Страсть по завещанию

— Хорошо. Что именно я должен выяснить для вас?
— То же самое, что и для моих родственников, — сказала она, с облегчением вздохнув и отходя от огня. — Правду о финансовом состоянии моих потенциальных поклонников, их приемлемость в качестве мужей и ну…
— Что? — спросил он, подняв бровь и сделав паузу в своих записях.
Селия нервно покрутила браслет на запястье. От следующей просьбы он вправе был отказаться.
— И их тайны. То, что я смогу использовать в своем… э-э… предприятии. Их предпочтения, их слабости — в общем, все, о чем не знают окружающие.
От его взгляда она похолодела, хотя за ее спиной жарко пылал камин.
— Я не уверен, что правильно вас понял, — ледяным тоном проговорил он.
— Предположим, вы выяснили, что один из них любит женщин в красном, — начала фантазировать Селия. — Это может мне пригодиться. Я буду надевать красные платья при первой же возможности.
— А что вы будете делать, если они предпочитают другие цвета? — спросил он с озорной искрой в глазах.
— Ну, это как пример, — в раздражении бросила она. — В действительности я надеюсь, что вы снабдите меня более существенными сведениями. Допустим, вы узнаете, что кто-то из моих поклонников содержит ребенка на стороне. Я бы воспользовалась этим, чтобы…
— Ваш брат платит мне, чтобы я удостоверился, что ваш избранник будет достойным и подходящим человеком, — резко проговорил Джексон, — а не для того, чтобы вы могли заполучить мужа с помощью шантажа.
— Я вовсе не это имела в виду! — Она слишком поздно вспомнила, что он тоже незаконнорожденный. — Если бы я узнала, что у моего поклонника есть внебрачный ребенок и он заботится о нем и материально поддерживает его, я бы поняла, что он любит детей. И тогда со временем я бы дала понять, что тоже люблю детей. Вот и все.
— Другими словами, — похоже, сказанное ею не слишком его убедило, — чтобы подцепить мужа, вы хотите притвориться не такой, какая вы есть.
— Ради бога! — воскликнула Селия. — Разве не так ведет себя половина светских дам, пытаясь заарканить мужчину? Мне вовсе не улыбается тратить время на бесцельный флирт, если кое-какие знания о мишени могут поправить мой прицел.
Джексон пренебрежительно усмехнулся.
— В чем дело? — резко бросила Селия.
— Вы — единственная, кто воспринимает ухаживание как соревнование по стрельбе. — Он облизнул кончик карандаша. — Ну, так кто эти несчастные мишени?
— Граф Девонмонт, герцог Лайонел и Фернандуш Вальдуш виконт де Басто.
— Вы с ума сошли! — вырвалось у него.
— Я знаю, мы не слишком близко знакомы, но им нравится мое общество…
— Не могу с вами не согласиться, — отчего-то рассердившись, он приблизился к ней. — Граф — распутник со сложившейся репутацией, он готов броситься за первой встретившейся юбкой. Его отец сошел с ума и, говорят, разорил свою семью. Большинство женщин стараются не иметь с ним дела. А Басто — идиот из Португалии, он слишком стар для вас. Известно, что он пытается поймать в сети молоденькую девушку, которая была бы ему в старости сиделкой.
— По какому праву вы это говорите? Вы же лично знакомы только с лордом Девонмонтом и даже его едва знаете.
— А мне нет нужды в близком знакомстве с ними. Их репутация свидетельствует, что они не годятся вам в мужья.
«Не годятся? Трое самых видных холостяков Лондона? Нет-нет, не я, а мистер Пинтер настоящий сумасшедший», — пронеслось у нее в голове.
— Лорд Девонмонт — двоюродный брат жены Гейба. Он входит в число его лучших друзей. Я знаю его с детства. А виконт… ну…
— По моим сведениям, это скользкий тип, — резко произнес он.
— Вовсе не так. С ним очень приятно беседовать. — (На самом деле его разговоры всегда отличались редкостной глупостью.) — За кого я, по-вашему, должна выйти?
Ее тирада, похоже, несколько успокоила его. Он отвел взгляд.
— Не знаю, — пробормотал он. — Но не… Знаете ли, вы не должны… — Джексон одернул жилет. — Это неправильно. Вот и все.
Она заставила мистера Пинтера волноваться! Селия не могла себе такого представить. Он никогда не волновался. Поэтому сейчас он выглядел уязвимым и не столь… жестким. Пожалуй, таким он ей нравился.
 
Он бы понравился ей еще больше, если бы она знала причину его волнения.
— Какая вам разница, за кого я выйду? Вы ведь все равно получите свои деньги. Я заплачу вам сверх того, если вы раздобудете сведения, которые меня по-настоящему заинтересуют.
— Оставим вопрос оплаты без обсуждения, мадам. — Он снова стал Гордым Пинтером. — Я сам выбираю задачи, а эта мне не по душе. До свидания. — Он повернулся и направился к двери.
Господи, она вовсе не хотела отпускать его сейчас.
— Так, значит, вы разрываете соглашение с Оливером? — бросила она ему вслед. — Джексон остановился. — Так или иначе, но вам придется исследовать прошлое моих поклонников. Если вы откажетесь, я скажу ему, что вы нарушили свои обязательства.
Он непроизвольно сжал руки в кулаки, Селия заметила это, и ее охватило чувство вины. Он так внимательно отнесся к ее сну-воспоминанию, а она заставляет его насильно выполнять свою волю. Ну и плевать! Это его работа. Мистер Пинтер выполнял ее для Минервы и Гейба; он, Селия не сомневалась, выполнит ее и для нее.
Он снова повернулся к ней. Теперь его лицо было абсолютно бесстрастным.
— Осмелюсь сказать, когда ваш брат узнает имена ваших избранников, он согласится со мной. Его отнюдь не обрадовало, когда ваша сестра выбрала мистера Мастерса.
«Но Оливер промолчал, когда я напомнила ему, что случится, если он воспротивится их помолвке. И сейчас промолчит, поскольку понимает, как важно для всех мое замужество», — подумала она.
Мистер Пинтер так внимательно смотрел на нее, что она почувствовала неловкость.
— А как же любовь? — хрипло спросил он. — Любите ли вы кого-то из этих троих?
«Зная ситуацию, он еще имеет нахальство упоминать о любви!»
— Ба не дает мне шанса полюбить.
— Так скажите ей, что вам требуется еще время. Если она будет знать, что вы всерьез задумались о браке, я уверен, она…
— Отсрочит приговор? Вам бы следовало знать, что этого не будет. Она скажет, что прошел почти год, а я и пальцем о палец не ударила.
Он не мог с ней не согласиться. Селия надеялась, что ее братья и сестры каким-нибудь хитроумным способом заставят Ба отказаться от дьявольского ультиматума. Но они послушно вступили в брак.
А может быть, они на самом деле полюбили? Вряд ли. Красивой сестре Селии нетрудно было найти мужа — достаточно поманить пальцем мужчину, которого она выбрала. Гейб женился на сестре своего лучшего друга. Джаред нашел жену, которая не меньше его любила варить пиво, а Оливер влюбился просто в совершенную женщину.
У Селии не было поклонников, роем круживших вокруг нее, и не было подруг, у которых были бы подходящие братья. Не было приятелей, питавших к ней нежные чувства и среди стрелков. У нее были трое мужчин, которые могли подумать о женитьбе на ней. И она вынуждена была мириться с таким положением.
— Для любви уже нет времени, мистер Пинтер, — устало проговорила она. — Ба дышит мне в спину, а этот сезон как-то не сложился с точки зрения бракосочетаний. Было всего несколько сельских балов, и еще два-три пройдут до окончания сезона. Вероятность встретить какого-либо порядочного джентльмена крайне мала.
— Но ведь должен быть кто-то, кто-то еще…
— Нет никого, кого бы я знала, никого, с кем бы мне было хорошо. В конце концов, эти джентльмены мне нравятся, и я могу представить себя женой одного из них. — «Возможно. Если не произойдет чуда». — А поскольку они знатны и богаты, Ба считает их едва ли не идеалом. — Правда, была еще одна сторона дела, о которой она не могла сказать ему.
— Вот как вы выбираете себе мужа, — холодно проговорил он, и на лице его появилось выражение легкого цинизма. — Богатого человека с положением.
— Вовсе нет! — Как это похоже на него — заподозрить ее в корысти. — Его выбирает Ба! Я просто хочу мужчину, которого смогла бы выносить. А если мои поклонники богаты, то по крайней мере я буду уверена, что они женятся на мне не ради приданого. — «Как папа женился на маме». — Я бы не хотела иметь дело с охотником за приданым.