Решения, принятые после полуночи (ЛП)

— Ты ведёшь себя очень тихо, — отметил он, заставляя меня чувствовать себя полной сукой.
Поэтому я сделала единственное, что знала, как делать в подобных неловких ситуациях, я выпалила правду самым непостижимым образом.
— Ты мне нравишься, — практически прокричала я. Прочистив горло, я попыталась вернуть тон обратно. — Ты мне нравишься… слишком сильно. И я только что рассталась с этими долгими, запутанными, разрушенными отношениями, так что я не знаю, что это значит. Я не хочу, чтобы ты мне нравился только потому, что ты не Оуэн. И я совсем не хочу, чтобы ты мне нравился, потому что было так легко забыть Оуэна и двигаться дальше. Но, и я знаю, что это безумие, но если я могу забыть его так быстро, значит ли это, что то, что было у нас с ним, никогда не было настоящим? Я хочу, чтобы какая-то малая часть того, что было у нас с Оуэном, была настоящей. Я боюсь просто забыть его и увлечься тобой, потому что мне кажется, что я полностью потратила последние шесть лет своей жизни впустую. И для чего? Чтобы тебя обманули? Чтобы выставить себя дурой? Но ты мне так нравишься, Уилл. И эти последние несколько недель в "Крафте" были… одними из лучших в моей жизни. Но это… то, что у нас есть… тоже больно, потому что это означает, что мы с Оуэном были не более чем притворством. Так что я борюсь с этим. Хотя я знаю, что это так глупо. Я просто, я просто… Риз сказала, что отвлечение может помочь. Но я не знаю. Я ожидала, что отвлечение будет казаться пустым, но полезным. И это, — я отчаянно помахала рукой взад и вперед между нами, — не кажется пустым или полезным.
К моему ужасу, слезы навернулись у меня на глаза, а мой голос стал хриплым и приглушенным от эмоций, внезапно застрявших у меня в горле.
— Этого не должно было случиться. Ты никогда не должен был случиться. Я даже не должна была приезжать в Дарем, не говоря уже о том, чтобы найти причину остаться, — о, черт. — Не то чтобы я осталась бы ради тебя, потому что, очевидно, это что-то новенькое, и мы просто… — Чёрт, чёрт, чёрт, — нравимся друг другу прямо сейчас. Очевидно, я не говорю о браке, потому что это было бы безумием.
Ну, это крушение поезда ускользнуло от меня, и теперь я просто, по сути, ляпнула все не то. Однако выражение его лица не изменилось с серьезного и напряженного, так что было трудно оценить, как он воспринимает все это. Я сделала глубокий вдох, медленно выдохнула и попыталась привести в порядок свои хаотичные мысли.
— Что я пытаюсь сказать, так это то, что ясно, что я в полном беспорядке. И ты мне нравишься, Уилл. Я имею в виду, очень сильно. Но я бы сейчас никому не пожелала такого бардака. Особенно тебе. Я слишком уважаю тебя, чтобы просить тебя попытаться распутать это дело.
Я закончила жестом в сторону всего себя.
— Ты думаешь, что ты единственная из нас, у кого беспорядок?
Он развёл руки в стороны на кухонной стойке и тяжело оперся на них, напомнив мне о том, как он часто выглядел в баре.
— Есть причина, по которой у меня нет девушки, Лола. Потому что я всё время работаю. И в то драгоценное время, когда я не на работе, я думаю о работе. Или забочусь я о моей маме. Или забочусь о Чарли или Элизе. Черт, иногда даже Джоне и Аде. И те несколько раз, когда я позволял девушке находиться в этом пространстве, она подводила меня. В большом смысле. Не только та, что с Чарли. Были и другие тоже. Я понимаю, что это потому, что мои стандарты чертовски невозможны. Я работал над этим, но также не было никого, ради кого я хотел бы пройти через это дерьмо. Пока не появилась ты. Я не говорю, что это будет легко, или у нас обоих не будет какого-то багажа, от которого нам нужно будет избавиться. Но я говорю, что ты первая девушка за все время, сколько я себя помню, с которой я хочу попробовать это.
Как он мог убаюкивать меня своими словами и в то же время бить меня под дых? Как он мог быть одновременно и ответом, и проблемой? Я не знала, каким должен быть ответ, но я знала, что это не могло быть тем, чего я хотела, и это убивало меня.
 
После минуты ошеломленного молчания я призналась:
— Я даже не останусь здесь. В этом городе. В какой-то момент мне придётся вернуться к своей работе. Моей жизни, — я скрестила руки на груди, удивленная тем, что блаженное утро так быстро исчезло. — Я даже не уверена, что ты знаешь меня настоящую. Я даже не уверена, что знаю себя настоящую. Эта… эта версия состоит из одной части, сытой по горло всем, что у меня происходит, и двух частей, совершенно незнакомых. Я не работаю официанткой в барах. Я не пью шоты. Я открываю элитные продуктовые магазины и управляю многомиллионным бизнесом. У меня есть квартира в Чикаго и аренда пляжа в Дестине, штат Флорида. Всё моё будущее распланировано, и в него не входит Дарем.
Мускул дернулся на его челюсти, подчеркивая его разочарование.
— С этим мудаком, который тебе изменил?
— Нет, — его тон, его слова, его… отношение заставили меня сделать шаг назад. — Однако, так или иначе, мне придётся иметь дело со своей семьей. Я не могу продолжать игнорировать их и надеюсь, что все это пройдет. Я должна вернуться к своей работе. В компанию, которая рассчитывает на меня.
— Так что же это тогда? — он жестом указал туда-сюда между нами. — Только что закончилось? Выполнено и всё? Незабываемый роман на одну ночь?
Было ли это так? Это то, что я имела в виду? Почему именно я остановила это? Замедлила его? Я наконец-то нашла мужчину, который вел себя как мужчина, который видел меня, который хотел узнать меня… который хотел быть со мной. Почему я саботировала то, что могло быть таким прекрасным?
Ничто в Уилле не должно быть забыто. Ни прошлой ночью, ни всеми предыдущими ночами. Даже сегодня утром. Он зашел не просто поздороваться в мою жизнь. Он ворвался сюда, расчистил кучу места и разбил лагерь. Если я была потеряна после потери Оуэна, я была близка к тому, чтобы полностью перевернуться, слишком рано оставив Уилла, из-за "что, если", которые будут преследовать меня вечно. Прошлой ночью и тем, как он держал меня все это время.
Но какой у меня был выбор? Его жизнь прочно установилась в Дареме. А моя была… везде.
Я плюхнулась на край его уютного секционного дивана, мои руки все еще были обхвачены вокруг талии, как будто я могла каким-то образом удержать это утро вместе с помощью чистой выдержки.
— Что ты хочешь, чтобы я сказала? — спросила я, мой голос был едва слышен.
Его локти выдвинулись вперед, чтобы он мог спрятать лицо в ладонях. Когда он снова встретился со мной взглядом, он был полон боли, опустошения и печали.
— Я думаю, у нас могло бы что-нибудь получиться, Лола. Я хочу, чтобы ты осталась, чтобы мы могли во всем разобраться. Я хочу видеть тебя каждый день и ложиться с тобой в постель каждую ночь. Просыпаться вместе с тобой каждое утро. Я хочу смеяться вместе с тобой. Обнимать тебя. Целовать тебя, — его последние слова были сказаны с милой, дерзкой улыбкой, которая заставила мое сердце болезненно сжаться. — Но я… я знаю, что не могу просить тебя об этом. Не совсем. Время, пространство и гребаная вселенная просто не на нашей стороне в этом деле.
Моим голосом, таким тихим, как я когда-либо слышала, я спросила:
— Я не думаю, что ты поедешь со мной?
Его улыбка была печальной.
— Я не могу бросить свою семью, свою маму. Я не могу уйти из бара.
— Так это все?
Его травянисто-зеленый взгляд задержался на мне.
— Что ты собираешься делать?
Медленно вздохнув, я посмотрела правде в глаза.
— Ну, я полагаю, это был последний толчок, в котором я нуждалась. Я не могу вечно оставаться в подвешенном состоянии. Я слишком долго позволяла Эдисону выполнять мою долю работы. Пришло время встретиться лицом к лицу с бедой.
— И что потом? Что будет после Флориды?
— Чикаго? Я не знаю. Нам нужно спланировать еще несколько магазинов. В офисе меня ждет тысяча дел.
Воздух в его прекрасном, мужественном чердаке, казалось, замер. Пыль замерзла в раннем утреннем свете прямо там, где она падала. Он не дышал. Я не дышала. Мы просто смотрели друг на друга, гадая, что могло бы быть, если бы обстоятельства были на нашей стороне. Если бы мы жили в одном городе, и жизнь сложилась бы так, как мы оба думали, что так и должно быть.