Сила и ярость Юга (СИ)
— Я думаю, что есть вариант разумней.
— Вот как. Любопытно, — откликнулся Вальдер. — Хорошо, давай это обсудим. Эй, Марис, отгони этого к его банде и присмотри, пока мы решим, что делать дальше. Идем, — приказал он Ясмин и кивнул на дом.
Ясмин последний раз обменялась взглядами с Рианом, который явно не собирался так просто сдаваться. Дернув плечом, конюх позволил воинам увести себя к остальным.
Войдя в дом, Вальдер поймал на проходной кухарку и распорядился:
— Погрейте что-нибудь на завтрак для госпожи и принесите в кабинет. Она так долго спала, что пропустила всё на свете.
Ясмин смерила его презрительным взглядом, но промолчала.
В кабинете Вальдер вольготно раскинулся в кресле и вытянул ноги, скрестив сапоги. Ясмин с прямой спиной опустилась на софу. Вскоре кухарка лично принесла поднос с горячим кофе и выпечкой, и Ясмин не стала отказываться.
Обхватив кружку, она сделала несколько обжигающих глотков и судорожно выдохнула, собираясь с силами. Было непросто сидеть напротив того, кто прошлой ночью… Снова вспомнилось его близкое дыхание, переплетения напряженных мышц, бесстыдные ласки. Ясмин прогнала предательскую слабость и посмотрела прямо на мага. Вальдер же наблюдал за тем, как она ест, с каким-то странным удовольствием.
— Через несколько дней надо начинать сбор урожая, — заговорила Ясмин, взглянув ему в глаза и сохранив сдержанность. — Глупо тратить еду и время твоих людей, чтобы охранять сидящих без дела сильных мужчин. На сборе тростника важные каждые руки.
Вальдер улыбнулся.
— Да ты настоящая хозяйка.
— Мы нанимаем рубщиков из деревень во время сбора урожая, а теперь ты хочешь посадить на цепи тридцать крепких мужчин и мучить их голодом и жаждой. Этим ты только усилишь ненависть к вам, захватчикам! Их семьи останутся без заработка и еды, а мы без достаточного числа работников.
— Но если я отпущу их — это сочтут слабостью. И в следующий раз они нападут снова.
— Нет, не сочтут, — помедлив, проговорила Ясмин. — Если я поговорю с ними сама и решу конфликт.
— И что ты скажешь?
— Попрошу верить мне и моему… супругу. — Ясмин будто вытолкнула это слово из себя, точно оно, находясь внутри, отравляло. — Да, я признаю тебя перед всеми и скажу, что ты не желаешь им зла. И готов простить нападение, если они отработают это на плантации.
— Я не смогу предоставить им свободу.
— Пообещай отпустить, когда они отработают этот сезон сбора урожая. И позволь накормить их семьи — и ты будешь мудрым хозяином, а не дураком, который рубит сук, на котором сидит, — она все-таки дала выход своей злости в последних словах.
И Вальдер с шумом потянул воздух, довольно улыбнувшись.
— Как же мне нравится твоя дерзость.
Он оперся о подлокотники и встал. Ясмин отступила назад, а он подошел еще ближе, прижал почти к самой стене. Ясмин вспомнила, какой жгучей ненавистью светились глаза Риана, когда он понял, что Вальдер взял её силой, но ощутила, что снова впадает в оцепенение. Она вскинула голову. Бить его бесполезно, сопротивляться не удается тоже.
— Не смей!..Вальдер обхватил ее за талию и хотел впиться в губы поцелуем, но почувствовал ее дикое напряжение и замер. Провел ладонью по плечу, стащил с него широкую лямку платья, ожидая ее реакции. Снова будет издеваться, заставляя отдаться ему добровольно?
— Какая ты сладкая…
Вальдер провел большим пальцем по ее губам, чуть оттянул нижнюю. Ясмин вспомнила вкус его крови и угрожающе стиснула зубы. Сейчас так близко было его лицо, высеченные словно из камня черты, ямочки на щеках, жесткая щетина и яркий, завораживающий взгляд.
Ловко стянув платье с плеч, так, что оно собралось на талии, Вальдер провел руками по обнаженной груди, сжал ладонями. Ясмин до боли впилась пальцами в его руки, напрягла все свои силы и отвела прочь.
— Не. Трогай. Меня. Больше!
— Тебе же хочется этого, моя дорогая, — хрипло сказал он, запросто переборов ее и прижав обратно к стене.
Сейчас снова прильнет жадным поцелуем, сомнет все сопротивление, стянет и без того скомканное платье… В затуманенной голове Ясмин появилась безумная мысль. А может, поддаться? Заставить его потерять бдительность, а после сбежать? Пусть он снова загорится страстью, он же хочет ее…
Запах свободы будто коснулся краешков ноздрей, заставив их затрепетать в предвкушении. Она найдет Риана и заставит освободить всех задержанных, передав «приказ» Вальдера, а потом заберут всех лошадей и исчезнет отсюда.
Ясмин откинула голову, открыв шею и позволив ему прижаться горячими губами к нежной коже. Тихонько вздохнула со стоном, будто бы сдаваясь под напором. А потом, подавшись вперёд, она сама коснулась его грудью, положила руки ему на плечи, приблизила свои губы к его. И уже чувствовала жар его дыхания и нетерпение тела… но Вальдер усмехнулся и отстранился.
— Нет уж, ты просила тебя не трогать. Значит, не буду, — развел он руки, выпуская ее.
Ясмин замерла в бешенстве. Она думала, что ничего не может быть унизительней того случая с платьем и того, что случилось ночью, но теперь… Теперь он выставил всё так, будто это она, полураздетая, пристает к нему, а он отказывается!
— Какой же ты урод, — выпалила она, не в силах совладать со своей злостью. — Несносный урод и сволочь! — Ясмин быстро сдернула платье наверх, прикрывшись, и против воли почувствовала, как кровь от стыда прилила к лицу и губам.
— Может быть я хочу, чтобы ты меня умоляла.
Он смеется над ней!
— Мечтай об этом!
Вальдер сложил руки на груди и отступил, позволяя ей уйти.
Тяжело дыша, Ясмин вышла из кабинета прочь и со всей силы хлопнула дверью. Надо было сделать это еще в тот раз! Он просто ублюдок!
Ясмин сползла вниз по стене и только в последний момент заметила взгляд Ирты, стоящей на первом этаже у окна. Служанка оглядела ее растрепанный внешний вид, клокочущую злость в движениях и явно представила, что только что новый хозяин делал с госпожой в кабинете ее отца.
Глава 13
После того, как Ясмин вернулась в свою комнату, в дверь постучали. Ясмин не отвечала, расчесывая совсем спутавшиеся волосы. Бесполезно! Дверь приоткрылась, и заглянула служанка. Не Ирта, а Мартина — добродушная кузина, прислуживающая раньше отцу. Теперь она, верно, растерялась, не зная, куда себя применить, а Вальдер только пугал.
— Я могу помочь тебе, Ясмин?
— Не могу расчесать волосы, — раздраженно махнула щеткой Ясмин и безнадежно отложила ее на столик. Как будто это было самое страшное расстройство за последние дни.
— У меня есть масло.
Мартина скрылась за дверью, а потом быстро вернулась. Осторожно налила кокосовое масло на ладони и нанесла на волосы Ясмин, а потом принялась расчесывать тяжелым гребнем.
— Где Ирта?
— Она плохо себя чувствует, говорит. Мне кажется, она боится нового хозяина, боится попасть ему на глаза лишний раз.
— А мне кажется, что как раз наоборот, только об этом и мечтает. — Ясмин повернулась к Мартине. — А ты его не боишься?
— Я молю богинь, чтобы он был милостив к вам, Ясмин. Если они одобрили ваш брак, то должны уберечь от зла…
Ясмин повернулась к зеркалу и вгляделась в свое лицо. Уберегли ли богини? А может, они не слышат этих просьб, потому что сама Ясмин не позволила им поверить в серьезность намерений. Сама признала в глубине души, что не считает брак настоящим. И обряд стал обманом.
За окном послышались голоса и перестук копыт, а после и шумные голоса. Кто ещё? Кто-то из тех старых гостей, кто ещё не знает о захвате власти?
Ясмин отстранила Мартину и подошла к дальнему окну, из которого хорошо было видно парадные ворота. Прекрасно. Старый Пьер со своим заносчивым сыном, которого давно мечтал сосватать для Ясмин, но отец так и не дал своё разрешение. Зато отдал ее этому Вальдеру!
Пьер с сыном вышли из крытой повозки и настороженно огляделись по сторонам, заметив повсюду чужаков с оружием. За ним притормозили его всадники — человек десять, не больше. Ясмин вдруг усмехнулась. Неожиданность, да?