Рай в объятиях Беса (СИ)

Он потянулся за кожаной курткой, небрежно перекинутой на перила, достал начатую пачку и протянул ей. Прикурив, с непривычки Света громко закашлялась.
— Панкрат сбежал.
— Знаю.
— Отец дал приказ стрелять на поражение.
— Правильный приказ. Панкрат ослушался. Выпендриваться начал. Должен поплатиться.
— Вы же обещали не трогать его. Он говорил, что с вами проблемы улажены.
— Со мной? – он небрежно передернул плечами, медленно выпуская плотные колечки дыма. – Лично? Или с другими? Нас много, Светлана Михайловна. С кем-то вопрос он, может, и уладил. И проблем нет. Но есть и недовольные… С ними как быть?
— Я хочу знать, это был организованный побег с его стороны? Или это вы решили его убрать?
— Опер всегда останется опером, – хмыкнул Феликс.
— Охранник мертв, столько людей в больнице с тяжелыми ранениями и…
— Всегда есть раненые, убитые и недовольные, – он пристально прищурился и в лоб спросил: – Ко мне какой вопрос?
— Не убивайте его, пожалуйста, – прошептала Света, и ее глаза стремительно наполнились слезами. Она шумно сглотнула и жалобно уставилась на грозного мужчину: – Прошу вас… мой отец его ищет. Один из работников органов мертв. Церемониться с Панкратом никто не будет. Его просто застрелят при задержании…
— Или ваши, или наши, – задумчиво произнес Феликс. – С Панкратом все кончено.
— Я прошу вас… помогите ему…
Его вечно хмурые брови поползли вверх, и он спросил:
— А ты сейчас как кто просишь? Как прокурор, как дочь генерала полиции или как…
— Или как… – резко ответила Света. – Пожалуйста, не убивайте его…
— А зачем мне это?
— Я сделаю все, что вы хотите, – быстро сказала Света. – Я закрою все открытые дела на вас и ваших людей, я… – в ее горле пересохло от волнения, ладони взмокли, а зажженная сигарета сама выпала из дрожащих рук. Слезы катились градом по щекам.
— А тебе это зачем? А-а-а, понятно, – он сделал многозначительную паузу. Свете показалось, что он молчал целую вечность, прежде чем добавил: – Дай уточню, ты просишь меня снять прицел с нашей стороны или в принципе с него?
— С обеих, – выпалила Света, – Пожалуйста, помогите ему… и еще… – она опустила голову и нервно облизала губы. – У моего жениха Игоря Колесникова есть компромат на меня. На нас… Фото и аудио. Ими он будет шантажировать моего отца. А мой папа всю жизнь честно служил полиции. И он не заслужил, чтобы из-за моей ошибки его из органов с позором выгнали.
— Что хочет жених?
— Чтобы я замуж за него вышла. И продвижение по карьерной лестнице от отца. И квартиру. Да неважно!
— С женихом твоим вопрос уладить будет проще. Быстрее и эффективнее, чем с Панкратом.
— Нет! – вскрикнула Михеева. – Его тоже не убивайте. Просто отберите и уничтожьте все копии и негативы.
— Свадьба сегодня?
— Да.
— В каком загсе?
Света назвала точный адрес.
— Не успеем. Замуж все же сходи. Завтра с женихом разберемся. Мой тебе совет. Оставайся в браке как можно дольше. Задницу свою прикрой, – он хитро прищурился и издевательски ласково спросил. – Что-нибудь еще? Другие пожелания будут?
— Нет. Это все.
— Понятно, – он медленно поднялся, схватил кожаную куртку и надел на себя. – Поехали.
— Так вы согласны? – с надеждой спросила Света.
— Отработать придется.
— Я понимаю.
— Свяжусь с тобой, когда придет время. И еще… если об этом месте хоть кто-нибудь… я тебя лично…
—Клянусь, я буду молчать, – быстро заверила его Света. – Вот, – протянула ему пистолет с перламутровой рукояткой. – Передайте ему, пожалуйста.
Феликс пробормотал что-то на непонятном ей языке, взял из ее рук оружие, прищурился, огляделся на прекрасный пейзаж вокруг, и шумно вдохнул чистый свежий воздух. Достал ключи из кармана от черного джипа, перевел черные как ночь глаза на Михееву и хмыкнул.
— Уезжай, Джульетта. И не оглядывайся.
— А вы куда?
— Учитывая то, что ты заявилась ко мне прямо в свадебном платье, есть у меня одна мысль, где я могу найти Панкрата, – загадочно произнес он, сел в машину и уехал. А она… подняла все еще горящую сигарету с земли. Сделала пару затяжек, снова сильно закашлялась, посидела еще минут пятнадцать на свежесрезанном деревянном крыльце, вытерла слезы и попыталась собраться с духом. Сегодня ей еще предстоит сыграть роль счастливой невесты перед всеми знакомыми.
 
Испуганная, бледная и осунувшаяся она приехала к крыльцу ЗАГСа, где уже собрались друзья, сослуживцы, родственники. Потерянно оглядела их и с ужасом уставилась на мраморную лестницу у входа. Ей просто нужно сделать первый шаг. И еще один. И еще… Одна ступенька, вторая… черт, она словно разучилась ходить и постоянно путалась в этом дурацком платье. Ненавидела свой наряд, ненавидела свою работу, Панкрата, Феликса, Игоря и даже отца, который оплатил этот проклятый фарс под названием “свадьба”.
Расписали их быстро. После они поехали в заказанный на всю ночь дорогой ресторан. Гордый отец расхаживал важным павлином перед присутствующими гостями, которые занимали в области высокие посты. Довольный выгодной партией Игорь вовсю веселился и прямо на собственной свадьбе заводил нужные ему знакомства. А фотограф безуспешно пытался развеселить невесту, чтобы на снимках она получилась красивой и не такой угрюмой. И хоть Свету тошнило каждый раз, когда Колесников под громкие крики “Горько!” прикасался губами к ее плотно сжатому рту, она сыграла отведенную ей роль до конца.
Уже на следующий день, после разговора с людьми Феликса трясущийся от ужаса и изрядно избитый Колесников быстро вернул ей весь компромат, молниеносно собрал свои небольшие пожитки из ее квартиры, обозвал подлой тварью, которую в жизни больше видеть не хочет, и пригрозил когда-нибудь ей за все отомстить. Возмущающийся отец так и не понял, почему молодые сразу после свадьбы разъехались в разные стороны, даже не успев пожить вместе. Орал как сумасшедший, попрекал потраченными впустую деньгами. И грозно приказал ей не подавать на развод хотя бы несколько лет, чтобы не позорить его “святую” фамилию перед людьми. И только довольный дедушка, узнав о расставании с Игорем, не вылил на Свету ушат дерьма, а по случаю такого радостного известия, обещал закатать на следующий год целый ящик ее любимого абрикосового варенья… чтобы жизнь внучки была сладкой, и больше с гнильем она не связывалась.
А Света… с ужасом думала, что ей предстоит сделать, на какую сделку с совестью пойти, чтобы расплатиться со смотрящим по области…
Феликс дал о себе знать через месяц. Встретился с ней в одном из дешевых тихих баров на окраине города и познакомил с Русланом Бариновым. Мускулистый лысый бандит являлся самым крупным сутенером области, владельцем многочисленных ночных клубов и элитных ресторанов столицы. По слухам, Феликс часто пользовался услугами Баринова в своих криминальных делах. Михеева даже предполагала, что Руслан то ли его незаконнорожденный сын, то ли младший брат. Но подтверждения своим догадкам она так и не нашла. Да и по возрасту как-то не складывалось их родство. Баринов был ушлым, жадным и достаточно жестоким человеком. А еще невиданным кобелем, хоть и давно состоял в браке.
— Встретишь груз на этой границе. Подпись свою поставишь, чтобы в страну пропустили, – приказал Феликс. – Руслан тебя проведет.
— У меня нет таких полномочий, – ответила Михеева. – Это другая область.
— Скажешь, что на груз арест накладываешь, расследование начнешь официальное. Документы сделай, постановление, чтобы со всеми нужными подписями.
— Это не моя юрисдикция.
— Как будешь выкручиваться, меня не волнует. Мне главное, чтобы груз в страну въехал. Заберешь его у таможенников, чтобы не досматривали. Передашь Руслану. Он знает, что с грузом делать.
— Сколько будет машин?
— Две фуры. Одним рейсом.
— Что в грузе?
— Это тебя не касается, – отрезал Феликс.
— Будет очень сложно все организовать, да еще и на послезавтра!