Тайна Замка Ужасов

Юп опять мял пальцами нижнюю губу. 
- Еще осталась цыганка, которую вы послали предупредить нас, мистер Террил, - сказал он. - Это конечно, был ваш друг мистер Грант, переодетый в старую женщину, так ведь? 
- Правильно, мой мальчик. Когда я узнал, что вы выступаете в роли Сыщиков, я понял, что так легко вы не сдадитесь. Тогда Чарли переоделся цыганкой и принес вам мое второе предостережение. Я надеялся, что предсказание старой цыганки удержит вас от дальнейших визитов в замок. 
- Именно это вызвало мой настоящий интерес и навело на след, мистер Террил, - заявил Юп с любезной улыбкой. - Еще никто до сих пор не получал подобных предупреждений. Я счел это крайне странным, что именно мы получили его. Привидения не занимаются тем, чтобы предупреждать людей. Тогда я и задумался, что за всем этим должен стоять живой человек, который не хочет, чтобы мы приходили в замок. Потом, когда я повнимательнее изучил фотографии Боба, мне бросилось в глаза, что рыцарские доспехи в "говорящем" зале были не очень-то ржавыми, а в библиотеке почти не было пыли. После стольких лет запустения там должно было бы все проржаветь и покрыться густым слоем пыли. Однако все выглядело так, будто кто-то в Замке Ужасов тайно заботится обо всех вещах. И человек, которому все так дорого в замке, его владелец Стивен Террил. Так постепенно я пришел к выводу, что вы живы, мистер Террил. Сегодня вечером вы, конечно, одним махом перечеркнули все мои расчеты, взяв нас в плен и представ перед нами в костюмах международной банды контрабандистов. Я так думаю, вы были одним из арабов, потом восточным князем и молодой леди, а мистер Грант играл другого араба и старую цыганку? 
- Да, ты опять прав, - сказал, весело подмигивая, Стивен Террил. - Мы использовали мою большую коллекцию париков и костюмов. Я хотел хорошенько запугать вас. Я решил, что вы откажетесь от своей затеи работать Сыщиками в стенах моего замка, если встретите в Замке Ужасов не одни только привидения, но а банду контрабандистов, жаждущих мести. Уж слишком вы досаждали мне! Ну вот, пожалуй, и вся история. Есть ли еще что-то, что вам хотелось бы узнать? 
- У нас уйма вопросов! - воскликнул Пит. - Во-первых что за история с глазом, который в первый вечер смотрел на нас с портрета? 
- То был мой глаз, - сказал Стивен Террил. - Позади картинной галереи есть потайной ход, а в портрете было смотровое отверстие. 
- Но мы с Бобом тщательно осмотрели картину, - возразил Пит, - там никакой дырки не было. 
- Когда вы убежали, я повесил другой портрет, похожий на тот, - сказал мистер Террил. - На тот случай, если вы все-таки вернетесь и вздумаете проверить. 
- А синий фантом? - Пита словно прорвало. - А старый орган, который издает такие жуткие звуки? А туман страха? А призрак в зеркале? А ледяная струя воздуха в "говорящем" зале? 
- Об этом мне как-то не очень хочется рассказывать, - сказал Террил. Это все равно что заставлять фокусника раскрыть все его секреты. Но вы, конечно, вправе узнать все, если вы настаиваете... 
- Я думаю, мне удалось проникнуть в тайну некоторых ваших приемов, мистер Террил, - прервал его Юп. - Холодный ветер возникал от испарения сухого льда и поступал в "говорящий" зал через дырку в стене. Зловещая музыка - обыкновенная магнитофонная запись, пущенная через усилитель в замедленном темпе в обратную сторону. Синий фантом - скорее всего, вуаль, пропитанная светящимися красками. Туман страха - наверняка химикалии, обладающие свойствами дымиться. Вы напускали клубы дыма сквозь маленькие отверстия в стене. 
- Все именно так, мой мальчик, - признался Стивен Террил. - Я предполагаю, что ты успешно разгадал все методы и приемы таинственных феноменальных явлений в Замке Ужасов сразу же, как только догадался, что за ними скрываются человеческие, а не потусторонние силы. 
- Да, именно так, - сказал Юп. - А дух в зеркале был, по-видимому, всего лишь проекцией. Только одного я никак не могу разгадать. Как вам удавалось вызывать у тех, кто находился в замке, чувство щемящего оцепенения? 
 
- Пожалуйста, не требуйте от меня полного раскрытия моих тайн, взмолился актер. - Кое-что из моих секретов мне все же хочется сохранить для себя. Вы и так уже много чего узнали и перечеркнули все мои планы... Сейчас я хочу вам кое-что показать. Идите сюда, посмотрите! 
Он открыл дверь, через которую вошел, когда превратился из грозного Шептало в кроткого Стивена Террила. Мальчики увидели огромную коллекцию артистических костюмов - они висели по стенам, а на полках лежало множество париков. И тут же в углу нашлось место для груды больших круглых жестяных коробок, в которых хранятся кинофильмы. 
- Здесь, в этой комнате, - сказал актер, - живет Стивен Террил. Вот в этих костюмах. В париках на полках. И во всех вот этих коробках с фильмами. Они и есть мое подлинное "я". Стивен Террил - всего лишь инструмент, с помощью этих костюмов и париков он создавал странные таинственные существа и образы, доставляя миллионам людей на свете огромное удовольствие, заставляя их испытывать леденящий душу страх. Многие годы Замок Ужасов оставался для меня последним, чем я мог гордиться. В его стенах мне еще удавалось нагонять на людей страх вместо того, чтобы вызывать у них смех на экране. И все это время я постоянно совершенствовал свое искусство. Мне удалось избавиться от дефекта речи - я больше не шепелявлю. Я научился разговаривать низким, грудным голосом, вещать, как призрак, изучил женские голоса, особенности и манеру речи морского пирата, араба или китайца - многих-многих десятков других персонажей. Я мечтал о своем возвращении в кино. Но проходили годы, и фильмы такого рода, в которых я играл, вышли из моды. Теперь часто снимают фильмы ужасов только ради того, чтобы поразвлечь публику... А в старые немые фильмы, которые показывают по телевизору, специально вставляют комичные голоса и шумы, чтобы было как можно смешнее. Я же отказываюсь разбазаривать свой талант на такие дешевки. 
Мистер Террил сильно разволновался. 
Громко и часто дыша, он ударил кулаком по ладони. 
- Но теперь все для меня кончилось. Я больше не могу быть синим фантомом Замка Ужасов, да и самого замка я тоже лишусь. И Шептало я тоже не смогу дальше играть. Я просто не знаю, что мне теперь делать.