Якудза из другого мира. Том V (СИ)

— Ой, простите, я не хотел сделать вам больно…
— Нет, мне было не больно, но… Лучше так не делать.
— Почему? Если вам это приятно, а мне кружит голову, то почему бы не продолжить? — я сжал грудь в руке.
Для этого пришлось податься вперед и обжечь дыханием чуть прикрытое волосами розовое ушко. Оно тут же откликнулось на дыхание и покраснело.
— Не надо, мы не должны, — Наоки начала ерзать. — Это неправильно… Вы школьник, а я…
— А вы очень привлекательная девушка, которой очень приятны мои ласки, — прошептал я негромко.
Я сдвинул руку и на это раз ласки достались второй груди. Правый сосок тоже был уже напряжен и напоминал упругую виноградину. Удовольствие от сжатия было столько же, как и от правой.
Внизу живота потяжелело, ткань на паху натянулась так, что грозила вот-вот порваться. Я уже собрался было протянуть руку вниз, чтобы разведать, как легко открывается ремень, и тут заметил краем глаза выходящего из кобана Тигра.
Да что там выходящего — он вылетел так мощно, что дверь полицейского участка сорвалась и повисла на одной верхней петле.
Я тут же отдернул руку и закинул ногу на ногу, чтобы скрыть напряжение в паху. Впрочем, новость, которую принес Тигр, заставила всю кровь кинуться снизу вверх. Кровь ударила в лицо, когда Ленивый Тигр распахнул дверь и прокричал:
— Палатку Киоси взорвали!!!
  
Глава 7
 
Наоки Хикамару любезно согласилась нас подвезти до дома. К тому же ей надо было самой засвидетельствовать факт нарушения общественного порядка. А уж то, что порядок был нарушен — в этом сомнений никаких не оставалось.
У меня в голове стучала мысль: «Добрались! До Киоси добрались!»
Тигр не смог внятно ответить на мои вопросы, всё трындел, что Норобу позвонил, сообщил и тут же повесил трубку. На мои звонки сэнсэй не отвечал. Разные мысли роились в голове, перед глазами стояла улыбающаяся рожица Киоси. На сидении рядом всхлипывал Ленивый Тигр. Он старался держать эмоции при себе, но они всё-таки выскакивали наружу.
Я же сцепил пальцы так, что кожа на костяшках побелела. Зубы чуть ли не крошились — так их стиснул. И всё это для того, чтобы не заныть и не уподобиться Тигру.
Надо терпеть! Ничего ещё не ясно. Нужно готовиться к плохому, но надеяться на хорошее.
— Киоси-и-и… Собачка-а-а… Му-му-у-у… — проныл Тигр.
— Чего? — очнулся я.
— Жа-а-а-алко.
— Отставить нытьё! — прошипел я грозно. — Без тебя тошно, а тут ещё ты ноешь.
— Но ка-ак же…
— Каком вверх! Ещё ничего не ясно, так что прекрати, а то я тебя из машины выброшу.
— Но как же…
Пришлось снова воздействовать старым дедовским способом — локтем под дых. Тигр понял, закрыл рот, но продолжил беззвучно хныкать. Он глыбой трясся на соседнем сидении, чем страшно раздражал. И так на душе кошки скребли, а рядом ещё этот трясущийся хныкатель.
Твою же дивизию! Здоровенный детина, грозный на вид, а таким чувствительным оказался. Как же порой обманчиво первое впечатление. В охране игрового дома он казался невозмутимой скалой, а на деле…
— У вас всё нормально? — спросила Наоки, взглянув на нас в зеркало заднего вида.
— Надеюсь, что да, — ответил я за обоих.
— А кем был вам этот… Киоси?
— Киоси Аяда… — вздохнул я. — Он был младшим товарищем, братом. Самым лучшим парнем на Земле. Раздолбаем, неповоротливым разгильдяем, но добрым и отзывчивым мальчишкой.
— А-а-а-а! — проныл Тигр.
Я поджал губы и хмуро взглянул на него. Он всё понял и отвернулся. Уставился в окно, но содрогаться не перестал. Похоже, что это было выше его сил.
— Хикамару-сан, а это может быть последствием недавней стрельбы в офисе Хаганеноцуме? — спросил я, чтобы отвлечься от дурных мыслей. — Вдруг наш маленький брат попал под случайный взрыв? Может же быть такое, что бросили гранату в одного, а из-за оммёдо она улетела к дому нашего сэнсэя?
— Я не могу ничего знать наперед, Такаги-сан, — с сожалением откликнулась Наоки. — Предположения могут быть разные, но вот что на самом деле случилось — об этом мы можем узнать только на месте.
 
— Да, и спросить не у кого. Тут даже вряд ли ваш информатор поможет… Как вы говорите его звали? Ичи Такона?
Недаром в автобусах, трамваях и прочих транспортных средствах висит объявление: «Не отвлекайте водителя во время движения!» Делать два дела одновременно очень трудно, если вы не Юлий Цезарь, поэтому частенько можно вызнать нужную информацию у водителя, когда он напряженно следит за дорогой. В такие секунды сложно придумать что-либо или заподозрить неладное. Как раз на этом я и поймал Наоки…
— Нет, Ямато Ватанабе, а про Ичи Такона я даже не слышала… Ой! — спохватилась девушка и бросила на меня сердитый взгляд. — Так нельзя, Такаги-сан, это конфиденциальная информация.
— Я никому не скажу, — клятвенно пообещал я, положив руку на сердце. — Вернее, мы никому не скажем, правда, Тигр? Да мы даже не знаем этого человека!
— Я зна… кх-кх, — закашлялся Тигр, когда мой локоть перекрыл доступ к звучанию речи.
— Что он знает? — снова посмотрела на нас Наоки.
— Он знает три слова, — чуть певуче ответил я. — Три матерных слова. И в кармане на счастье носит большую подкову…
— Странные вы ребята, — покачала головой Наоки. — Вот мы и приехали.
Тигра тут же вынесло из машины. Он побежал в сторону дома, перемахнув через желто-черную ленту. Его попытались задержать, но разве можно остановить такого коня на полном скаку? Он прорвался через вытянутые руки полицейских как сквозь декоративный забор.
Откуда там полицейские — спросите вы? Две машины стояли возле дома Норобу. Рядом стояла пожарная машина и машина «Скорой помощи». Полный набор на случай терракта. Я увидел Норобу, дающего показания чуть поодаль от входа в дом. Мельком взглянул на то место, где находилась палатка Киоси.
Да уж, взрыв был явно произведен гранатой типа РГД-5. Осколки прошили брезент, уронили опоры, рассеялись по забору соседа, господина Або и по торцу дома Норобу. В моей комнате не осталось ни одного целого стекла. На серой поверхности стены остались выщербленные углубления.
Возле почерневшего порога Тигр упал на колени, подхватил кроссовку Киоси и, подняв голову к июньскому небу, прокричал:
— Не-е-е-ет!!!
После этого он согнулся, ткнулся лбом в каучуковую поверхность и бурно зарыдал. И это всё так театрально… Опять на толпу играл?
— Где Киоси? — спросил я, подойдя к Норобу.
— В школе, где же ему ещё быть? — пожал плечами сэнсэй, а потом показал вдоль улицы. — Вон, как раз возвращается. Думаю, что у него найдется для меня несколько тысяч иен.
У меня прямо отлегло от сердца, когда увидел этого пацана, бредущего по улице и пинающего пустую банку. Похоже, что он представлял себя в роли именитого футболиста. Так было до тех пор, пока не увидел всё сборище машин возле дома Норобу. Тогда он забыл про банку и припустил к нам.
Эх, как же всё-таки я рад был его видеть… Нет, вида я не подал, но вот настроение капитально улучшилось!
— Не-е-е-ет!!! За что ты забираешь таких молодых??? — тоном заправской бабки-плакальщицы заводил Тигр, всё также завывая с кроссовкой в руках.
— Так что произошло-то? — спросил я Норобу, пока каждый был занят своим делом.
— Да хуй его знает. Сидел дома, украшал мандалу, никого не трогал. И тут как бамкнет за окном… Следом окно блюмкнуло и звякнуло. Я даже дернулся, просыпал песок, а потом повалил дым и послышалось урчание мотора. Внутри дома пробило несколько перегородок. Не беспокойся, дорогой ученик, с твоим драгоценным учителем ничего не случилось… Вот если ты дашь мне пару тысяч, то я буду даже счастлив. Что? Нет?
 
Сказано это было таким укоризненным тоном, что я должен сразу же почувствовать стыд… Должен, но не почувствовал. Вместо этого ответил:
— Драгоценный учитель, да тебя выстрелом из гаубицы не убить… Причем гаубица будет стоять вплотную. Чего ты прибедняешься? Подумаешь, рванула граната за стеной. Эх, видел бы ты наши «лихие девяностые»…