С Чувством... (СИ)
— Что-то все же долго он ее обхаживал, — говорит она, насмешливо глядя мне в глаза. Что все это значит? — Наверное, потому что она тупая девственница. Он снял видео, как ее трахал?
Я сижу будто примороженная к стулу. Внутри все начинает клокотать и сжиматься.
— Кажется она не верит, — смеется Марк. Он наклоняется ко мне. — Это правда, ты его любишь? Ты хоть знаешь в кого ты влюбилась, дурочка?
— О чем ты?
— О тебе и Раинере. Ты че еще не поняла? Я с ним поспорил на тебя, что ты влюбишься в него…
— Да она будет бегать за мной как собачонка, — злорадно смеется дылда. — Так он сказал?
— Да и дал себе срок, что уломает тебя за две недели. Кажется, он проспорил, теперь он должен отдать мне свою тачку, — выкрикивает Марк, ударив кулаком по столу. — Но тут он дал слабину, начал утверждать, что вмешались твои родители. Но со мной это не пройдет, спор есть спор. Он проиграл. Какая жалость. А ведь раньше он не проигрывал.
— Да, меня он соблазнил за один вечер. Надеюсь, видео со мной так и не выложено в интернет?
— Если он бы выложил, ты уже стала порнозвездой. Так сосать умеешь только ты.
Я закрываю рот ладошкой, слезы жгут глаза. Этого не может быть. Они просто издеваются надо мной. Раинер не такой. Он меня любит. Он другой, хороший, я его девушка… я…
Их смех режет по сердцу, я часто моргаю и глубоко дышу через нос. Только бы не расплакаться перед этими чудовищами.
— Я тебе не верю, — шепчу и скашиваю глаза на Марка.
— Да? А вообще да, как влюбленная дура может верить вправду, она же дура, — снова этот едкий смех. — Тебе нужны доказательства? Нетти, покажи ей видео.
Она достает телефон. Я испытываю сильное головокружение и отвращение к ним и всему окружающему меня. Марк подсовывает телефон мне под нос. Марк и Раинер стоят у машины, съемка ведется откуда-то со стороны, так что этого не замечает Раинер. Мне больно слышать в его голосе металлические нотки и смех. Это совсем не тот любящий голос и не совсем свойственное ему поведение грубости, наглости и высокомерия. Я слышу, что Марк вызывает Раинера на спор, а тот даже не против.
— …снова ты во мне сомневаешься? Я и не таких уламывал. А ее вкусы я знаю как свои.
— Спорим, что такая вредная сучка тебе не по зубам. Она же девственница.
— Я тебе когда-нибудь проигрывал? Девушки от меня без ума, стоит поманить ее пальцем, чтобы она приползла ко мне.
— Да ни хера у тебя не получится. В этот раз я даже подниму ставку. Сколько стоит твоя машина?
— Если я проиграю, она твоя.
— Договорились.
Они пожимают друг другу руки. Я сжимаю кулачки, мне хватает сил удержать в себе слезы.
— Когда сделано видео?
— Дай-ка вспомнить, — Марк прищуривается. — Кажется, после того как я тебя подвез.
— Попалась на крючок Альфонсу, — криво улыбается дылда. — После ваших встреч он приезжал ко мне на нервах. Обычно ты его так бесила, что трахался он даже лучше прежнего.
Марк хлопает меня по плечу.
— Ничего, не расстраивайся это только игра и тебе урок, что не нужно быть такой сукой вредной.
Они встают и выходят из кафе. Я чувствую себя так, будто на меня вылили помойное ведро. Дрожавшими руками я достаю из кармана деньги, бросаю их на стол, точно пьяная выхожу из кафе и едва не падаю на сидевшего за столиком мужчину. Слепо перехожу улицу, опираюсь плечом о стену ресторана, дрожащими руками достаю платок из сумки, вываливаются книги и тетради. Глотаю слезы и собираю книги, мне кто-то принимается помогать. Поднимаю туманный взор и вижу перед собой его бессовестные зеленые глаза. Резко встаю, он тоже. Тянет ко мне руки, я шарахаюсь от него в сторону.
— Не смей прикасаться ко мне, — кричу до режущей боли в горле.
— Софи, постой, я могу все объяснить…
Я спасаюсь от него бегством. Не хочу его больше видеть и слышать. Мама была права. Я была права, зачем я ему только доверилась? Все это время он меня обманывал, играл на чувствах, всячески пытался мне понравиться, чтобы только выиграть в споре. Не могу поверить, что он оказался такой сволочью. А как же его признания в любви? Это тоже ложь? Он так сказал, чтобы вытянуть из меня откровенность? Не верю. За что? Что я им такого сделала? Так вот почему он меня просил не слушать Марка, боялся, что я узнаю правду?! А как же наше знакомство? Где тут правда и ложь? Что он за человек такой? Зачем было предлагать мне стать его девушкой? Зачем переезжать? Зачем было врать? Чтобы причинить мне еще больше боли? Он надеялся, что я прощу его не смотря, какой он плохой… нет, такое я никогда не прощу. Боль, издевательства, насмешки, ложь. Ах, какой искусный обманщик. Лжец! Мерзавец! О боже, он еще хотел снять со мной видео… Подонки!
У музея Средневековья я сажусь на лавочку, прячу лицо уткнувшись в сумку и даю волю слезам. Меня разрывает от чувств злости и жалости к себе. Мне больно! Я разбита! Хочется отмахнуться от правды, как от плохого сна. Из меня сделали посмешище. Теперь я понимаю, все, что он говорил о моей внешности, неправда. Я такая, какой меня все видят. Дурой.
До квартиры добираюсь к десяти вечера. Телефон не умолкал, пока я его не отключила. Не хочу его слышать. Я ведь дура, зачем мне звонить, что-то доказывать. Я тупая девственница, которую может любой одурачить. Вот она моя наивность, вера в лучшее. А ведь многие девочки были правы. Но слушала я его чарующий зазывающий голос. Он меня отравил сладкой ложью, пустыми обещаниями, сказкой, в которую я слепо верила. Дура. Ненавижу. Это нелюбовь, а грязь под ногами, я упивалась ей с большой убежденностью, что это нектар, доставляющий эйфорию.
До слез как больно и тошно. А еще спорила с мамой, оправдывала этого козла. Мама сразу увидела в нем того кем он является, а я была слепа, как котенок.
Падаю без сил на кровать. Больно глазам, в груди камень, чувство, что в спину вогнали нож, не хватает сил сделать глубокий вдох. Ощущение, что проваливаюсь в пропасть. Как хочется заставить его также страдать. Надеюсь, его сейчас съедает совесть. Ненавижу его. Больше никогда.
Просыпаюсь утром с сильной головной болью. Никуда не хочется идти, даже вставать с кровати. Через час я все же заставляю себя принять таблетку от головной боли и собраться на учебу. Мне страшно холодно. За окном моросит дождь. Добираюсь до университета уже к половине девятого и встречаю перед воротами Эмили.
— Что такое Софи, ты телефон потеряла?
Мне не до смеха. Хочется провалиться сквозь землю. Я отвожу в сторону глаза и замечаю скопление взволнованных студентов Декарта.
— Что там? — бурчу под нос.
Мы замечаем нескольких рыдающих девушек.
— Пойду, спрошу.
Эмили спешит к одному из парней. Предчувствие подсказывает недоброе. Ищу глазами Раинера. Эмили бежит назад и хватает меня за руку.
— Софи… Раинер. Он попал в аварию!
Часть 3 С Чувством любви
Глава 21
Я испытала ужас после слов Эмили. Подумала, все это конец и я его больше не увижу, даже мысли о вчерашнем вылетели из меня. Я готова была в ту же секунду ему все простить, только бы он жил. Приезжаю в больницу. Хочу его увидеть. Медсестра не пускает, говорит он в реанимации после операции. О нет, какой еще операции? Я пытаюсь выведать у женщины в каком он положении и будет ли жить. Она утешает тем, что его состояние оценивается как устойчивое и просит прийти завтра после обеда. Я замечаю в приемной плачущую женщину рядом с мужчиной. Он гладит ее по спине, а сам задумчиво смотрит в пространство. Что-то в его облике напоминает мне Раинера. Может, они его родители?
Эмили провожает меня до квартиры. Я испытываю полный упадок сил, головную боль и апатию. Эмили хорошо понимает мое состояние и предпочитает оставить одну. Лежу на кровати, глотаю слезы, ругаю себя за все, что накипело. Мне не стоило вчера бежать от него, не поддаваться эмоциям, а выслушать. Мне так стыдно, да он плохо со мной поступил, но такого несчастья я ему не желала. Я хочу, чтобы он был здоров и мы простили друг друга. Я желаю ему счастья и прощаю все, этот глупый спор, обиды, обман и другую разную фигню, что отравляет меня. Не хочу нести этот груз обиды. Боже, пусть он будет здоров.