Идущий в темноте (СИ)

Тот, кого некогда звали Парис, поднялся на ноги и, скрежеща зубами, вытянулся в полный рост… чтобы светящая трещина на его животе, которую я раньше принимал за какой-то шрам или метку… раскрылась как еще одна гигантская пасть.
- ГРЯЗНОЕ ЖИВОТНОЕ! – прогремел его мощный голос. – ТЫ ПОПЛАТИШЬСЯ ЗА ЭТУ БОЛЬ!
Огромный рот, в котором клубилась тьма, раскрылся на полную, а затем из темноты в воздух выстрелили… души…
  
Глава 51. Несчастные бедные души.
 
Взрыв!
Снаряд, упавший рядом со мной, взорвался магической вспышкой, и ударная волна снесла меня с ног и отшвырнула на несколько метров назад и протащило по земле. Благодаря броне я отделался куда меньшими повреждениями чем мог заработать, но целым меня назвать трудно.
Подрываюсь под похрустывание собственных костей и, не обращая внимание на отвалившиеся ребра, зубы и костную пыль бросаюсь в сторону спасаясь от остальных сфер.
Выпущенные из огромного рта на животе они разлетелись в разные стороны и обрушились на все вокруг, взрываясь небольшими, но достаточно мощными волнами. И без того хрупкие стены покрылись трещинами, каменный пол разлетелся щебнем.
Взрыв! Взрыв! Взрыв!
Облака пыли поднимаются в воздух, и заполняюсь все пространство склада. Благодаря тому, что часть стен и крыша обвалились все эти облака, достаточно быстро рассеялись гуляющим сквозняком.
- Ха-ха-ха-ха-ха… Ха-ха-ха-ха-ха-ха!
Враг смеется, хохочет стоя посреди разрухи. Он с надрывом смеется, истерический голос с хрюкающими звуками разносится в помещении, от чего становится еще громче. Он уже избавился от жгущего и слепящего его серебра пока я не видел, и теперь мое преимущество, что продала мне Эйш, больше не получится реализовать.
- Ур-р-р-р-род, - прорычал я, скрежеща зубами.
Осквернение! 
Темная сила наполняет мои кости и сращивает трещины. Пока враг дает мне время нужно пользоваться им.
- Ты… ты… ты… осквернил эти души! – злился я, осознавая, чем именно в меня стреляли.
Это были никакие не сферы энергии или какое другое заклинание. Это были огрызки душ, искаженные, порубленные, сломленные и обращенные в наполненные силой сосуды. Он выпустил их, и те разлетелись согласно его воле и взрывались, окончательно уничтожаясь. Теперь они даже покоя в Потоке Перерождений найти не смогут.
- Ненавижу…
- Ха-ха-ха-ха… Не все могут стать свинками, - смеялся он. – Не все, даже приняв мою плоть, становятся поросятами. Те, кто не смогли теперь живут в моем животе. Смотри, сколько их!
Он снова открывает пасть на животе…
Если бы я мог, меня бы вырвало в этот момент…
Десятки несчастных душ мучались внутри этого подонка. Они страдали, агонизировали и стонали в нескончаемых муках. Если бы он сожрал их, было бы не так отвратительно и жестоко по отношению к этим бедолагам.
Его живот – это бездонная яма мук для всех несчастных, кому не повезло встретиться с ним.
Теперь, даже непонятно, что хуже обратится в свинью и стать домашним питомцем этого урода или вечные муки внутри его тела, чтобы потом стать одноразовым вместилищем для его силы.
- Мерзость… Ты – просто безумный кусок мерзости! – зарычал я. – Ты заплатишь за все!
- Ха-ха-ха-ха! Ну, так заставь меня!
Сам не знаю, почему это так выводит меня из себя, и почему я говорю все это, но смотреть на все просто невыносимо. Однако я не позволяю себе потерять контроль и поддаться ярости. Нельзя. Нужно иметь холодную голову, иначе я просто погибну.
- Бьонд, ты как? – спросил я у своего щита.
- Нормально, - прохрипел он. – Немного серебра попало в меня, и связь немного… сбивается… Мне нужно время…
- Времени у нас нет, - смотрю я на врага.
Мой последний удар все же повредил ему, рана на груди не заживает, да и ожоги на лице также не спешат быстро залечиваться. Он все же получил травмы, пусть они пока не сказываются на его боевых возможностях. Вот только это вряд ли что-то серьезное, копье просто не могло пробиться через его внешнюю оболочку и достичь уязвимого нутра.
 
«Нужно сделать удар еще сильнее. Как можно сильнее, но Агрессивная защита поглощает лишь половину силы удара, а остальная меня просто переломает. Нужно…» 
Идея в голову все же пришла, но вот получится ли её воплотить…?
Иного выхода нет, лишь пытаться. Все равно ничего умного не приходит в пустой череп.
- Бьонд, - обращаюсь я к напарнику. – Как только я скажу, используй Осквернение на полную. Только в самый нужный момент.
- Жду твоего сигнала, - щелкнул челюстью череп, на щите выплевывая частички серебра.
Те еще застряли между его зубами и тонким слоем покрывали голову. Полами своего еще сырого плаща я стираю с него блестящую пыль, а затем обтираю ей древко копья, где я обычно держусь. Это совсем мало, но, надеюсь, оно поможет. Серебро противодействует Тьме, что сейчас может очень пригодится.
А меж тем противник поднял свою шляпу и вилы. Пасть на животе теперь до конца не закрывалась, и из нее лил едва заметный бледный свет, и слышались стоны замученных душ.
- Омерзительно…
Магия Тьмы уже подлечила мои повреждения, так что я снова был готов сражаться, пускай и понимал, что сил у меня надолго не хватит. Бой нужно заканчивать как можно скорее.
Вперед!
Рывок! 
Устремляюсь на противника, а тот выпускает в мою сторону целый веер душ.
Снаряды летят все сразу в мою сторону и наводятся сами. Они стонут и кричат, пока летят, страдая от переполняющей их энергии, чтобы в итоге быть уничтоженными и забрать меня с собой.
Сближаюсь с ними, вижу, как они начали ярче светиться готовые сдетонировать, но затем резко взмываю вверх.
Прыжок! 
Подо мной взрываются сразу все сферы. Их маневренность довольно слабая, а потому готовые взорваться, они, похоже, не смогли последовать за мной.
Волна от взрыва подхватывает меня и бросает на врага.
Удар щитом! 
Отталкиваюсь от тела твари и, в кувырке, приземляюсь чуть сбоку от него.
Удар массивных вил, что желали раздробить мои кости, проходит мимо, не в силах последовать за моими движениями.
Кувырок! Перекат! Перекат!
Не самый удобный способ передвижения, но иначе погасить инерцию не получится.
Разрываю дистанцию и тут же прыгаю еще дальше, ведь поток слизи покрывает все вокруг желая обездвижить меня.
Рывок! 
Бегу в центр зала и вижу оставшийся дротик, который я тут же подбираю и вставляю в порядком потрепанный футляр.
Снова сферы за спиной и опять приходится бежать.
Враг появляется над головой и вместе со сферами атакует.
Прыжок! 
Разрываю дистанцию.
Взрыв!
Свинофермер дергается, попав в радиус действия своей же атаки, но та ему особо не навредила, лишь немного дискомфорта доставила и подняла облако пыли.
- Пфы, - фыркнул противник, сердито смотря на меня пока облако пыли рассеивается. Видать эти догонялки его уже порядком раздражают. – Гадкая свинка…
Пора приводить план в исполнение.
Подаю сигнал Бьонду готовиться.
- Ты смотришься жалко, Парис, - произнес я его имя, заставив свина вздрогнуть. – Когда-то ты был великим Пожирателем, с потенциалом к могуществу, а сейчас… жалкое зрелище…
- Заткнись… - заскрежетал он зубами.
- Имя Париса Златоглаза внушало страх, а сейчас он просто никому не нужный уродец, что возится со свиньями.
- Заткнись!
- Думаешь, если ты сделаешь вокруг всех, такими же мерзкими, как и ты, твоя харя будет смотреться лучше?! Ты сам себе противен, признай это!
Да, увидев его в действии, я, наконец-то, понял, почему он стал таким. «Ты – это то, что ты ешь», не так ли? Я вначале подумал, что его прозвище было по цвету глаз, но все не так.
 
Жадность до злата. Скупость. И прилагающееся нежелание тратить деньги на еду получше.
Пожиратель, который даже достигнув вершин, поглощал слишком много животного мяса и в результате сам стал полуживотным. И, не будучи способным принять результат, он пожертвовал всем, чтобы попытаться его исправить. Но ничего не получилось.