Ведьмой быть не запретишь... (СИ)

— Кровинушка моя родная — начиная меня поворачивать в разные стороны, и внимательно осматривая, продолжила причитать. — Не сожрали мою доченьку твари кровожадные.
Со стороны дедули послышался возмущенный и крайне недовольный вопрос:
— Вы за кого нас принимаете?
Мамуля резко развернувшись пошла грудью на не ожидавшего такого поворота дракона.
— А за кого мне принимать негодяев мою дочь похитивших, от матери родной отлучивших?
— Она что младенец, что ее отлучать пришлось?
Лучше бы дракон помолчал, это я ведьма неопытная и еще пугливая, а мама поопытней моей верховной круга будет. А потому связываться с ней себе дороже.
— Молчать!
Голос мамули разнесся под сводами и гулким эхом вернулся обратно. Драконы, привыкшие повелевать, вытянулись по струнке, так как голос истинной ведьмы силу имеет, и любого слушатся заставит.
— Она дите неразумное еще, а вы ее за своего олуха великовозрастного замуж выдать хотели? Что, не приглянулся никому из ваших этот детина долговязый?
Долговязый детина сжал руки в кулаки, едва сдерживая рвущуюся наружу злость, а маменька только распалялась.
— И как я об этом узнаю — от чужих людей. Решили дитя от матери родной скрыть, да еще и заперли за семью замками в этом холодном гробу. Я забираю ее не медля ни секунды.
Наконец Дар решил нарушить молчание:
— Нет.
Мама замерла, ей еще никто и никогда не смел говорить нет. Она стряхнула несуществующие пылинки с платья и повернулась к дракону:
— По какому праву вы, молодой человек, что-то можете мне запретить, а тем более приказывать моей дочери — свободной ведьме.
На лице Дара ничего не отражалось, никаких чувств и эмоций.
— По праву кровной связи.
Мама зло зыркнула в мою сторону, схватила мою же руку и внимательно рассмотрела красную полоску.
— Ах это. Так я вас сейчас в два счета развяжу.
Отдернув руку воскликнула:
— Мама, не надо, а если он пострадает.
И получила в ответ затрещину.
— Чему я тебя учила бестолочь? Это связь непрочная, да и связала ее кое-как, неправильные слова сказала. Как удалось ему выбраться вообще непонятно, она бы сама со временем пропала, а я лишь ускорю этот процесс.
Дар выразительно посмотрел на деда, но тот только развел руками. Мама обхватив мое запястье, вынула нож и полоснула прямо по линии, разрезая контур. Последовала небольшая вспышка, и огонек, словно и вправду нить горела.
— Ну все, сокол ясный, теперь ты свободен, можешь лететь на все четыре стороны, а мою дочь забудь. Не пара вы, где видано такое, чтобы ведьма да с драконом….
Схватив меня за руку она обратилась к Ермионии Варфоломеевне:
— Открывайте.
Та кивнула и обращаясь к старшему дракону попросила:
— Разрешите.
Тот только махнул рукой, а маме моей сказал:
— Зря вы так, дети могли бы стать хорошей парой.
Мама зло посмотрела на него:
— Это мое — дите, а у вас перестарок моложавый.
Вот тут Дар уже не выдержал. По залу пронесся нарастающий рокот, вот только для нас он был отдаленным эхом, мы ступили на тропу.
Вышли в городе, возле лавки моей родительницы. Она сразу же как-то подрастеряла свой пыл, а ведь я уже готовилась к взбучке. Но мама только сказала:
— Иди в лавку, там тебя ждут.
Я сразу все поняла, ведь и правда способностей моей мамы не хватило бы обойти защиту крепости, а потому сейчас я смотрела на нее как на предательницу, и только смогла прошептать:
— Нет.
А она как-то очень грустно улыбнулась:
— Лучше некромант чем дракон, Василисушка. Дракон тебе никогда свободы не даст, не сможешь ты жизнь с ним свою построить. Так что иди.
И она подтолкнула меня в сторону двери. Я пошла как на казнь, едва ноги за собой волоча. Он был там, стоял у окна, и даже не обернулся когда я вошла. Как всегда в черном.
— Почему, Василиса?
Я вздрогнула от его голоса, столько в нем грусти было.
— Потому что я ведьма.
Наконец он повернулся, и я могла увидеть тени залегшие под глазами и чрезмерно бледный цвет лица.
— Я спросил, почему дракон, Василиса?
Пожала плечами:
— А почему нет?
 
Он подошел ближе, я отступила. Глаза некроманта замерцали призрачным светом.
— Ты меня боишься?
— Только дурак не будет бояться некроманта.
Мне было некуда отступать, а князь уже подошел вплотную.
— Не нужно так со мной, Василиса. Ты хочешь ухаживаний как положено? Будет все как ты захочешь.
Я никогда не видела таким нашего грозного князя. В нем сейчас было столько мягкости и нежности, что становилось не по себе. А он положил руку мне на подбородок, приподнимая лицо:
— Не отталкивай меня.
Его губы прижались к моим всего на миг. Быстро отстранившись, князь отошел.
— Сейчас мне нужно уйти, но я вернусь и мы поговорим.
  
Глава 17
 
Застыла не в силах сделать и шага, стояла и смотрела вслед удаляющемуся князю. Что это с ним? Никогда не замечала чтобы он был с кем-то шибко нежен, а тем более терпелив.. Дверь хлопнула во второй раз и на пороге появилась мама, она не задала мне ожидаемую взбучку, а наоборот, совершенно без слов обняла.
— Мам, почему так?
Отстранившись она грустно посмотрела на меня:
— Потому что всему нужно равновесие. Сила у некроманта темная, тянущая из него самого жизнь, оттого с возрастом они становяновятся более жестокими и нелюдимыми. Для того чтобы совсем не окунуться во тьму им нужна жена. А идеальная жена для некроманта — это ведьма. Мы созидающие, чтобы про нас не говорили, часто светлые. Вот и ты светлая, в своего отца. И как бы я тебя не учила, а сущность все равно дает о себе знать.
Я совершенно оглушенная прошла к стулу и медленно села:
— Как светлая?
Тяжело вздохнув мама присела рядом:
— Вот так. Дедушка-то твой тоже некромант и не слабый, бабушка темная, я темная, а ты светлая. С тобой получилось сложнее, я темная, отец твой просто человеком был. — после этих слов она отвела взгляд и едва слышно, словно извиняясь продолжила. — Оттого и магии в тебе чуть, зато бабушкин темный источник все ещё питает тебя силами.
— Но почему ты никогда мне об этом не рассказывала?
Вот теперь я увидела злые огоньки в глазах ведьмы.
— Да кто ж знал, Василиса, что ты в такой глуши некроманта найдешь. Да еще и одного из сильнейших. Пойми, дочка, таким как он не отказывают. Да такие обычно и не предлагают, силой берут.
Я вспомнила как князь говорил о том, что ему разрешение совершенно не требуется, и круг ведьминский ему в том не помеха будет.
Жалобно посмотрела на маму:
— И что, совсем ничего сделать нельзя? Я же его не люблю.
Ведьма как фурия подскочила со стула, куда только напускная печаль и усталость делась.
— А ты думала об этом прежде чем на реку идти да с другими девками венки пускать? Да еще и силу колдовскую в него вкладывать? Я чему учила тебя, Василиса? Ты сама власть в руки князю отдала. Сама судьба его выбрала, а там поди разберись, то ли и правда судьба, то ли сам князь волшбу наслал. Да кто ж разбираться-то будет? Он с царем нашим на короткой ноге. Или ты думаешь наш царь-батюшка поможет ведьме безродной, а не другу своему, верой и правдой служившему тому в многочисленных походах? Так что дочка можешь сейчас отдохнуть, а потом все равно с князем встретиться придется.
А я-то надеялась что мама поможет, не делом, так мудрым советом. Когда уже практически дошла до маленькой лестницы на второй этаж, где были жилые комнаты, мама мне вслед сказала:
— А о драконе и думать забудь. Дракон ведьме не пара, ведьмы свободу любят, а драконы привыкли свое от чужих глаз скрывать. Подумай, почему никто никогда дракониц не видел.
А ведь и правда, это сейчас перевертыши редкость, а когда-то они были частыми гостями на человеческих землях. Поборы с людей собирали, иногда девиц утаскивали, иногда детей малых. Но это были драконы, и ни одной драконицы за всю историю. Неужели они безвылазно сидят в своих домах под семью замками? Вспомнилась комната в драконьей крепости. Маленькое окошко и толстенная дверь, которую я своими силами никогда бы не отворила. Неужели Дар готовил мне подобную участь?