Ничего личного (СИ)

Какой неожиданный поворот принимает этот вечер! С ума сойти! Как будто я участвую в реалити и вот-вот на сцену выйдет режиссёр, который покажет место, где спрятана камера.
Виновато улыбнувшись Саше, который растерянно переводит свой взгляд с меня на Диму и обратно, я встаю со стула.
Платов тут же берет меня за руку и, не позволив даже толком попрощаться, тащит за собой к выходу.
  
33
 
Дима
Этим вечером, оставив Нику в ресторане, я какое-то время бесцельно колесил по центру, стараясь найти объяснение сковавшей тело нервозности. То, что сестра лучшего друга вскружила мне голову, сомнений не было, но ведь мне и раньше нравились девушки. Я хотел их, вспоминал среди рабочего дня, бывало даже с нетерпением ждал встречи, но ни одна из них не погружала меня в это пугающее состояние неустойчивости, словно я стою на полу, который шатается подо мной все сильнее и сильнее, а под ним - только зияющая пропасть. И, откровенно говоря, я бы с удовольствием прожил без этого ощущения всю свою оставшуюся жизнь.
О чем я только думал, позволяя Нике пойти на это свидание? Когда она рядом, где-то в радиусе пяти метров, мне спокойно - я могу думать не только о ней, но и о чем-то другом, тогда как сейчас из головы не идут красочные картинки возможного развития ее отношений с Сашей. Вот он касается ее щеки в приветственном поцелуе, отодвигает для нее стул, может быть невзначай задевает рукой ее плечо…
Твою мать, это когда-нибудь прекратится?
Включи логику, Платов! Что ты можешь предложить Нике? Секс? Ей этого, конечно, будет недостаточно, а она не из тех, кто довольствуется малым. Что бы она там ни говорила, ей нужны цветы, фантики, романтика, а ты уже давно вышел из того возраста, когда верят в вечную любовь и мечтают найти свое счастье. И даже если она согласится на секс, придется рассказать обо всем Кириллу, - друга ты потеряешь сразу. В конце концов, уйдет и Ника, когда поймет, что не получает с тобой того, что ей нужно. Того, чего она достойна. А достойна она только лучшего.
Вспоминаю тот миг, когда она вышла из комнаты в своем текучем шелковом платье, облегающем ее изящную фигуру. Красивая, утонченная, настоящая, такая потрясающая, что я едва сдержался, чтобы не попросить ее остаться. Не идти на свидание. Провести этот вечер со мной, к чему бы нас это ни привело. Но слов не было, и задерживать ее я был не в праве. Но сам факт, что мне хотелось это сделать, явился для меня сюрпризом, который совсем не радовал.
Находясь с ней один на один в замкнутом пространстве автомобиля, едва сдерживался, чтобы не прикоснуться к ней. И еще ее платье задралось, открыв острые коленки, и шея была полностью обнажена, и этот сводящий с ума запах тропического рая, который проникал в легкие...
Никогда в своей жизни я не хотел ничего так сильно, как я хотел в этот миг Нику - это было абсолютно обескураживающее открытие. Но такое притяжение влекло за собой многое другое, к чему я не готов и, возможно, не буду готов никогда. Поэтому, несмотря на то, что все внутри молило прикоснуться к Нике, я знал, что если сделаю это, то уже не смогу остановиться. Самое лучшее было – как можно скорее сбежать от нее, но убежать далеко мне так и не удалось.
Возвращаюсь к ресторану на полчаса раньше, чем планировал, точно не зная, что собираюсь делать. Понимаю только, что не могу и не хочу оставлять Нику наедине с Сашей или с любым другим парнем.
Вижу ее и сразу ощущаю, как пропасть отступает. Иду, не сводя с нее глаз, что-то говорю, обхватываю пальцами тонкое запястье и тяну Нику за собой к выходу, впервые за этот вечер ощущая умиротворение. Как мало, оказывается, для этого нужно – просто чтобы она была рядом.
Мы выходим на улицу: я все еще держу руку Ники, но она и не делает попытки отстранится.
- Где горит? – только спрашивает она, а я даже не знаю, что ответить.
У меня горит везде. Я не могу понять, что происходит и почему я здесь, но сказать ей это я все равно не посмею.
- Куда бы ты хотела пойти Ника? – спрашиваю вместо ответа, напряженно переминаясь с ноги на ногу. – Любое место. Назови.
 
- Ты прервал мое свидание, чтобы спросить меня об этом? - в ее голосе нет издёвки, только изумление.
- Да, Ника, именно это я и сделал.
- Почему? - на ее лице тень любопытства и улыбки, но глаза остаются серьезными.
- Потому что по-другому не смог, - говорю откровенно. - Мне не понравилось, что ты была на свидании, Ника. И я эгоистично решил его закончить, но если ты сейчас скажешь мне, что хочешь вернуться обратно и продолжить этот вечер так, как и планировалось, я отпущу тебя, - для наглядности своих слов я даже выпускаю из своего захвата ее руку, не представляя, что буду делать, если она на самом деле предпочтет мне моего сотрудника.
Но Ника вдруг широко улыбается и переплетает свои пальцы с моими.
- Ну уж нет, Дима, - говорит она, хитро щуря глаза. - Пойдем, я покажу тебе свое место.
  
34
 
Ника
- Мы едем к тебе домой? - озадаченно потирая затылок, спрашивает Дима, когда я называю ему адрес.
- Не совсем, - глядя на его растерянное лицо, оказываюсь не в силах сдержать улыбку. - Боишься, что я обманом заманю тебя в свою квартиру и не выпущу, пока ты не пообещаешь мне то, чего я хочу?
- А чего ты хочешь, Ника? - несмотря на видимую шутливость контекста, этот вопрос Дима задает абсолютно серьезно.
«Тебя», - мысленно признаюсь я, но вслух произношу лишь:
- Ты мне доверяешь?
Платов неожиданно долго и внимательно смотрит на меня, гипнотизируя своим темным взглядом, а потом мягко отвечает:
- Да, Ника, я тебе доверяю.
Мое сердце сжимается от выражения странной беззащитности, на миг промелькнувшего на красивом мужественном лице. Я не знаю этого наверняка, но подсознательно понимаю, что слова о доверии Дима говорил немногим и нечасто.
- Тогда поехали?
Всю дорогу я чувствую себя как на иголках. Я взволнована, обрадована, предвкушаю продолжение вечера и, в то же время, немного боюсь его. Очень хочу спросить у Димы, почему на самом деле он приехал, но боюсь, что ответ меня разочарует. Ведь я так много надежд возлагаю на наши отношения - не хотелось бы, чтобы я вновь приняла желаемое за действительное.
Припарковавшись возле моего дома, мой спутник разворачивается и фокусирует на мне все свое внимание. Прочесть выражение его лица сложно, но мне чудится, что в нем есть принятие ситуации и какая-то покорность. Может быть, он, наконец, перестал сопротивляться очевидному обоюдному притяжению, которое существует между нами?
- Пойдем, - говорю я тихо, выскальзывая из машины.
Дима следует моему примеру и вскоре догоняет меня у подъезда.
- Все-таки дом? – спрашивает он иронично.
Я лишь улыбаюсь и, прижав карточку к замку, открываю входную дверь. В лифте нажимаю на самый верхний этаж и, игнорируя вопросительный взгляд Платова, прислоняюсь спиной к стенке, складывая руки на груди. Даже не пытаюсь скрыть своего интереса: смотрю на Диму, в который раз зачарованная грацией его сильного мужественного тела, и бесстрашно встречаю ищущий взгляд, беззастенчиво исследующий мою фигуру в откровенном шелковом платье.
Когда кабина останавливается, я первой дергаюсь к выходу, но Платов вдруг делает что-то немыслимое – протягивает руку и обхватывает мою ладонь, согревая ее жаром своего тела. В этом жесте нет страсти или злости, которые, как правило, были катализатором наших прикосновений в прошлом - в нем я чувствую только простое желание быть ближе, и это сводит меня с ума.
Я всерьез опасаюсь, что, если начну улыбаться еще шире, у меня сведет мышцы лица, но здесь я бессильна. Сумасшедше скалю зубы, упиваясь собственной радостью от внимания парня моей мечты, и наслаждаюсь моментом.
- Мы приехали, - напоминаю я.
Дима кивает, но мою руку не выпускает – позволяет мне вести его за собой сначала на лестничную клетку, потом на ступеньки, ведущие вверх.