Страсть по завещанию
Его сухое, без особого чувства высказанное предложение подтверждало такое суждение. Но в таком случае и ей не очень-то хочется видеть его своим мужем. Ее не устраивает до конца жизни выслушивать лекции о своей испорченной натуре и дурном характере, хотя Джексон так хорош в постели.
— Ну а вы, мистер Пинтер? — обратилась к нему Ба. — Вы способны вести себя неподобающим образом?
— Абсолютно не способен, — пылко заявила Селия, будто не заметив, что вопрос был обращен не к ней. — Мистер Пинтер всегда поступает как истинный джентльмен, можете мне поверить.
При этих словах Джексон резко выпрямился, но ничем иным не выдал, что задет за живое.
— В таком случае, — взяла слово Ба, — я полагаю, мы можем считать инцидент исчерпанным. Вам и Селии нет необходимости вступать в брак. Вы согласны с этим, мистер Пинтер?
Что-то словно бы промелькнуло между ним и Ба, но, когда он перевел взгляд на Селию, она прочла в его глазах такую безнадежность, что у нее замерло сердце.
— Если таково желание ее светлости…
Желание ее светлости состояло в том, чтобы он с подобающим энтузиазмом заявил о своем желании жениться на ней. А он, вместо того, позволил Ба допрашивать его о том, что происходило между ними в прошедшую ночь.
Однако, само собой разумеется, ее светлость не могла об этом сказать. И потому ей захотелось прекратить этот разговор.
Селия заставила себя натянуть на лицо холодную усмешку.
— Ее светлость предпочла бы всему прочему горячую ванну и долгий покойный сон, чем-нибудь перекусив перед этим. — Она проглотила комок в горле. — Поскольку вы постоянно напоминаете мне об этом, мистер Пинтер, скажу и я: мы, порядочные леди, вовсе не хотим терпеть никаких лишений.
— В таком случае мне следует попрощаться с вами и удалиться, — заявил Джексон. — Пока следы еще не затоптаны, я должен поручить своим подчиненным обследовать все дороги поблизости от Хай-Уайкомба и допросить возможных свидетелей.
Итак, он и на сей раз проявил себя как сыщик с Боу-стрит, целиком и полностью сосредоточенный на обстоятельствах гораздо более важных, нежели глупые надежды некой леди на их совместное будущее. Он повернулся к Ба и продолжал:
— В настоящее время я считаю, вы не должны позволить леди Селии покидать эти стены до тех пор, пока мы не установим, кто покушался на ее жизнь. У ее двери следует поставить охранника…
— Охранника! — воскликнула Ба, не дав ему договорить. — Неужели вы полагаете, что в вас стрелял кто-то из живущих в Холстед-Холле? Все они вчера, когда вы уже отправились в путь, находились в доме.
— Все? — переспросил он, выразительно подняв одну бровь. — Пламтри? Слуги? Все поклонники леди Селии?
— Да, — отрезала она. — Все. Минерва может это подтвердить.
— Действительно так, мистер Пинтер, — вступила в разговор Минерва. — Я могу поручиться за всех гостей. Мы все просто устали отвечать на их вопросы о том, куда подевалась Селия. Что касается слуг, я думаю, вы уверены, что ни один из них не мог бы причинить ей вреда.
— Кроме того, — сказала миссис Пламтри, — чего ради кто-то из здешних обитателей пустился бы за ней верхом на лошади и открыл стрельбу в лесу, когда он мог бы спокойно проникнуть к ней в комнату и совершить убийство?
— Тем не менее… — заговорил было Джексон.
— Со мной все будет в порядке, мистер Пинтер, — перебила его Селия. Если он сам не считает нужным остаться и защищать ее, не стоит поднимать на ноги всю семью и всех слуг. Особенно сейчас, когда ей хочется только одного — запереться у себя в спальне в полном одиночестве и хорошенько выплакаться. — Пожалуйста, не тревожьтесь о моей безопасности, очень вас прошу.
Видно было, что Джексона это не убедило, но он только сказал:
— Очень хорошо. Поскольку вы все уверены, что здесь она в полной безопасности, я буду искать того, кто покушался на ее жизнь. Если его светлость справлялся обо мне в Лондоне, значит, моя тетя уже волнуется о моем долгом отсутствии. Поэтому я был бы чрезвычайно признателен тому из вас, кто известит ее, что со мной все в полном порядке. Передайте Стоунвиллу, что я вернусь сегодня вечером, если смогу, и доложу обо всем, что удастся узнать. — Тут голос его стал более резким: — И само собой, заверьте его, что леди Селия в безопасности.
И он прямиком направился к двери. Неожиданно на глазах у Селии выступили слезы. Неужели он и в самом деле намерен вести себя так, словно между ними ничего особенного не произошло? Как он может?
Однако, проходя мимо нее, он приостановился, повернулся к ней и посмотрел на нее долгим, говорящим взглядом.
— Миледи, если вы будете в чем-то нуждаться, что бы это ни было…
И в эти секунды Селия подумала, что видит перед собой Джексона прошедшей ночи.
Но он улыбнулся ей — жалкой улыбкой — и произнес:
— Впрочем, у вас есть ваша семья и герцог, который жаждет жениться на вас. Так что вряд ли я могу быть вам полезен.
У Селии разрывалось сердце, когда она смотрела вслед уходящему Джексону. Как мог он бросить ей в лицо слова о герцоге — ведь он знал, что она не выйдет замуж за этого человека? Видимо, Джексон унаследовал от своего высокородного отца больше, чем он сам предполагал.
К горлу подступили слезы. Ее отец, ее родственники… все они для него ничего не значили. Он все время ставит ее перед выбором: ее родня, круг ее знакомых и — он.
Ей хотелось вычеркнуть из своей жизни тот день, когда она увидела его, но… это только мысли, иногда вскипающие у нее в голове. Она любит его. И тут уж ничего не поделаешь.
Слезы побежали у нее по щекам, и Минерва это заметила.
— Ох, дорогая, — заговорила она, подходя к Селии и обнимая ее, — хочешь, я приведу его обратно?
— Даже не смей об этом думать! — прикрикнула на нее Ба. — Я уверена, ты вовсе не желаешь, чтобы твоя сестра вышла замуж из-за какого-то нелепого ультиматума.
Селия устремила на свою бабушку взгляд, полный боли, и проговорила:
— Нет, я хотела бы выйти замуж из-за какого-то нелепого ультиматума…
Ба нахмурилась:
— Ведь я тебе уже говорила, что хочу лишь одного…
— Да, да, знаю. Чтобы я вышла замуж по любви. Чтобы я вышла замуж по собственному выбору, — договорила за нее Селия и указала пальцем на дверь. — И вот мой избранник только что ушел отсюда, потому что считает меня вполне достойной того общества, к которому он не принадлежит. Кстати, мне кажется, ты полагаешь, будто я не способна добиться своего, не так ли?
— Что? — удивленно спросила Ба. — Да я в жизни не говорила, что ты не в состоянии…
— Неужели? Единственное, к чему должна стремиться настоящая леди, это удачное замужество. Разве это не твои слова? И так как ты считала, что без какого-нибудь побудительного мотива сама я с этим делом не справлюсь, как и никто из нас, ты и придумала глупейший ультиматум.
Ошеломленная, Ба застыла, и потому Селия сочла нужным добавить:
— Так вот, у меня есть для вас сюрприз. Я больше не стану играть в ваши игры. И не выйду замуж вообще ни за кого. И если ты решила лишить меня наследства — что ж, действуй. Я скорее соглашусь жить в полном одиночестве, чем выйду замуж за человека, которого не люблю, только ради того, чтобы удовлетворить твои требования. — И с этими словами она выбежала из комнаты.
С нее хватит! Хватит с нее идиотских придумок Ба. Хватит смотреть на то, как уступают ее безумным затеям братья и сестры. Настало время кому-то противостоять Ба.
И похоже, только она способна на это.
Хетти хмурилась. Она поступила так, как должна была поступить, и, что бы ни говорила Селия, отказывалась чувствовать себя виноватой.
— Поздравляю, Ба, — холодно проговорила Минерва. — Ты всего лишь уничтожила ее шансы на счастье. Отлично сделано!
— Не говори глупостей. Мистер Пинтер вовсе не шанс на счастье. Ты слышала его жалкое предложение?
— Тогда тебе лучше молить Бога, чтобы она не забеременела. Потому что я не верю ни одному их слову о том, как они провели прошлую ночь.