Страсть по завещанию

— Наверное. Но нам надо еще побыть здесь, чтобы окончательно в этом убедиться.
— А потом?
Было уже настолько темно, что она не могла толком разглядеть выражение его лица, и только слышала его дыхание.
— Мы останемся здесь на всю ночь. Боюсь, иного выхода у нас нет. Скоро сядет солнце, а луна еще не появится. В темноте нам не выйти к дороге, а если бы это все-таки удалось, не стоит рисковать — возможно, преследователь где-то затаился и подкарауливает нас. Нам повезло, что он, она или они не обнаружили нас.
Она ответила не сразу, потом спросила:
— А может, нас просто пытались ограбить?
— В разгар дня? Что-то не похоже. Кроме того, на этой дороге давным-давно не было слышно о грабителях. И чего ради гнаться за нами через чащу? Грабитель не стал бы подвергать себя такому риску.
— Значит… значит, они преследовали именно нас?
— Вас, — произнес он с нажимом, и глаза у него потемнели от гнева. — Они преследуют именно вас. Стреляли они в вас, но пуля попала в лошадь.
— Леди Белл! — с негодованием выкрикнула она. — Они убили Леди Белл!
— Только ранили, — возразил он. — Скорее всего она выживет. Если повезет, кто-нибудь увидит ее на дороге и позаботится о ней.
— Надеюсь на это. Ведь я перед ней в неоплатном долгу. Если бы она не заржала после первого выстрела, именно я могла бы лежать на той дороге. — Ее вдруг сотрясла дрожь. — И если бы вы не сняли меня с лошади…
— У меня чуть не разорвалось сердце… — Он запнулся. — Ладно, не стоит больше об этом. — Джексон сжал плечо Селии. — Вы живы, и это самое главное.
— Вы спасли мне жизнь.
Джексон усмехнулся:
— На кого же вы тогда можете положиться, если не на курьера с Боу-стрит? — И очень серьезно произнес: — Я не допущу, чтобы с вами стряслась беда, клянусь.
— Я это знаю.
Селия подняла на него глаза. Ее сердце готово было выпрыгнуть из груди.
Он вспыхнул и тут же снова повернулся к окну.
— Вы что-нибудь слышите? — спросил он.
— Нет, ничего. — Она посмотрела в окно, но не увидела ничего, кроме путаницы сухих веток. — Не понимаю, как они обнаружили нас. И каким образом кто-то узнал, что я именно сегодня собираюсь поехать пострелять. Ведь я и сама этого не знала.
— Кто-то мог следить за вами, когда сегодня утром вы вышли из дома.
— Так почему тогда в меня не стреляли?
— У вас с собой было ружье, помните? Возможно, кто-то не захотел рисковать.
— А может, преследовали вас?
— Хотя я и сказал кое-кому, что должен уехать, но никому не сообщал, куда направляюсь. И если бы кто-то последовал за мной, я бы наверняка это заметил.
— Не обязательно следовать за вами на близком расстоянии, — возразила она. — С холма можно видеть все имение, а также дорогу. Если за вами наблюдали с этого холма, то заметили, что мы вместе направляемся в сторону Хай-Уайкомба.
Он кивнул и продолжил ее мысль:
— И решили, что это самое подходящее время для того, чтобы избавиться от вас.
— Зачем?
— Этого я не знаю. Может, потому, что вы могли услышать что-то очень важное в то утро, когда были убиты ваши родители. Или потому, что вам известно, кто убийца.
— Тогда почему на меня не напали по дороге в Хай-Уайкомб? Почему именно на обратном пути? Может, опасались того, что я могла услышать от няни?
— Дорога тогда была очень оживленной. Убийцы — или убийца — дожидались, чтобы она опустела, тогда никто не смог бы уличить их в убийстве.
— Так, вероятно, и убили Бенни.
— Вот именно.
У Селии кровь застыла в жилах. Кто-то убил Бенни, опасаясь, что он заговорит, и теперь хотел таким же способом убрать и ее. Скорее всего тот самый убийца, который тогда пробрался в детскую. Должно быть, это любовник мамы, капитан Роуден. Он опасался, что Селия слышала тот разговор и может что-нибудь рассказать его жене.
Но, принимая во внимание все обстоятельства, считать его убийцей не стоило. Кроме того, Роудены сейчас на Гибралтаре.
— Есть и другой вариант, — твердо проговорил Джексон.
Селия нервно сглотнула: она все еще не верила, что кто-то хочет ее смерти.
— Какой?
 
— Возможно, Дезмонд решил, что ему следует устранить все препятствия на пути к состоянию вашей бабушки. Если вы выйдете замуж, у него не будет шансов что-то получить из этих капиталов, и он задумал убить вас, надеясь таким образом беспрепятственно достигнуть цели.
— Я уверена, он не настолько глуп, чтобы поверить, что Ба откажется от своего ультиматума, если что-то случится с одним из нас.
Джексон коротко хохотнул, услышав это.
— Дезмонд, на мой взгляд, умом особо не блещет.
— Это правда.
Селия взглянула в окно на умирающий свет дня и содрогнулась.
— Вам холодно, — пробормотал Джексон.
— Нет, — возразила она, но тут же ощутила, что ей и в самом деле холодно — не только от открывшейся ей беспощадной правды, но и просто от того, что наступила зима, и на землю спускается ночь.
Джексон снял с себя сюртук и накинул на плечи Селии.
— Сейчас я разожгу огонь, пока не совсем стемнело.
— А как вы это сделаете?
— У меня есть порох и кремень для ружья. Это и еще немного соломы из матраса — вот все, что мне надо. Дров в печи достаточно.
— А вас не волнует, что наши преследователи могут увидеть, как из трубы поднимется дым?
— Нам остается только молить Господа, чтобы они сейчас находились подальше отсюда и ничего не заметили. Мне это напоминает… — Он снял жилет и протянул его Селии. — Пока я буду разжигать огонь, завесьте жилетом окно, чтобы свет не пробивался наружу.
Он направился к очагу, а Селия вдруг подумала, что ни разу не видела его в одной сорочке. Он всегда был одет надлежащим образом.
Однако сейчас, стоя на коленях перед очагом, он выглядел совсем по-другому. Неловкий в движениях, растрепанный, он тем не менее был готов разделаться с возможными убийцами и позаботиться о ней.
Селия почувствовала волнующий трепет. Никогда еще ей не приходилось приспосабливаться к столь примитивным условиям, но ее спутник чувствовал себя здесь вполне уверенно. И находясь в опасности, как это было сейчас, она даже не представляла, что кто-то другой, а не этот человек мог бы стать ее надежным защитником.
Пока он разжигал огонь, она не сводила с него глаз. Потом занавесила окно и присоединилась к Джексону у очага. Он все еще подбрасывал поленья в огонь.
— Хорошо, что мы немного подкрепились у миссис Даффет, не так ли? — спросила она, чтобы немного разрядить обстановку.
Он поднял брови, глядя на Селию.
— Если бы мы ушли раньше…
— Я понимаю. Мы могли бы избежать всего этого. — Она вздернула подбородок. — А может, и нет.
Он усмехнулся, и она почувствовала себя легче.
— Считайте, как хотите. — Он встал, подошел к седельным сумкам и вынул из одной какой-то пакет. — Я рад, что ваша кухарка отнеслась ко мне по-доброму. И не позволила мне уйти до тех пор, пока не нагрузила едой на целый день.
Селия надорвала пакет и обнаружила в нем сандвичи с ветчиной и сыром.
— О, я так люблю нашу кухарку! — удовлетворенно сказала она, приступая к сандвичу. — Что ж, голодать мы не будем.
Он искоса посмотрел на нее и тоже принялся за еду.
— Я полагаю, одну ночь мы переживем без роскошного обеда в Холстед-Холле, не так ли?
Она поняла его иронию и ответила вопросом на вопрос:
— Уж не беспокоит ли вас, что мы так любим вкусно поесть?
— Разумеется, нет, — процедил он. — Вы ведь можете себе это позволить.
Он доел свой сандвич и взял ведро:
— Пойду проверю, не засорилась ли труба, и заодно поищу источник, пока окончательно не стемнело. Прежние обитатели должны были где-то брать воду.
— Вы оставляете меня одну? — с некоторым волнением спросила она.
— С вами все будет в порядке, — заверил он и протянул ей оружие. — Если что — стреляйте. — Его глаза сверкнули. — Я знаю, у вас это хорошо получается.
Он направился к выходу, однако она остановила его: