Ведьмой быть не запретишь... (СИ)

Мне стало обидно за Дара.
— Ты его убил!
Некромант рассмеялся.
— За дурака меня не держи. Ты ведь знаешь с кем разговариваешь, я одной ногой уже давно в том мире и отлично знаю что его там уже нет, ты его вытащила. Собой практически пожертвовала, но вытащила. И вдруг такой сюрприз — маленькой ведьмочке огонь Нави пятки не жжет. И кто бы знал что ведьмы твоего рода давно отказываются от исполнения своего долга — быть на страже, а ты сунулась в самое пекло и заставила.
Я уже ничего не понимала, поэтому прокричала в упор глядя на того, кого ненавидела всей душой.
— Ты меня убил!
Он снова рассмеялся.
— Но ты ведь жива. Или думаешь Яга тебя отпустила за твои глаза красивые? Я с этой шельмой уже давно знаком, она своего не упустит никогда. Знала бы ты чего мне стоила твоя свобода от договора с Ягой, сейчас бы молчала. Никогда, слышишь, никогда больше не суйся туда, куда тебя не просят, а тем более туда где ты ничего не понимаешь и не знаешь. Ты зачем Ермионию убила? Ты понимаешь что войну между ведьмами за первенство развязала?
— Она мою мать выпила, а ты еще сверху проклятие гнили наложил.
Мне было страшно смотреть на некроманта, а он в бессильной злобе сжал кулаки.
— Я потому и наложил, чтобы у нее не получилось все до капли выпить, она бы глотком последним подавилась и все вернула бы, а ты ее убила тем самым равновесие нарушив.
По словам некроманта все чего я касалась пеплом обращалось, и вообще я дура безмозглая и криворукая.
— Это все из-за тебя. Если бы ты мой венок не схватил и приставать не начал ничего бы и не было.
— Если бы драконы не начали увиваться следом за тобой, то я бы и не спешил.
Все перевернулось с ног на голову, я уже не знала чему верить, а чему нет. Некромант устало опустился на покосившийся порог.
— Я больше не хочу тебя видеть, исчезни из моей жизни. Ты ее разрушила до основания. — он вытащил из под плаща венок мой купальский и подпалил его огнем некромантским в котором тот горел чернея и пеплом осыпаясь. — Последнее что я сделал для тебя — это успел убрать из книги рода светлых твое имя до того, как твой отец прочел его. Твоя запись стерта, так что можешь спать спокойно, светлые на тебя претендовать не будут.
— Я об этом не просила.
Он усмехнулся
— Вот и зря. Светлые куда более бескомпромиссные и деспотичные чем представители тьмы, уж поверь мне. А теперь уходи.
Я беспомощно смотрела на некроманта, и у меня уже не получалось его ненавидеть с такой силой как прежде.
— Я не могу.
Послышался обреченный и усталый вздох.
— Почему?
— У меня силы закончились.
Не говоря ни слова князь открыл портал и махнул мне рукой. Я уже двинулась к нему, но остановилась.
— Ты Любаву отпустишь?
— Я сказал тебе больше никуда не лезть, Василиса. Любава моя дочь и я с ней сам разберусь. Уходи пока отпускаю.
Я шагнула в закручивающуюся воронку.
  
Глава 39
 
Князь в этот раз слово сдержал, и шагнув в открытый некромантом портал я вышла уже на окраине своего нового леса. Не смогла сдержать горестного стона оглядывая окрестности, выжженная драконами земля не радовала глаз. Да и я дел наворотила, вот что мне с этим рвом делать, мост что ли какой построить, или пусть так будет. Если оставить все как есть, то и никто чужой с этой стороны точно не пройдет. В задумчивости сделала шаг вперед, переступая невидимую границу своих владений, и меня снесло стремительным и яростным вихрем. Учитывая что силы пока что ко мне не вернулись и была я слабее котенка, то послушно повисла на руках уже своего дракона. Он был еще немного бледен, но уже удивительно бодр и зол.
— Ты где была?
Отвечать было страшно, он буравил меня своими удивительно ясными глазами и ждал.
— Я за мамой ходила.
— Тогда почему твоя мама сейчас стремительно молодеет в доме, а ты едва ползешь по окраинам?
Вполне резоный вопрос, но отвечать было страшновато. Тем более когда на тебя так яростно зыркают, сверакая очами и играя желваками.
 
— У меня еще дела были.
— Какие такие дела, Василиса? Все твои дела в итоге оборачиваюся против тебя же.
Вот сговорились они что ли. Попыталась выкрутиться из крепких рук, но выпускать меня никто не собирался.
— Или ты говоришь где была и почему от тебя смердит Бриаром, пеплом и тленом удивительно знакомым, или же прямо сейчас мы летим ко мне в гнездо.
Прозвучало не столько грозно, сколько смешно, особенно часть про гнездо. Так и представила себе огромный стог сена где-то на вершине крутой горы, и в нем гордо восседает гордый дракон. Не удержавшись тихо засмеялась. Настроение стремительно поднималось — мама в порядке, князь больше не будет покушаться на мою невинность, с Ягой некромант договорился и теперь мне не грозит участь стража врат, а со своими проблемами драконы разберутся сами.
Смех сам собой застыл на губах, когда Дар осторожно поставив на землю крепко притянул к себе заглядывая в глаза.
— Я же люблю тебя, Василиса. Ты жизнь моя, что же ты со мной делаешь?
Он осторожно коснулся губами моих слегка приоткрытых губ, я не удержавшись тихо простонала ему в ответ.
— А ты моя. Неужто не понял еще? — я чувтсвовала как дрожу в руках дракона, и уже совсем не против чтобы он отнес меня в свое гнездо, или куда там собирался.
— Ну все!
Дар резко отстранился и отойдя на пару шагов встряхнулся, чтобы предстать передо мной в своем зверином обличии. Я начала отступать ближе к лесу, уже и забыла что ранее думала, потому как ни к чему хорошему это не приведет. С недовольным утробным рычанием дракон взмахнул крыльями, разгоняя золу и пыль опаленного леса, и взмыв в воздух когтистыми лапами подхватил маленькую, бедную и беззащитную ведьму. Были бы у меня сейчас силы, может и сопротивлялась бы, а так устроилась поудобнее в огромных лапах ящера и наслаждалось недолгим полетом.
Он перенес меня аккурат в обитель темной матери, главного пристанища всех ведьм, это то место где мы даем нерушимые клятвы.
— Ты зачем меня сюда приволок?
Уже в человечком обличии Дар аккуратно взял меня под руку.
— Мне до чертиков надоело что ты постоянно пытаешься ускользнуть от меня. Поэтому сейчас при лике Темной Матери поклянешься быть моей женой, после чего полетим в небесный храм.
Я растерялась настолько, что даже не могла придумать чем возразить. Наконец нашелся один более-менее веский повод:
— А как же мама?
— Мы ее потом пригласим. Сейчас ей нездоровиться, а ждать когда совсем оправиться у меня нет ни времени, ни желания. Ты можешь снова вляпаться в какую-то передрягу.
Я пыталась поспеть за широким размашистым шагом дракона, но у меня это плохо получалось, поэтому Дар подхватив меня на руки продолжил идти ко входу в обитель четкой уверенной поступью. Немногочисленные обитательницы святилища притихли и провожали нас удивленными взглядами. На пороге нас ждала мать настоятельница, строгая пожилая женщина облаченная во все черное. Бессмысленно спрашивать откуда она узнала о нашем прибытии, верховная жрица все знает, своими наполненными тьмой глазами заглядывает прямо в душу.
— Что привело вас в нашу обитель? — голос был скрипучим, слегка надтреснутым.
— Моей будущей супруге необходимо дать брачные клятвы.
Женщина пытливо посмотрела на меня.
— По доброй ли воле пришла сюда, сестра?
Почувствовала как Дар слегка напрягся, его руки сильнее сжались не причиняя боли, но удерживая точно тиски.
— По доброй, мать настоятельница.
— Ну коли по доброй проходи в обитель.
Дар уже сделал шаг вперед, как был остоновлен клюкой преградившей дракону путь.
— Ты не идешь, только девушка.
Он поджал губы, желваки ходуном ходили на красивом мужественном лице.
— Отойдите.
Пожилая женщина не собиралась отступать.
— Мужчинам нет хода в святилище, только ведьмы.
Дар осторожно опустил меня и подтолкнул в сторону дверей.