Горькое ожидание. Дай мне шанс (СИ)

Милана махнула рукой и посоветовала не обращать внимания на них.
— Кристина вечно шефу поддакивает — пояснила девушка.
— Между ними что-то есть? — да, я давно заметила напряжение, которое витает в воздухе. Хотя, какое мне дело до личной жизни начальства?
— Не думаю, — удивила девушка, — нет, ну то, что Белова спит и видит, как Даниэля охомутать — факт. Но Астров в её сторону явно не дышит.
В воздухе повисла пауза, да и неловко как-то стало разговаривать про личную жизнь начальства.
Милана бросила взгляд на электронные часы, которые висели на стене, и хлопнула ладонями по коленкам.
— А давай чай пить — выдала, широко улыбаясь. Ну разве может человек быть настолько позитивным?
— Тебя не уволят? — вытерла салфеткой лицо и слегка улыбнулась.
— А моя смена уже закончилась, — она беззаботно махнула рукой, — я сегодня на два часа раньше освободилась.
— Так это я тебя задержала? — замямлила. Нехорошо получилось.
— Нет, это я сама задержалась. Кать, хватит уже усложнять, ставь чайник!
Щебетунья убежала за кружками и заваркой, а я задумалась над её словами. Неужели девушка права, и я действительно сама всё усложняю?
Глава 7.
Выходные — это здорово, особенно когда надо не просто отдохнуть и набраться сил, но и разобраться в своей голове.
За пару дней я смогла как следует подумать и окончательно решить: буду увольняться.
Полная решимости пришла в понедельник на работу. Поговорю сегодня с Ольгой Константиновной, думаю, она поймёт. Нет, ябедничать на Астрова я, конечно, не собираюсь. Как бы ни было, но такой подход точно не для меня.
Только не успела я оказаться в ресторане, как мои планы тут же обломали. Кто, думаю, и так понятно.
Даниэль собрал всех сотрудников кухни и устроил что-то вроде планёрки.
— Мои дорогие, — произнёс с желчью в голосе, — в связи с пополнением штата считаю необходимым повторить негласные правила, которые довольно продолжительное время царят в этом ресторане.
На меня сразу же выразительно посмотрел: куда без этого. Не волнуйтесь, Даниил Витальевич, в ближайшее время я перестану мозолить вам глаза.
— Итак, самое первое, что необходимо уяснить: эмоциям здесь не место! — да что ж такое, опять на меня смотрит. Чувствую, сейчас дыру протрёт. Наверное, надеется, я проникнусь, и что-то изменится. Только что должно измениться? Сказал бы уже открыто, чего хочет, но подозреваю, он и сам этого не знает. Просто у человека возникла стойкая неприязнь ко мне, может, на нервной почве?
— Излишнее проявление чувств мешает рабочему процессу — продолжил вещать ледяным тоном. Он ещё что-то говорил, но я слушала в пол уха, лишь глаза периодически закатывала. Выслушивать нотации, когда собираешься увольняться, ну такое. Поэтому возликовала, когда нам громогласно объявили об окончание "выноса мозга" и отпустили заниматься работой.
Правда, я немного в другом направлении отправилась: на поиски Зайцевой.
Управляющая крайне удачно оказалась на месте, и даже смогла выделить время для беседы. Только очень ей моё решение не понравилось.
— Катюш, ну ты чего? Тебе же так нужна эта работа — принялась она уговаривать.
— Да, Ольга Константиновна. Я и сейчас от своих слов не отказываюсь, но здесь у меня не получиться ничего.
— Как? На тебя вроде никто не жаловался… Даже Даниэль, считай что хвалит — огорошила женщина.
— Это как это? — я вытаращила глаза. Мне и в голову не могло прийти, что шеф может положительно отзываться обо мне.
— Ну, я спросила, как моя подопечная работает. Он ни слова плохого не сказал. Промолчал в общем, но это можно считать за похвалу — она засмеялась. — Я же знаю Астрова: было бы к чему придраться, он бы этой возможности не упустил.
Аж полегчало, когда узнала, что никто меня в буквальном смысле не хвалил. Потому что в противном случае такие перемены в шефе могут быть предвестниками апокалипсиса.
— Нет, Ольга Константиновна, я настроена решительно — попыталась придать голосу больше твёрдости. Получилось не очень, но я старалась.
 
Управляющая посмотрела на меня с подозрением и прищурилась слегка.
— Тебя кто-то обидел — заключила.
— Ну что вы, — замахала руками, — разве похоже, что я дам себя в обиду?
— Ты хочешь, чтоб я поверила?
Зайцева принялась меня сканировать, и я хотела выдержать её прямой взгляд. Не смогла, отвернулась. И щёки румянцем залились.
— Признавайся, Астров или Белова? — начался допрос.
— С чего вы взяли?
Я всё ещё пытаюсь доказать обратное, но куда уж там. Ольга Константиновна сделала собственные выводы.
— Да с того, что больше некому. Послушай, я не призываю тебя жаловаться. Но если это Даниэль, то могу предложить выход.
То ли она заметила интерес, промелькнувший в моих глазах, то ли уже сама за меня всё решила. Не знаю, но женщина продолжила, не дожидаясь моего ответа.
— Астров через несколько дней уезжает на кулинарный конкурс. Он там будет в качестве жюри. И его здесь не будет целых две недели. Понимаешь?
Я кивнула, только Зайцева явно имела в виду что-то другое, а не первичную обработку словесного потока.
— Ты немного успокоишься и подыщешь себе другую работу. Спокойно, — выделила последнее слов
А ведь управляющая права: куда я сейчас уйду? Опять думать, как дотянуть от стипендии до стипендии? И так понятно, что этого мизера мне никогда не хватало. Всё-таки я в колледже учусь, а не в университете, чтобы получать что-то, отдалённо напоминающее деньги.
Есть, конечно, ещё вариант: у родителей поклянчить. Но это мы уже проходили: дохлый номер. Так что потерпеть несколько дней до конкурса, а потом спокойно искать подработку вполне можно.
— Хорошо, я останусь. Но только на пару недель. Потом всё же придётся уйти.
— Конечно, конечно, моя девочка. Это твоё решение — она отмахнулась от меня и лукаво улыбнулась. Думает, что сможет меня переубедить. Плохо вы меня знаете, Ольга Константиновна. Если я что-то решила, то менять своё мнение на ровном месте не стану.
В кухню возвращалась, попутно настраивая себя на рабочий лад.
Наш девиз непобедим — себя в обиду не дадим!
— Офигеть! — само собой вырвалось одно из любимых слов Лопуховой.
Такого хаоса в личной резиденции Астрова я ещё не видела.
Во-первых, большая часть персонала отсутствовало на месте. Причём посуда и прочий рабочий инвентарь был оставлен, где попало. Даже ножи, к которым Даниэль особо щепетилен, брошены на столе.
Во-вторых, прямо у входа валялся контейнер с уже разбитыми куриными яйцами. И даже не было слышно, чтобы кто-то спешил вызвать уборщицу.
Ну и самое интересное, в-третьих: посреди кухни стоял набычившийся Астров, а напротив него был какой-то парень. И он ржал. Вот в прямом смысле, он не просто смеялся, а громко и заливисто хохотал. Ростом почти как шеф, только не такой перекачанный. И волосы такого же тёмно-русого оттенка. Меня заметили, и незнакомый парень первый бросил взгляд в мою сторону. Надо же, точно такие же карамельные глаза, как у Даниэля. Только взгляд не холодный, а наоборот очень тёплый и смеющийся. Добрый.
Кто же ты такой?
— Девушка, — неожиданно обратился незнакомец и в два прыжка оказался рядом. Не успела опомниться, как он уже бесцеремонно закинул руку мне на плечо и попытался приобнять.
— И как вы работаете с этим извергом?
Попятилась, пытаясь высвободиться из цепких рук, но парень оказался сильнее.
— Он же самодур и гордец. Самый настоящий павлин — парень за несколько секунд озвучил то, что я вынашивала в мыслях весь месяц. Он продолжал смеяться, ни капли не опасаясь реакции оппонента.
Я приложила ещё одно усилие, чтобы сбросить чужие грабли с плеча, но когда и это не помогло, нагло ущипнула нахала. После всего сказанного им в адрес шефа, я, безусловно, прониклась симпатией к незнакомцу. Но это не повод обнимать меня загребущими лапами.
— Ммм, щипаемся — протянул парень. Ему от моего действия ни холодно, ни жарко, но руку он всё же убрал.