап, что со мной не так? — спросила Ксюша, усаживаясь напротив отца с кружкой чая.
— Что ты, девочка? С тобой всё так! Ты прекрасна! — внешне спокойный Орлов напрягся. Этот год с похорон Зимовских он пристально следил за состоянием дочери. Если её сейчас кто-то обидел, он сотрёт того в порошок.
И Ксюша, не поднимая на отца глаз, выложила всё. Историю с преследователем. И нынешний разговор с Глебовым.
— Четверг, говоришь? Девятнадцать ноль- ноль. Что ж. Сходим поговорим.
Неплохо зная своего папу, Ксюша была уверена, Александр Владимирович Глебов надолго запомнит эти дополнительные.
Спустя пару недель Володя приехал за дочерью в университет. Увидев Ксюшу около дверей, помахал ей.
— Ого, какой мужик! — восхитилась Пономарева, — Папик твой? Ты прям спец по взрослым мужикам, подруга! Хотя и тот молоденький черненький тоже был высший класс!
— Угу. Ой, что?! Ты что говоришь то?! Это мой отец! — возмутилась Ксения.
— Да, ладно? Сколько ж ему? Такой мужчина!
— Тридцать шесть. И у него пятеро детей, — отрезала Орлова.
— Вот блииин, ну твой отец даёт! Что, серьёзно? Впрочем, от такого мужчины и десятерых можно родить!
— Придёшь домой, глянь в интернете — Владимир и Жанна Орловы, чемпионы России. И про нас с первым кавалером, — Ксюша пальцами нарисовала в воздухе кавычки, — тоже посмотри. Игорь и Ксения Орловы.
— Муж? — выпучила глаза Пономарева.
— Брат! Мы двойняшки, — рассмеялась Ксения и побежала к машине.
  
Глава 33
 
33.
Игорь не страдал от недостатка женского внимания.
Когда стало понятно, что Орлов не освободится, а продолжит выступать вместе с сестрой, на него решили охотиться не как на танцевального партнёра, а как на мужчину. Тем более, что в свои восемнадцать Игорь выглядел чуть старше. Последнее время он позволял себе лёгкую небритость. И это конечно добавляло возраст.
Девочки использовали разные способы привлечения внимания. И травмы перед ним имитировали, чтобы донёс до врача, и предметы одежды теряли неожиданно. Однажды украли из раздевалки его вещи. Благо, Ксюша быстро нашла. А то бы пришлось ждать, пока вещи из дома привезут. В одних трусах далеко не убежишь.
Кто-то пытался подружиться с Ксенией, чтоб стать ближе к её брату. Не помогало. С девушками-танцоршами Орлов был обаятелен, мил и вежлив. Но никогда не позволял себе легкомысленного поведения.
Однажды их двоюродный брат Ярик сказал: "Игоряша, не трахайся там, где живёшь, учишься или работаешь. Для этого есть другие места". Ярослав Егоров знал, о чем говорил. У него уже был роман с замужней соседкой, с однокурсницей и секретаршей босса. Все три истории обсуждались в семье, поскольку имели для Ярика последствия разной степени тяжести. Слава богу, обошлось без детей.
Игорь брату верил, как себе. Они с двоюродными крепко дружили. Поэтому все слабости Орлов позволял себе только в клубах, куда выбирался время от времени вместе с однокурсниками или в компании со старшими братьями.
Однажды они взяли с собой и Ксению. Но то, какими голодными глазами на его сестру смотрел всё тот же Ярослав, очень задело. Пришлось проводить с Егоровым разъяснительную работу. И даже аргумент "мы же на самом деле не двоюродные" не сработал. Ксюшка — табу.
На больших турнирах те, кто видел эту пару впервые, уже переспрашивали, кто Игорь и Ксения друг другу. Вот и в Братиславе один из судей поинтересовался. Услышав, что они не муж и жена, а брат и сестра, странно улыбнулся. А потом вдруг персонально Игорю предложил "своё покровительство в танцевальное мире".
Орлов сначала не понял, о чем речь. А когда до него дошло, то аж закашлялся. Судорожно соображал, как выкрутиться. Пришлось вежливо сформулировать, что мол, его семья имеет большое влияние в танцевальном мире, отец — судья международной категории. И дополнительное покровительство ему не требуется.
— Пап, ты представляешь, на что мне этот словацкий судья намекал? — задыхался от возмущения Игорь, — Я что похож на тех, кто интересуется мужчинами?
 
— Сын, всякие люди встречаются. И такие тебе тоже ещё попадутся, — посмеивался в ответ Володя.
  
Глава 34
 
34
Все последние двенадцать лет, которые Игорь и Ксюша жили в новой семье, их приёмные родители выделяли пару дней и ездили в Узловую. Там весной обязательно проводился семинар для местных танцоров. Младшие тоже ездили. Совсем не каждый год. В этот период года было много ответственных стартов. Но вместе с праздничными открытками и поздравлениями по телефону это не давало окончательно оборваться связям с прошлым.
В год, когда двойняшкам должно было исполниться двадцать, семинар в Узловой они проводили сами. Сказать, что им было страшно, ничего не сказать. Хотя опыт проведения групповых и индивидуальных занятий у ребят конечно уже был. Снова войти в зал, где они пятилетними делали первые шаги на паркете, оказалось очень волнующе. Их первый педагог — Светлана Сергеевна встречала Орловых у входа в Дом пионеров. Они не виделись уже давно.
Казавшийся в детстве огромным, зал был весьма скромных размеров. Игорь прошёл вдоль деревянных станков, провел по ним рукой. Ксюша задумчиво смотрела в окно. Деревья выросли. И они с братом теперь педагоги, а не ученики.
Конечно они готовились к семинару. И всё же он получился даже лучше задуманного. Орловым так хотелось делиться всем, что они умели. Они показывали и рассказывали с азартом. Заражая учеников своей энергией.
А вечером поехали в гости к Наде. Наутро вместе зашли в детдом.
— Зайцы мои! — тётя Нина, казалось, совсем не изменилась. А ведь ей уже под семьдесят. — Люба, Славины приехали!
И вот уже им навстречу спешит Любовь Петровна — первый их воспитатель. Удивительно было слышать свою прежнюю фамилию. За двенадцать лет уже так привыкли, что Орловы. Но для тех, кто их растила с трех лет, Игорь и Ксюша конечно Славины. Их зайцы.
— Любовь Петровна, а Новиковы как? Мы им писали, но они не отвечают.
— Так Ирочка уехала ещё два года назад. Как Славику восемнадцать исполнилось, он работу нашёл. Хотел опеку оформить. Бабушка у них умерла. Но ушёл в армию. А когда вернулся, сразу её забрал.
— Это сколько Славе сейчас? — Игорь пытался вычислить.
— Двадцать два в этом году. А Ирочке девятнадцать. Её тогда двухлетнюю к нам взяли. Хотя не положено было. Евгений Михайлович не дал разлучить.
— И где они сейчас? — Ксюша помнила эту парочку. Высокого для своего возраста синеглазого блондина Славика и его почти прозрачную хрупкую сестрёнку. Славик в детдоме отвечал за музыку. И вообще в любой технике разбирался.
— Так говорят, что в Москве.
— А Семченко? — спросила Ксюша про ещё одних брата и сестру, их соседей по детской спальне.
— Толик с Верочкой в Туле. Недалеко. Заезжают. Верочка старше вас на год, а Толик такой же. Тоже отслужил. Сейчас водителем работает. Верочка педучилище закончила. В садике воспитатель.
Странное чувство было у ребят, когда они выходили из детдома. В предыдущие поездки его не было. Этот город стал им мал, как становятся тесноваты детские сандалики. Он менялся, обрастал новыми зданиями, но они уже не имели к этому никакого отношения. Их дом был в другом месте. И всё же они были благодарны родителям, что им не дали отрезать и забыть прошлое.
Друзья, по техническим причинам главы вышли не в том порядке. Начните сегодня, пожалуйста, с 31 главы. Тогда ничего не пропустите.
  
Глава 35
 
35.
Собственно то, что Игорю Орлову не нужны пять положенных на освоение специальности лет, было ясно ещё к концу первого курса. Он мужественно продержался три. На четвёртом пошёл к декану. Спросил совета. Показал все свои проекты, сделанные за последние пять лет. У декана глаза стали больше, чем очки. Потом тот долго тёр переносицу. — Стоп, парень, ты, значит Орлов? — Совершенно верно. — А отчество? — Владимирович. — Сын Володин? Он учился у меня. Курсовую по эргономике делал. Это сколько ж лет назад?