Нелегальная разведка
Замечательный разведчик-нелегал Иосиф Ромуальдович Григулевич, о котором впервые было рассказано в третьем томе «Очерков истории российской внешней разведки» [5], выступая в 1977 году перед молодыми сотрудниками разведки, подчеркивал:
«Для того чтобы человек стал Человеком с большой буквы, он должен любить своих товарищей, свой народ, дело, которому он служит, больше, чем самого себя, свою собственную персону, иными словами, чтобы свое личное счастье он видел в служении людям. Наша далеко не легкая, но еще настолько жизненно нужная и важная профессия требует отдачи всех сил, упорства, целеустремленности, собранности и глубоких знаний во многих областях человеческой деятельности».
Авторы не случайно вынесли в заголовок этого очерка девиз нелегальной разведки — «Без права на славу, во славу державы», ибо разведчики-нелегалы о славе не помышляют, а о конкретном содержании своей деятельности не рассказывают даже в кругу друзей и товарищей по работе. Их имена, как правило, не известны посторонним и держатся в секрете даже внутри самой разведки. И только если разведчик-нелегал провалился, скажем, в результате предательства, о нем узнает широкая общественность. Однако и в этом случае контрразведке противника не всегда удается до конца выяснить содержание его работы, вскрыть все его связи.
Даже в закрытой для посторонних Службе внешней разведки существуют сроки давности. Но их нет в нелегальной разведке, формы и методы работы которой должны сохраняться в глубокой тайне всегда. Виртуоз-профессионал, не допустивший ни одного провала и избежавший предательства, обречен на публичное небытие. А потому высшим критерием, мерилом его труда и таланта становится лишь оценка коллег.
Разведчики-нелегалы работают не ради славы и почета. Они, как правило, не достигают высоких должностей во внешней разведке, хотя за рубежом порой занимают видное положение.
Теодор Гладков по этому поводу пишет:
«Нелегалы с большим стажем (а некоторые из них работали за рубежом десятки лет кряду) возвращались на Родину уже пожилыми людьми, выслужившими все мыслимые и немыслимые сроки для выхода на пенсию. В силу длительного отрыва от административной работы в центральном аппарате разведки, отсутствия советских организаторских навыков их было трудно использовать на каких-либо руководящих должностях. Тем более что за время их отсутствия в том же Центре сменялось одно, а то и два поколения сотрудников. Иной нелегал, вернувшись на Лубянку или в Ясенево [6], не находил там ни одного знакомого лица. Одни давние сослуживцы вышли на пенсию, другие переселились в мир иной…
Как правило, ветеранов-нелегалов успешно использовали в качестве преподавателей спецдисциплин, консультантов, экспертов, но не на руководящих должностях в аппарате».
Редкими исключениями в этом отношении были, пожалуй, только Александр Коротков и Василий Зарубин, работа которых в нелегальных условиях чередовалась со службой в центральном аппарате. Оба они получили генеральские звания и являлись заместителями начальника внешней разведки, а А. Коротков некоторое время даже исполнял обязанности начальника разведки.
Помимо всякого рода опасностей разведчика-нелегала за рубежом подстерегают различные случайности, от которых никто не застрахован. Находясь в чужой стране и под чужим именем, нелегал должен быть готов к любым ситуациям, предусмотреть все до деталей, ибо в разведке мелочей не бывает.
Известный журналист-международник, бывший сотрудник внешней разведки Леонид Колосов, повествуя о встречах с замечательным советским разведчиком-нелегалом Кононом Молодым, вспоминает:
«Биография разведчика и тем паче разведчика-нелегала — субстанция весьма сложная, — начал свой рассказ Конон Трофимович. — Даже я не знаю, какую версию рассказываю вам, ибо моя «легенда» стала и должна была стать моей жизнью настолько, чтобы никакие случайности и «детекторы лжи» не смогли меня уличить ни во время бодрствования, ни во время сна…
Заодно — о случайностях. Представьте себе ночную Вену или ночной Антверпен. По тротуару бодро шагает советский разведчик, успешно преобразившийся в западного бизнесмена. А навстречу ему — пьяный малый в кожаной куртке. Он останавливается и этак вежливо спрашивает: «Простите, а где тут можно отлить?». Разведчик так же вежливо отвечает: «Отлить? К вашим услугам любая подворотня, дорогой». И только когда парень исчезает в подворотне, наш герой с ужасом осознает, что его спрашивали по-русски и отвечал он тоже на родном языке. Провал? А вы знаете, сколько стоит подготовить одного нелегала? И если он заваливается на такой вот бытовщине, то…»
Один из руководителей советской внешней разведки в послевоенные годы, готовивший К.Т. Молодого к выводу на нелегальную работу, генерал-лейтенант Виталий Павлов пишет:
«Говоря о положении нелегала, Молодый отмечал, что со временем человек привыкает к постоянной опасности и уже не думает о ней. Он сравнивал свое положение “подпольщика” со своим фронтовым опытом: “Проходит день, и ты уже не думаешь о том, что в твой окоп или землянку может попасть снаряд. Привыкаешь. Тот, кто не может свыкнуться с опасностью, не подходит для нашей работы”».
О разведчиках-нелегалах — этих замечательных людях, настоящих патриотах своей Родины — можно рассказывать долго. Знакомясь с их боевыми биографиями, узнаешь и о том, в каких нелегких условиях они трудились, порой с риском для жизни. По-разному складывалась их судьба. В 1934 году в США при выполнении служебных обязанностей трагически погиб разведчик-нелегал В.Маркин («Дэвис»). В кровавой мясорубке «ежовщины» безвременно ушли из жизни выдающиеся разведчики Федор Карин, Борис Базаров и многие другие. Жертвами произвола Л. Берии стали разведчик-нелегал «Ганс» (Дмитрий Быстролетов), проведший свыше 15 лет в лагерях ГУЛАГа, Федор Парпаров, арестованный в 1938-м и освобожденный из-под стражи лишь через год, резиденты нелегальной разведки в Лондоне Игнатий Рейсс и Теодор Малли, расстрелянные в 1938 году…
В годы Великой Отечественной войны нелегальная разведка продолжала нести ощутимые потери. Замечательный разведчик-нелегал Арнольд Дейч, лично завербовавший накануне войны свыше 20 человек, погиб в 1942 году на борту транспортного теплохода «Донбасс», на котором следовал в Аргентину в качестве резидента нелегальной разведки. От рук украинских националистов весной 1944 года пал выдающийся разведчик-нелегал, Герой Советского Союза Николай Кузнецов…
Даже в мирное время разведчики-нелегалы не застрахованы от провалов и арестов. Известный разведчик-нелегал Вильям Фишер, назвавшийся агентам ФБР именем своего покойного друга Рудольфа Абеля, был арестован в США в 1957 году из-за предательства сотрудника нелегальной резидентуры Р. Хейханена. Он провел пять лет в американской тюрьме и в 1962 году был обменен в Берлине на американского летчика-разведчика Ф. Пауэрса. Предательство О. Гордиевского, вручившего в Копенгагене паспорта на чужие имена супругам Майоровым, привело к тому, что в 1970 году они были арестованы аргентинской тайной полицией СИДЕ и выданы ЦРУ. Переброшенные в США Майоровы были помещены на одной из вилл, принадлежавших американской разведке, откуда в январе 1972 года им удалось бежать и возвратиться на Родину. Этот список можно было бы продолжить, ибо работа разведчика-нелегала всегда связана с немалым риском.
Нынешнее поколение сотрудников Службы внешней разведки не только отдает дань уважения тем разведчикам-нелегалам, кто уже ушел из жизни и кто составлял ее «золотой фонд», но и гордится теми солдатами невидимого фронта, кто и сегодня вдали от Родины защищает ее интересы «без права на славу, во славу державы».
Резидент Базаров
После октября 1917 года часть офицеров и генералов старой армии перешла на сторону советской власти. Они помогли ей заново сформировать армию и флот, придать их действиям эффективный характер и одержать первые победы. Некоторые патриотически настроенные бывшие кадровые военные и царские профессиональные разведчики были приняты на работу в зарождавшиеся тогда органы внешней разведки. Поставив на службу новой власти свои незаурядные знания, они способствовали разоблачению заговоров, раскрытию замыслов тех, кто пытался вести тайную борьбу против молодого советского государства.