Клеймо на душе (СИ)
Совпало все!
Тоже хитрец! Знает же, что не устоять ей от такого, ни одного шанса нет!.. Но и просто сдаваться на его милость она не собиралась, не после всего и сегодняшнего утра уж точно. Что ж, пусть теперь сам и расхлебывает! А у нее праздник, в конце-то концов! Имеет законное право наслаждаться каждой секундой! И тем, что наконец-то и она устанавливает правила их притяжения. Юля не видела никаких пробоин в своей логике и оценке творящегося, а потому просто наслаждалась музыкой, движением и жаром самого нужного и любимого (хоть и капец какого упертого придурка! — зачеркнуто) мужчины рядом.
— Дан, а я еще шампанского хочу, — попросила со смехом, задыхаясь от танца, когда музыка прекратилась, переключаясь на другую мелодию. С явным нежеланием оторвала руки от его плеч — творила, что хотела, пока он, кажется, сжав ладони в кулаки, держал их прижатыми к себе. Чтобы ее не схватить в ответ на заигрывания, понимала… на то и рассчитывала.
Правда, остановиться не могла ни в этом танце, ни в его искушении, тело, словно само двигалось. Дан расплылся в широкой улыбке, кажется, уловив в ней каждую мысль.
— Окей, малая, сейчас принесу тебе еще, — подмигнув, Дан тяжело выдохнул сквозь зубы, точно страдая от ее ограничений и своих опрометчивых обещаний. — Никуда не уходи, — весело велев, он двинулся к их столику.
— Давай, жду, — рассмеялась Юля, ощущая себя безгранично счастливой, чего так давно не было. И вновь вернулась к танцу.
— Воу-воу-воу, мачо! Давайте полегче! — ехидно заметила Оля, стоило Дану подойти за бокалом Юли.
— Точно-точно, а то вас арестуют за секс в публичном месте, а нас всех выставят из клуба, — поддержала Таня, но явно веселясь.
— Вы же сами хотели, чтоб она расслабилась, — сарказмом на их сарказм ответил Дан, «обновляя пузырьки» в бокале любимой. — Я, заметьте, руки держу при себе.
— Ага, но смотришь на нее, как голодный серый волк на Красную шапочку, так и съел бы, — присоединилась к смеху и Ира, пока Мила что-то заказывала официанту. — Нам на вас смотреть неудобно…
— Неудобно — не смотрите, — пожал плечами Дан.
И уже было собрался вернуться к Юле, когда поймал задумчивый и какой-то удивленный взгляд Ярослава.
— Что-то не так? — не то чтобы его это в самом деле интересовало, еще чего! Но как-то не понял Дан то выражение, что светилось в глазах Крапивина.
— Я ее такой никогда не видел, — так же задумчиво отозвался Ярик. Он к алкоголю не прикасался, вероятно, тоже за рулем.
— Какой «такой»? — уточнил Дан немного резко, обернувшись к танцполу, где Юля продолжала танцевать в полном одиночестве, ни капли не парясь по этому поводу.
Как по его мнению, так она была обалденной сейчас. Впрочем, как и всегда. Но именно теперь малая выглядела совершенно спокойной, счастливой и незагруженной ничем, отдыхающей и свободной. Самой собой.
— Такой… — Ярослав помолчал, будто подбирал слова. Казалось, тон Дана ему был до лампочки. — Она права была, я ее совершенно с иной стороны знал и видел всегда. Такой… свободной, что ли, я Юлю не видел ни разу.
— Она всегда обожала танцы, это часть ее самой, — уже не обращая внимания на Крапивина, Дан сам залип на любимой. Опять зачарованно наблюдал за ее движениями и пластикой, отвлекшись от всего иного.
— Так какого черта вы ее, вообще, в офис затащили? — хмыкнул Ярослав, судя по всему, поняв состояние Дана. Сам он не выглядел настолько увлеченным, если честно.
— Поначалу это была мечта родителей: и ее матери, и моего отца, чтобы и Юля могла в полной мере управлять бизнесом, который есть у обоих. А потом она сама увлеклась. Малая — азартная до жути, порывистая, вспыхивает, как факел, заводится с пол-оборота — улыбнулся Дан, глядя на Юлю. — Ей во что бы то ни стало надо всем доказать, что она может, что справится, и без помощи обойдется, лучше нас все организует, как бы сложно ей ни было! Упрямица…
— Ты это говоришь так, словно восхищен подобным упрямством, — иронично хмыкнул Ярик.
Дан обернулся.
— Есть такое. Я ею целиком восхищен. И люблю всю, — с вызовом, хоть и пытался держать себя в руках, выдвинулся как-то всем телом вперед.
— Да и она тебя тоже, очевидно, — не отреагировав на этот вызов в его голосе, ровно ответил Ярослав.
Дан что-то не совсем понял, к чему Крапивин ведет, в принципе.
— Я ей как-то говорил и тебе повторю: поговорили бы толком вы уже, прекратили друг другу нервы мотать, вроде умные же люди оба, — Ярослав поднялся из-за стола, застегнув пиджак. — Я поеду, у меня еще вечером встреча. Юле передай поздравления еще раз, — без какого-либо гнева или претензий он протянул руку, которую Дан пожал, больше думая о том, что уже пытался «поговорить» с Юлей сегодня утром, и результат ему совсем не понравился.
— Поговорим обязательно, — отозвался, глянув на шампанское, которое надо было Юле отнести, пока Крапивин с остальными за столиком прощался.
Может, после этого «релакса» она как-то иначе посмотрит на все… Даже ее поведение до алкоголя давало Дану на это надежду.
Пожав Крапивину руку, он внезапно понял, что не испытывает больше негатива к этому человеку: Ярослав точно не любил Юлю и на йоту. Более того, вот складывалось такое впечатление, что изумление Крапивина от сегодняшнего вечера не особо позитивное. Нет, мужчина не испытывал к Юле отвращение, но и точно переоценил степень их «совпадения» друг с другом.
Провел взглядом Ярослава, направившегося к выходу, не сдержав ухмылку, когда Крапивин столкнулся на входе с какой-то буйной компанией. У него лицо стало таким кислым, словно кто-то из ввалившихся девчонок отдавил Ярославу по ходу ногу, не заметив. Нет, в таких заведениях этот мужик точно ощущал себя не на своем месте. Покачав головой, все еще с каким-то весельем, но по-доброму, Дан все же направился назад, к Юле, точно заждавшейся свое шампанское.
* * *— Ты уверена, что готова домой ехать? — Дан ухмылялся во весь рот, но ничего не мог с собой поделать, смотреть на Юльку спокойно было решительно невозможно! — Ты до сих пор танцуешь, малая! Явно не хватило! — все же в голос рассмеялся, наблюдая, как она на сиденье умудряется всем телом повторять ритм музыки, льющейся из динамиков радио.
— Бар все равно уже закрылся, — тяжко вздохнула Юля в ответ на его смех, и не думая останавливаться. — Так что… Но как классно все вышло! Девчонки здорово придумали, правда? Замечательный праздник получился! — откинулась на спинку сиденья, раскинув руки так, что и его задела, но Дан был только «за» любой контакт.
— Правда, — согласился. — Они молодцы, постарались. Но, если не нагулялась, могу тебя в клуб отвезти, сама знаешь, там полночь — только начало веселья, — искренне предложил, вырулив все-таки с уже пустой стоянки перед баром.
Они уезжали последние и, что очень порадовало Дана, как-то даже не возникло вопроса, кто Юлю домой везет. Малая сама без колебаний дала всем понять (и ему в первую очередь), что именно с Богданом уезжает.
Хотя вот сидят они в машине, а в Юле энергия просто бурлит, дышать спокойно сложно, его самого каким-то хорошим таким мандражем пробирает. Впрочем, ему около Юли всегда так, а уж сегодня, со всеми этими ее танцами, с пылающими, бурлящими эмоциями Юли вокруг него и только для одного Дана, как казалось, вообще никакого спасу и продыху нет!
Накрывало обоих так, что руки тряслись, и в Юле схожее желание, на грани с какой-то наркотической тягой, ощущал и видел. Да только и про свое обещание не забыл, как бы ни пыталось тело верх над разумом взять. Меньше всего в этом мире хотел бы вновь ее разочаровать, пусть ради этого самому себе на горло наступать приходилось. И за этот вечер, если откровенно, обнаружил в себе такие резервы терпения, о которых и не подозревал до недавнего времени. Не человек, а кусок гранита… пульсирующего и вот-вот готового взорваться лавой, особенно в районе паха, елки-палки! Но ни хр*на! Дан терпел. И даже начал особое какое-то удовольствие от этого получать: от радости Юли, от ее веселья и дерзкой игривости, от всех поддевок, возбуждающих его лишь больше…