Сокола видно по полёту (СИ)

— Подите, позовите мейстера Лерана, — твёрдо приказала она, — пусть он приготовит мне лунный чай. Я вырву поганое семя… я уничтожу род этого предателя… я не допущу, чтобы его потомки топтали землю законного лорда Долины.
Приготовления к большому путешествию Роберта шли полным ходом. Лиза, озабоченная слухами о недовольстве знаменосцев тем, что над ними будет стоять якобы слабоумный лорд, была одержима идеей провезти сына по Долине, останавливаясь в замках наиболее могущественных домов, чтобы продемонстрировать несостоятельность таких опасений и заручиться поддержкой. Мейстер Леран уверил её, что если Роберта не поддразнивать понапрасну, не вызывать нарочно его недовольство, то он произведёт вполне приятное впечатление, и у лордов и сиров не будет оснований сомневаться в его рассудке.
Больше мейстера беспокоило состояние самой Лизы. После смерти мужа и насильно прерванной беременности она застыла, смотрела на всех потухшими, словно невидящими глазами. Раньше Лиза нечасто смеялась, всё больше злилась и кричала, но второе замужество повлияло на неё благотворно, изменив до неузнаваемости — Петиру удавалось её развлечь, и порой она веселилась и хохотала, как девчонка. Сейчас же хозяйка Орлиного Гнезда не только вновь перестала улыбаться, но и начала разговаривать ровным, каким-то неживым голосом, что приводило слуг и стражу в гораздо больший трепет, чем раньше крики и ругань, и от чего они кидались исполнять её распоряжения со всех ног. Мейстер настаивал, чтобы Лиза больше отдыхала, но она говорила ему: «Давайте каждый будет заниматься своим делом?» И он не решался перечить.
Орлиное Гнездо напоминало разворошённое дупло диких пчёл, такой бурной деятельности здесь не помнили даже самые старые слуги. Но беготня казалась беспорядочной лишь непосвящённым — Лиза отдавала приказы, не отклоняясь от заранее составленного плана, чётко и понятно, не терпящим возражений тоном и, что пугало более всего, не повышая голос.
Посыльные прибывали и убывали каждый день, замок наводнили самые искусные мастеровые Долины, подъёмный ворот работал без передышки, доставляя наверх людей и разнообразные товары: невероятное количество рулонов бархата и шёлка, тонкого полотна и камвольной шерсти, мирийских кружев и мягкой кожи. Роберту, Лизе и ближайшей свите полностью обновляли гардероб — портнихи шили одежду, обувщики тачали сапоги, крепкие башмаки и туфли. Для всех сопровождающих кортеж ювелир делал серебряные броши-заколки в виде распахнувшего крылья сокола — для знати со вставками-глазами из голубого лунного камня, для прислуги без них.
Из погребов и амбаров доставали запасы, и на кухне Мела командовала дюжиной расторопных служанок и крепких парней, которые складывали и ссыпали всё это в мешки и короба, вязали в тюки, наливали в бочонки и бутыли. Гретчель следила, как упаковывали посуду, бельё, одежду. Среди всего этого скарба сновал мальчик-слуга и привязывал к тюкам кожаные лоскуты, а распорядитель кортежа сир Джаспер Редфорт нумеровал поклажу, составлял перечень содержимого, после чего всё спускали вниз, к Лунным Вратам.
Новый управляющий Лунных Врат Албар Ройс отвечал за подготовку обоза и лично отслеживал, как кареты для мейстера и Лизы с Робертом обивали изнутри плотным серо-голубым атласом, к телегам привязывали овец и коров, а наверх составляли большие клетки со свиньями и поменьше с курами, утками и индюками. На повозки грузили бочонки с мёдом и бочки с вином, мешки с чечевицей и сушёными фруктами, сундуки с нарядами, шкатулки с драгоценностями, шатры, постели, походную мебель и даже большую купальную лохань из склёпанных стальных пластин. На крышу мейстерской кареты составляли клетки с почтовыми воронами.
Сир Марвин Белмор, на время путешествия лорда назначенный кастеляном Орлиного Гнезда, с рвением принялся исполнять свои новые обязанности, не дожидаясь отъезда хозяев, при этом продолжая нести и прежнюю службу. Он увеличил число стражников не только внутри дома, но и расставил их во дворе, порой самолично участвовал в обходе, заглядывая во все помещения от подвалов и кухни до Небесных камер и будуаров Девичьей башни. Его же Лиза сделала и Хранителем Лунной двери, которую закрыли и опечатали до возвращения лорда в Гнездо или его специального письменного распоряжения.
 
Охрану Роберта усилили, поставив у входа в Лунную башню и у двери в личные покои по четыре стражника. Спальня Бриенны теперь примыкала к комнатам Роберта, из которых он выходил только в сопровождении неё или Подрика, а Мадди с некоторых пор лишь прибиралась у него и перестилала постель.
Капитана дорожной гвардии сира Мортона Уэйнвуда Лиза обязала обеспечить безопасность кортежа в течение всей поездки и продемонстрировать недоброжелателям мощь армии лорда Орлиного Гнезда — она не собиралась пренебрегать таким веским козырем в самом серьёзном деле своей жизни. Для охраны выезда сир Мортон не взял ни одного пришлого наёмника. Все тщательно отобранные им рыцари и для эскорта кареты Лизы и Роберта, и для курьерской службы и дозора были исключительно жителями Долины.
От рудных дел мастера Бриндена Талли приходили добрые вести — вокруг железных копей близ Ледяного Ручья выставили большой гарнизон, сопровождающую обозы охрану утроили, на дорогах организовали патрулирование, благодаря чему нападения дикарей из Лунных гор на том направлении практически прекратились. От пристани Чаячьего города в Браавос отошла первая галея, гружёная мечами и доспехами с клеймом Долины. Оплата за товар ждала Лизу и Роберта в хранилище замка лорда Герольда Графтона, которому они планировали нанести визит вежливости. Сам мастер с войском направился далее на север, обещая вернуться в город к моменту прибытия кортежа.
Ни одного дела Лиза не решала, не посоветовавшись с командующим кортежем лордом Нестором Ройсом. Они скрупулёзно перебирали кандидатуры на все ключевые посты, стараясь не обойти вниманием ни один из «больших» домов, чтобы ненароком не обидеть, выбирая распорядителя кортежа и капитана дорожной гвардии, старшего конюшего, пажей, чашника и мастера над оружием, обсуждали, кого будет лучше оставить управляющим в замке, продумывали малейшие детали маршрута — дневные привалы, ночёвки и длительные остановки в замках по пути. После этого лорд Нестор списывался с теми, кому выпала удача принимать у себя своего сюзерена, и уже вместе они планировали рыцарские турниры и театральные представления, охоту и пиры.
Важнейшее, итоговое событие, ради которого, собственно, Лиза и затеяла это путешествие — повторная присяга всех знаменосцев дому Арренов, теперь уже непосредственно лорду Роберту — должно было состояться в Рунном Камне, родовом замке Ройсов, и завершиться самым большим турниром и грандиозным пиршеством. Бронзовый Джон, польщённый оказанной честью, написал Роберту собственноручное письмо с благодарностями и уверениями в своей непоколебимой преданности.
Но самые большие и отчаянные надежды Лиза возлагала на мейстера Лерана, наказав искать любые способы, чтобы устранить влияние отравляющих зелий, которыми Роберта пичкали долгое время. Для этого она разрешила тратить сколько угодно золотых драконов, приглашать в замок других лекарей, жрецов, знающих магию знахарей, заказывать по своему усмотрению любые снадобья.
Мейстер Леран не спал ночами, он очень хотел помочь Роберту. И ещё для него стало делом чести решить эту сложную задачку, которую задал Колемон. Подробные описания приступов Роберта и предшествующих им симптомов, перечень хранящихся в комнате бывшего мейстера лекарств, а также собственные соображения по исцелению он отправил в Цитадель с вороном, а толстую тетрадь Колемона, исписанную убористым почерком — со специальным посыльным. Учёные мужи Староместа безмерно сокрушались и негодовали на своего собрата-душегуба, дотошно изучали его личные записи, собирали многочасовые консилиумы, сверялись в библиотеке со старыми свитками, а потом передавали мейстеру Лерану разные порошки и эликсиры с подробными инструкциями, полностью одобряя все самостоятельно предпринятые им ранее действия.