Наречённая дорханца (СИ)

— Хвала Богам, ты пришла, Сури.
Моё внимание было сосредоточено на Ине, и, похоже, Мáрин это заметил, потому что он, взяв меня за плечи, сильно тряханул.
— Ты меня слушаешь, Сури?
— Д-да, повелитель, я вас слушаю.
— Отлично, — отпустил он меня. — А теперь помоги мне.
— Чем я могу вам помочь, повелитель?
— Поговори с ней, — махнул он рукой в сторону Ины. — Она меня боится, не слушает. Стоит мне к ней приблизиться, как она начинает плакать.
Я вновь посмотрела на девочку. Было видно, что она действительно плакала. Глаза были красными, а нос опухшим. Мне стало её очень жалко. Сколько же она сегодня страху натерпелась.
Присев в реверансе перед Мáрином, я стала приближаться к девочке, которая, увидев меня, вжалась в угол. Быстро бросив на повелителя взгляд, ища поддержки, я всё же подошла к Ине. Присев перед ней на корточки, я стала пытаться поймать её взгляд своим. Она же старалась избегать мой.
— Ина? — позвала я её по имени. Девочка вздрогнула. — Всё в порядке. Посмотри на меня, пожалуйста.
Она минуту колебалась, но всё же выполнила мою просьбу.
— Госпожа, — прошептала она.
— Я же просила звать меня… — попыталась я напомнить ей о нашей договорённости, но договорить у меня не получилось, так как Ина бросилась в мою сторону, обняв меня.
Она снова заплакала, и тогда я прижала её к себе так крепко, как только могла.
Вблизи я услышала тяжёлый вздох, и подняла голову. Мáрин практически нависал над нами, и мне откровенно это не понравилось. У него был обеспокоенный вид. Казалось, что он хочет помочь, но не знает как. Уверена, что всё было именно так, ведь, как я поняла, эта девочка запала ему в душу.
— Повелитель, — отвлёк его от нас Дариан, и мы с ним на миг пересеклись взглядами. Ни капли раскаяния за то, что он заставил меня думать, что Ина мертва. Что творилось в голове этого мужчины — я не понимала.
Мáрин переключил своё внимание на дорханца, и это позволило мне немного расслабиться.
— Я хочу домой, — прошептала Ина. — Вы можете отвести меня домой?
Я прикусила нижнюю губу. Увы, но я не знала ответа на этот вопрос. То, что она была жива, ещё не значило, что Мáрин так легко отпустит её. Что если он решил применить к ней иное наказание?!
— Повелитель тебя наказал? — прошептала я в ответ.
— Нет. Но эта женщина требовала моей смерти. Он отказал ей. Она очень долго кричала, а потом плакала, когда не добилась своего. А потом… потом её человек пытался меня убить. Господин-воин вступился за меня. Он побил того человека. Но я всё-таки испугалась. И хочу домой.
Честно, но я была удивлена, что Мáрин позволил Дариану избить человека из-за такой как Ина. Всё же такие поступки не достойны мудрого правителя. Но с другой стороны, это доказывало, что эта девочка была интересна ему. Я лишь надеялась, что он понимал, что она всё же была пока ребёнком, и ему в голову не лезли никакие дурные мысли.
— Я хочу домой, — снова повторила она, и только я хотела ей ответить, что об этом нужно будет говорить с повелителем, как он оказался рядом с нами.
— Я отпущу тебя, но лишь при одном условии, — вмешался в наш тихий разговор Мáрин.
Ину начала бить крупная дрожь, и мне пришлось погладить её по спине.
— Я хочу, чтобы ты познакомила меня со своей семьёй.
Я разинула рот от удивления, на что получила недовольный взгляд от повелителя.
— Это ведь небольшая плата за то, что ты попадёшь домой, правда? — вкрадчивым голосом поинтересовался он.
— Думаю, да, — её голос звучал неуверенно, и я полностью разделяла её сомнения. Что задумал этот мужчина? Я, откровенно говоря, не понимала его. Что ж, надо признать Мáрин умел удивлять. И всё же, что он задумал? Но спросить напрямую я не решилась, прекрасно понимая, что он и не ответит. С другой стороны, я могла узнать об этом от Дариана. Ведь они о чём-то говорили, пока я успокаивала Ину. Вот только я сомневалась, что он мне расскажет. Между нами выросла стена недопонимания, и как её разрушить я не знала.
Мы отправились к семье Ины, когда на улице стемнело. И дело было не в том, что мы боялись любопытных взглядов, нет, кое-кто долго собирался в дорогу и сильно нервничал. У меня сложилось впечатление, что Мáрин готовится не к знакомству со своими поданными, а к знакомству с родственниками своей будущей жены. Хотя в его случае нервничать было глупо, ведь он был правителем нашего государства. Да и Ина не могла стать его законной супругой по многих причинам. И дело было не в её возрасте.
 
Всю дорогу до её дома, она не отпускала мою руку. А стоило Мáрину или Дариану повернуться к нам (они шли впереди), как тут же пугалась, и пряталась за меня. С одной стороны, это было забавно, но вот с другой — утомительно. И я была благодарна мужчинам, потому что они, поняв причину её испуга, перестали оборачиваться.
В общей сложности нас сопровождало десять дорханцев. Лично я хотела, чтобы их было больше, но Дариан чётко дал мне понять, что и десятерых много. Нет, конечно, я не боялась нападения, потому что людям Великого Барадуйса не за что было точить зуб на Мáрина, ведь он был великодушным и заботливым правителем, но вот враги у него всё равно имелись. Соседние государства несколько раз пытались развязать войну из-за территорий, но каждый раз что-то вставало у них на пути.
— Мы пришли, — робким голоском объявила Ина.
Я огляделась. Слабый свет из окон давал мало возможности всё осмотреть, но перед нами точно стоял небольшой одноэтажный дом.
Повелитель и Дариан переглянулись, и дорханец подошёл к двери, постучал. Дверь нам открыли не сразу. А когда открыли, то настороженным взглядом оглядели. Женщину, что открыла нам, не за что было винить. Вряд ли она ждала гостей в столь поздний час.
— Мама! — пискнув от счастья, Ина бросилась к женщине. Та, узнав свою дочь, поймала её в крепкие материнские объятия.
— Ох, моя девочка. Мы обыскались тебя. Где же ты пропадала, Ина? — ворковала женщина, обнимая свою малютку.
— Меня… — начала свой рассказ девочка, но её перебил Мáрин, прокашлявшись. Женщина тут же заострила на нас своё внимание. Она осматривала нас с головы до ног, а когда же дошла до повелителя, то тут же его узнала, и поклонилась.
— Повелитель, — не поднимая головы, поприветствовала она его.
— Перестаньте, прошу вас, — ответил ей Мáрин, и мне даже показалось, что он смутился. Или же мне не показалось?!
— Умоляю, повелитель, не отбирайте у меня мою дочь. В чём бы она не провинилась, я приму наказание за неё. Она хороший ребёнок, добрый. Прошу вас, не наказывайте её.
Мáрин обернулся ко мне, явно не зная, что ему делать. Воздохнув, я вышла вперёд.
— Вам не стоит беспокоиться, госпожа.
Услышав моё обращение, женщина тут же подняла голову.
— Какая же я «госпожа», молодая госпожа?! Я крестьянка. К господам я не имею никакого отношения. Мы не знатного рода.
— Я знаю. Ваша дочь рассказала. Но повторюсь, вам не о чем беспокоиться. Ину никто наказывать не собирается. Произошла ошибка. Но об этом мы могли бы поговорить в вашем доме.
— Ох! — женщина огляделась по сторонам. — Я не подумала. Прошу, проходите.
Она отступила в сторону, пропуская нас в своё жилище. Первым вошёл Дариан, потом был Уве, дальше Мáрин и я, а вслед за нами вошли уже Ина со своей мамой. Остальные дорханцы предпочли остаться на улице, чтобы обеспечить нашу безопасность.
Когда же мы оказались полутёмной комнате, что служила кухней, я наконец-то смогла разглядеть мать Ины.
Ина была чем-то похожа на мать. У них были тёмные волосы и глаза. Но на этом их сходство, наверное, заканчивалось. У женщины кожа была темнее, и она была выше своей дочери. Но полагаю, это могло измениться. Ина ещё могла подрасти, а её кожа могла потемнеть при долгом нахождении на солнце.
— Простите, но нам нечего предложить вам, повелитель. Наше жилище недостойно такого как вы.
— Вам не за что извиняться, — тепло улыбнулся он ей. — У вас уютный дом.