Забирая Еву (СИ)

— Соскучился, — шепчет, прижимая меня к себе.
— Голодный?
Егор кивает.
— Пойдем, у меня сюрприз для тебя, — с хитрой улыбкой на губах тяну его в сторону кухни. Егор улыбается и следует за мной. А когда видит накрытый стол с зажжёнными свечами, притягивает меня к себе и целует в волосы.
— Красиво как. Звезды обмываем?
— Да, подумала, что удачный повод освоить кухню. А то что-то я совсем не балую тебя своей стряпней, — ожимаю плечами, и отхожу к шкафу с посудой.
— Я тебя за другое люблю, — ухмыляется он, присаживаясь за стол.
Ужин проходит тихо и спокойно. Доедаю свою порцию и, подняв глаза на Егора, вижу, что он не осилил и половины.
— Как твой желудок?
— Уже лучше. Не переживай, малыш, у меня каждый год обострение, — улыбается он. Но глаза какие-то грустные.
— Гастрит не шутка, Егор, может лучше все-таки лечь на обследование? – спрашиваю, вспоминая первую неделю после нашего воссоединения. Каждую ночь он не мог заснуть от сильной боли. К врачам идти ни в какую не хотел. Как только я его не уговаривала. Но по истечении некоторого времени, по его словам, боли исчезли, и Егор вовсе не хотел ничего слышать теперь о больнице.
— Через пару недель лягу. Сейчас много дел, — успокаивает меня. И, заметив мое испорченное настроение, хмурится.
— Проблемы? – спрашивает он, накрывая своей рукой мою ладонь.
— Нет. Просто заметила, что сегодня Кирилл был таким притихшим, ты из-за него на планерке рвал и метал?
— Не только из-за него. Весь отдел расслабился. Ничего делать не хотят.
— Егор, расскажи, в чем дело, — теперь моя очередь выводить его на искренний разговор. Он поднимает на меня уставший взгляд.
— За время моего отсутствия, Кирилл дел натворил… Производства продавал.
— В смысле, продавал?
— В прямом. Предупреждал об аресте, помогал прятать должникам имущество, выводить со счетов деньги.
По спине пробегает холодок, потому что я начинаю понимать масштаб произошедшего.
— Много производств?
Егор устало вздыхает.
— Я пока знаю о пяти. А там может и больше. Мне розыскник наш пожаловался вчера. Говорит, тенденцию заметил. В мое отсутствие, стоит ему доложить Колесникову о готовящемся аресте найденного имущества, через несколько часов приезжают на место, а там ноль. Ничего. Будто и не было.
— И что делать теперь?
— Хочу убрать его из отдела. Только нужно сделать это правильно. Пока не знаю как, ломаю голову, — задумчиво произносит Егор.
— Может, к Каю стоит подойти? – говорю первое, что пришло на ум.
Он осекает меня хмурым взглядом.
— Сам справлюсь. И ты не вздумай с ним общаться. Поняла?
— Хорошо. Просто как ты без него? – спрашиваю несмело.
— Пойду к руководителю напрямую, — Егор устало трет лицо, поднимаясь из-за стола.
— Может, десерт?
На его губах появляется улыбка.
— Десерт – то, что нужно.
***
Уставшие и удовлетворенные мы прижимаемся друг к другу. Каждый в своих мыслях.
— Ты изменилась, - шепчет Егор, лениво перебирая локоны моих волос.
— В чем? – удивленно поднимаю на него глаза.
— Не знаю. Ты другая стала, — пожимает плечами.
— Грустная какая-то. Даже, когда улыбаешься – в глазах тоска. Порой мне кажется, что ты меня так и не простила.
— Глупости...
Я пытаюсь закончить этот разговор. Ведь в глубине души знаю, что Егор прав.
— Кстати, завтра будет готово свидетельство о расторжении брака, — довольно произносит Егор. Словно, это повод для гордости.
— Поздравляю, — шепчу, а у самой ни единой эмоции по этому поводу.
— Еще у меня завтра для тебя будет сюрприз, — не унимается Егор.
— После совещания набери меня. Сориентируемся с тобой, может, успею и заберу тебя. Нужно будет в одно место заехать.
— Договорились, - целую его и, отвернувшись, закрываю глаза.
А перед взором до боли знакомая ухмылка. И взгляд этот насмешливый, за который мне всегда хотелось врезать. Или сказать что-нибудь едкое, саркастичное.
Скучаю по нашей болтовне. Сколько мы с ним уже не виделись? Месяц? Первые дни дико злилась на него. За его ложь, за его дурацкий ультиматум. Потом злилась за то, что не звонит и больше не приезжает в отдел. Егор теперь о нем и слышать ничего не хочет. Общаются строго по работе. Мне стыдно и больно от того, что из-за меня некогда лучшие друзья теперь враги.
 
Но, как бы то ни было, мне безумно не хватает Кая. Не хватает наших посиделок под луной. Не хватает Малыша, его звонкого лая и тяжелых лап на моих плечах. Не хватает Лидии Прокофьевны. Наверняка, Кай, как и обещал, уже привез все необходимые саженцы и цветы, и они вдвоем высадили чудесный зимний сад. Представляю, как они сидят за столом, окруженные красивыми растениями, пьют ароматный чай с мятой. А Малыш, как и всегда, лежит у его ног, доверчиво положив нос на колени мужчине.
Егор прав. Я уже не та. Я немного остыла и закрылась. Все чаще мне приходит в голову мысль, что я проживаю чью-то чужую жизнь, не свою. Кай изменил меня. Не знаю как, но всего лишь за неделю он сделал из меня другого человека.
***
На утро, в назначенное время забираю Нину из дома. Едва усевшись в машину, подруга начинает ворчать:
— Представляешь, надела рубашку и уже на выходе пятно заметила. Где посадила, ума не приложу, — демонстрирует мне испачканный рукав.
— Китель сверху накинь и заметно не будет. Тем более в зале собраний вечно холодина.
— Точно! Я так и сделаю! – радостно восклицает она. Открывает сумочку и поковырявшись в ней, достает губную помаду и зеркальце.
— Сегодня главного нет, — подкрашивая губы, говорит Нина,
— Он толи в командировке, то ли в отпуске. Вручать погоны будет либо Кай, либо Андрей, — от звука его имени у меня замирает сердце.
— Я тебя с ним познакомлю. Мужик от меня без ума, — не обращая ни на что вокруг внимания, рассказывает воодушевленная Нина.
— Ух ты, даже так! Значит, скоро на повышение пойдешь.
— Не-а, мне и здесь хорошо. Я звезд с неба не хватаю, — хмыкает Нинка.
Спустя пятнадцать минут я паркуюсь возле главного здания нашей службы. Выйдя из машины, поправляю одежду и, взяв под руку подругу, захожу в здание.
По дороге к лифту, приходится останавливаться раз десять, не меньше. Диву даюсь, насколько коммуникабельная у меня подруга. Знает практически каждого. С каждым поздоровается, обсудит насущные проблемы.
Стоит лифту поднять нас на заветный пятый этаж, я пулей вылетаю оттуда. Нинка плетется позади, болтает с одной из знакомых. Не успеваю сделать и двух шагов, как налетаю на знакомую спину. Широкую, мощную, обтянутую дорогой тканью стильного пиджака. Мужчина, почувствовав толчок, оборачивается, а я улыбаюсь, растерянно глядя на него.
— Привет! Ой, здравствуйте, Николай Германович, — при виде него, улыбка расцветает на губах. Сейчас понимаю, как сильно соскучилась по нему.
Кай несколько секунд стоит молча, глядя на меня так, словно не узнает. А затем переводит взгляд немного в сторону и приветственно кивает кому-то. Удивленная его реакции, поворачиваю голову по направлению его взгляда и вижу подходящую ко мне Нинку.
— Ты чего как столб стоишь? Идем, — улыбается она, утягивая меня вперед.
Несколько шагов покорно следую за ней. До конца не веря в произошедшее, оборачиваюсь назад. Кай идет позади, разговаривает о чем-то с симпатичной брюнеткой. И эта улыбка на его губах, обращенная к ней, и ее обожающий взгляд, устремленный на него, словно удар под дых. Отвернувшись, сжимаю руку Нины, спеша поскорее убраться.
Мы проходим в зал для совещаний и усаживаемся на задние ряды.
— Зря мы назад спрятались. Придется через весь зал топать, когда погоны вручать будут, — шепчет мне Нина, в то время как я не свожу напряженного взгляда с входных дверей. Спустя несколько минут, Кай наконец-таки заходит. Рядом все также идет брюнетка. Он усаживается за стол для руководства.
— О, смотри, Андрюша мой, — шепчет Ниа, дергая за рукав и указывает на мужчину, сидящего по соседству с Каем.