Падшая (СИ)

— Где моя собака? — не слушала его Лисс.
— Конечно, Мириам все узнает, но не волнуйся, я не сказал Кайлу, — продолжал Нейтан.
Лисс разозлилась, села на кровати и схватила парня за руку. Слабый разряд тока не заставил себя долго ждать.
— Где. Мой. Джерси? — отчетливо проговаривая каждое слово, спросила Лисс.
Нейтан изменился в лице и грустно посмотрел на девушку.
— У тебя кровь пошла, — сказал он.
— Не меняй тему, — отрезала Лисс. — И отвечай на вопрос.
— Джерси сильно пострадал, — сказал Нейт, отводя взгляд и забирая руку. — Твоя Лисица его порвала. Мой Зверь пытался ее остановить, но не смог.
С лица Лисс исчезли все эмоции и она уставилась в стену.
— Где он сейчас? — пустым голосом спросила девушка.
— Его забрал Альянс, — ответил Нейтан.
Ханна рассказывала Лисс о том, что жертв нападений оборотней забирает Альянс. Было бы опрометчиво отдавать тела людским властям, учитывая скрытность оборотней.
«Я его убила» — громом отзывалось в сознании. В глазах сильно защипало и девушка отвернулась.
— А с тобой что я сделала? — глухо спросила Лисс.
— Не ты сделала, твой Зверь, — мягко поправил ее Нейтан. — Ерунда, пара укусов.
— И из-за этой пары укусов ты пропал почти на три недели? — все так же безжизненно спросила Лисс.
— Ну, пара-тройка, — парень чувствовал себя не в своей тарелке, ему нечасто доводилось доносить до людей плохие новости. Он потер шею, пытаясь избавиться от напряжения, и продолжил: — Полежал в лазарете, подумаешь. Нас, Ину, и не так порой отделывают.
Лисс повернула на него голову и скривилась от боли.
— Почему?
— Потому что мы слабые, — он пожал плечами. — Мы, считай, внизу пищевой цепочки и нас осталось очень мало. Куда нам тягаться с хищниками вроде Вервольфов и Кицунэ.
— Это все ерунда какая-то, — вздохнула Лисс. — Кому нужны эти разделения?
Лисс вспомнила, с каким пренебрежением Мириам высказывалась об Ину и других оборотнях. Хотя ее миссия объединить разных «зверей» под одной крышей вызывала восхищение. Но почему-то в голове не укладывалась противоречивость двух этих фактов.
— А ты думала, дискриминация есть только у людей? — горько усмехнулся Нейт.
Лисс промолчала и невидящим взглядом уставилась вдаль. Грустные мысли накатывали с удвоенной силой.
— Ладно, я пошел на работу, — Нейтан встал и неуверенно помялся. — Оставайся дома и восстанавливай силы. На связи.
Девушка только посмотрела на него и ничего не сказала.
Нейтан кивнул Лисс и вышел из квартиры, захлопнув входную дверь.
В квартире повисла оглушительная тишина. Лисс подняла дрожащую руку к глазам. Через воспоминания она почувствовала мягкую шерсть на своей ладони, перед взором Лисс видела добрые карие глаза.
Когда в их доме появился пес, Лисс долго не могла привыкнуть к нему. Джерси был гиперактивный, любил звонко лаять и бегать по квартире. Его было слишком много и это сильно ее раздражало.
Ранее в далеком детстве у сестер был Ричи, маленький песик, которого завели приемные родители. Лисс очень сильно любила его, Ричи чувствовал это и был с ней всегда и везде. Тогда она впервые почувствовала связь с кем-то другим, любовь и привязанность.
Его забили жестокие дети в парке. До сих пор Лисс помнила пыльное безжизненное тельце, покрытие кровью. Лисс зареклась привязываться к кому-либо — ни к людям, ни к животным.
Но Джерси изменил ее и изменился сам. В какой-то момент пес из сверхзвукового электровеника превратился в ласкового и нежного. Он приходил к Лисс, когда ей требовалась поддержка. С радостью прибегал, если девушка звала его играть или на прогулку. Спал в ее кровати и Лисс ему это позволяла. Он был самым верным другом.
Она помнила тот последний день, когда Лисс по привычке обнимала Джерси и зарывалась лицом в его мягкую теплую шерсть. А позже, тем самым вечером, он лаял, будто в квартире появился кто-то чужой.
«Чужой была я, он не узнал меня».
В глазах защипало сильнее и на подушку покатились первые слезы. В груди Лисс чувствовала черную дыру, в которую ее поглощало отчаяние. Лисс повернулась на бок и свернулась калачиком, словно это могло уменьшить боль в груди.
 
Ветер за окном поднялся сильнее и распахнул настежь окно в комнату. Лисс сотрясали рыдания и она выпускала из себя боль последних дней, пока не наступил вечер.
Лисс переоделась в форму и стояла перед зеркалом в раздевалке «Бездны». Она не могла больше оставаться дома в пустой квартире, как сказал ей Нейтан. Да и когда она кого слушала в последний раз?
Белая повязка на шее портила общий внешний вид, да и состояние было не очень боевое, но Лисс ободряюще улыбнулась своему отражению.
— Привет, Лисица! — крикнул ей Дейвид с кухни, когда девушка проходила мимо.
— Лисс? — из холодного цеха выглянул Нейтан, удивленно смотря на нее. Он вышел из цеха и подошел к Лисс вплотную.
— Я же сказал восстанавливаться дома, — сказал парень и Лисс хотела было возмутиться этой дерзости, но услышав обеспокоенную интонацию, передумала.
— А ты что здесь делаешь? — удивилась она.
— Я тебе говорил, что работаю в ресторане.
— А я не узница, — пожала плечами Лисс и поморщилась от боли в шее. — Справлюсь.
Нейтан молча посмотрел на нее и кивнул.
— Эй, голубки, давайте не здесь, — сказал Кайл, проходя мимо. Он остановился и задумчиво посмотрел на повязку Лисс.
— Завидуй молча, — отмахнулась девушка и, поправив воротник рубашки, пошла в бар.
За стойкой работала Моника, ловко орудуя бутылками и стаканами, отдавая заказы. Этим вечером посетителей было достаточно много.
— Лисс? Мириам сказала, что тебя не будет сегодня, — удивилась Моника, на мгновение остановив бурную деятельность.
— Не могла бросить тебя, — улыбнулась Лисс и, подойдя к раковине, помыла руки. Левую руку неприятно тянуло, напоминая вчерашнее — Волку чудом удалось не сломать ей пальцы своей ногой.
— С тобой все в порядке? — обеспокоенный голос Моники вывел Лисс из раздумий.
— Да, все отлично, — криво улыбнулась девушка. Она чувствовала боль в голове и небольшое головокружение, но ничего, с чем не могла бы справиться.
Лисс включилась в работу, помогая Монике разгрести часть заказов. Она шипела каждый раз, тревожа рану на шее и ушиб запястья, но держала себя в руках, сохраняя нейтрально-вежливое выражение лица. Моника искоса поглядывала на нее, без конца интересуясь ее здоровьем.
— Да нормально все со мной, — раздражительно прорычала Лисс, чувствуя, что ее уже начинает подташнивать от чрезмерной заботы.
— Я просто волнуюсь, — грустно сказала Моника. — Ладно, я пойду на перерыв, бар на тебе.
— Окей! — махнула Лисс и достала чек с заказом из принтера.
Работая на автомате, Лисс готовила коктейли и разливала напитки, слушая нарастающий шум в ушах. Создавалось ощущение непричастности, будто она была сторонним наблюдателем. Казалось, время тянулось бесконечно.
— Эй, привет! — за стойку сел Карл и заказал свой привычный «Бурбон».
— И тебе привет, — вяло улыбнулась Лисс и достала с полки бутылку. — Блин, — тихо выругалась она, пролив алкоголь мимо мерника.
— С тобой все в порядке? — нахмурился Карл. На его лице темнели пара синяков, разбитый глаз немного покраснел. — Ты бледная как смерть.
— Бывало хуже, — ответила Лисс, вспоминая свои стычки с парнями из старшей школы. Лисс всегда любила ввязываться в переделки. Она отдала заказ и повернулась к раковине помыть инвентарь. Прохладная вода приятно холодила кожу рук, а в животе неприятно заурчало.
— Я вернулась! — оповестила Моника, заходя в бар.
— Отойду, — коротко бросила Лисс и быстрым шагом вышла из бара.
Она почти бегом бросилась к раздевалке, чуть не столкнувшись с Кайлом в коридоре. Парень лишь проводил ее вопросительным взглядом.
Забежав в туалет, Лисс упала на колени возле унитаза и спустила в него все содержимое желудка.
Когда рвотные позывы прекратились, Лисс поднялась к раковине и сполоснула лицо холодной водой. Лучше не стало. Голова, казалось, готова расколоться на несколько частей, руки трясло мелкой дрожью.