Тень красавицы (СИ)
На работе всё пошло в обычном режиме. Мей и Пейджи немного расспрашивали о поездке, а Джиан Ли сразу завалил работой. Я предупредила, что не буду продлять свой контракт и менеджер немного злился на меня из-за этого. Ли давал мне неподъёмные задания. А, когда я попыталась отбрыкиваться, говоря, что это выше моей компетенции, объём работы больше моих физических возможностей, противный менеджер даже вспомнил слова астрофизика Стивена Хокинга «Какой бы тяжелой ни была жизнь, всегда можно сделать то, что получится».
Оставалась неделя до окончания моего контракта, когда я опять одна на всё огромное помещение, сидела за очередным заданием Ли, поздно вечером. Послышались шаги, я обернулась. Ко мне подходила Наташа.
- Я пришла поговорить. – тон Наташи был деловым.
- Ну, говори. – ответила я, тем более, рот я ей всё равно не закрою.
-Отстань от моего жениха. Эта связь затянулась. Он слишком увлёкся тобой, и мне это не нравится.
- Мало ли что кому не нравится…
- Сколько ты хочешь за то, чтобы уехать? Я выяснила, твой контракт заканчивается через две недели. Я хочу, чтобы ты не продлевала его. Конечно, ты получишь компенсацию.
- Я не буду продлевать свой контракт. - спокойно так говорю.
- Умница. Так сколько ты хочешь? - Наташа даже вздохнула с облегчением. Рано.
- Я не расстанусь с Мишей. - снова я - само спокойствие, даже чуть улыбаюсь.
- Ты собираешься быть его содержанкой? Или надеешься, что он на тебе женится? Не будь наивной! Там, где большой бизнес, на ком попало не женятся. Женитьба – это важная сделка, договор о партнёрстве. Подразумевается, что партнёры равны, и привнесут в общее дело свою часть капитала. Какой у тебя капитал, нищенка? Ты знаешь из какой ямы только что выбрался Михаил? Моя семья помогла ему. Девочка, брось тешить себя иллюзиями! Наши семьи партнёры и наши с Мишей родители давно планируют свадьбу. Хватит уже быть наивной, бери деньги и улетай в свою Рашу!
- Какой длинный монолог и всё зря. Нет. Я останусь наивной, буду тешить себя иллюзиями. Мне так больше нравится. Иди с Богом, Наташа. И мне домой пора. Миша будет сердиться, что я опять засиделась так долго.
И тут эта ненормальная высокомерная сучка вцепилась мне в волосы. Я завизжала и чисто автоматически сделала то же самое. Вспомнилась её голова у ширинки Миши…Мы остервенело таскали друг друга за патлы, что-то кричали, бились бёдрами о столы. С грохотом перевернулось офисное кресло. Мы вращались кругами, как водоворот, в центре которого были наши расхристанные головы с раскоряченными пальцами соперницы в волосах. Когда, тяжело дыша, мы остановились друг напротив друга, не знаю, как выглядела я, но Наташа была похожа на всколоченную ведьму, её левую щёку наискось перечёркивала длинная кровавая царапина.
- Уничтожу! – прорычала Наташа и, развернувшись, быстро ушла, чуть припадая на одну ногу.
Я ошалело осмотрела место «боя». Рассыпанные офисные причиндалы, далеко отлетевшее кресло кверху колёсиками. Хорошо, хоть, техника не пострадала.
Убирать не буду. Нет сил. Взяла сумочку поплелась на выход. Не знаю, выходила ли уже Наташа, но я точно произвела на охранника впечатление. Сегодня дежурил парень с очень узкими глазами, просто одни щёлочки. Так вот, сегодня у него глазки открылись.
Когда пришла домой, сразу пошла в душ. Миша что-то кричал из спальни, но сейчас я почему-то сердилась не на Наташу, а на него, поэтому не ответила. Посмотрела на себя в зеркало, оценила потери. Кожа головы болела так, что мысль, о том, что надо бы причесаться вызвала невольную дрожь. Ладно, волосы так пока оставлю. Лицо чистое. Вспомнила царапину на Наташином лице и довольно улыбнулась. А вот тело… Синяки начали проявляться чуть ли не везде, большие и маленькие, некоторые, довольно болезненные.
После душа в спальню вошла голая и лохматая.
Миша начал было недовольно выговаривать что-то по поводу позднего возвращения домой и затих на полуслове. Подхватился, кинулся ко мне.
- Что случилось? Тебя изнасиловали?
- Если бы… с невестой твоей, Наташей, с которой вам родители давно свадьбу готовят, в офисе разговаривала. Вот и задержалась немного.
Миша удивлённо посмотрел на меня потом хмыкнул, один раз, другой, потом расхохотался в голос. Так обидно стало… Оттолкнула руки, которые он ко мне протягивал, легла молча, отвернулась, слёзы сами на глаза навернулись. Миша осторожно подлёг сзади и бархатным, с отголосками веселья, голосом спросил:
- Она хоть жива осталась или мне поехать спрятать труп?
- Жива… к сожалению. - я помолчала и, не удержавшись, спросила - Она правда твоя невеста?
- Ну что ты такое говоришь, Синеглазка? Как у меня может быть невеста, если я женат? У меня есть же-е-на-а. Самая красивая на свете... самая сексуальная... самая вкусная...
С этими словами Миша начал нежно целовать мои синяки, руки успокоительно поглаживали спину. Потом, незаметно, его поцелуи перестали быть нежными, стали жадными, а поглаживания уже не успокаивали, они возбуждали, касаясь самых чувствительных местечек. Разбуженная агрессия ещё бродила во мне и сделала меня непривычно смелой. Поэтому, я повела этот секс поединок, и Миша позволил мне, разрешил быть сверху, чего, заметила, не любит, и мне даже удалось куснуть его хорошенько пару раз.
- Просыпайся, грызун! На работу опоздаешь! Я ушёл. - Миша потеребил меня за ногу и быстро ретировался.
Хлопнула входная дверь. Терпеть не могу, когда меня будят, начинаю хныкать, уговаривать на «ещё пять минут», но только в том случае, когда есть кому. Когда некому, приходиться вставать без капризов.
Эх! Я встала и смачно потянулась. Ещё десять дней поработать и буду спать сколько влезет. Голубая мечта - не работать, ходить по салонам красоты и магазинам с одеждой. Я же теперь - жена состоятельного бизнесмена. Что там они ещё в фильмах делают? С этими, не совсем благородными и достойными мечтами, я собралась и побежала на работу. Самое досадное, что, кроме магазинов и салонов красоты, мне никак не вспоминались чем занимаются женщины, которые замужем за действительно богатыми мужчинами. Я так сильно задумалась, припоминая все просмотренные фильмы, что не заметила, как почти дошла до работы. Вот надо было с бабулей сериалы смотреть, там всё это с подробностями было, на сотни серий. Кто ж знал, что мне может пригодиться...
Внезапно, высокий каблук, а из-за Миши я в последнее время носила только модельную обувь на каблуке, подвернулся прямо на переходе через дорогу и я, со всего маха, больно шмякнулась на пятую точку с наклоном на, уже и так ушибленное во вчерашней драке, бедро. И, в это же время, в миллиметре, ну, мне так показалось, от моего носа промелькнул чёрный бок автомобиля. Людям со стороны показалось, что меня сбила машина. Я, как сирена, взвыла от боли, собиралась толпа любопытных, ко мне уже бежал полицейский.
Машина, которая чуть не наехала на меня, не смогла скрыться, потому что врезалась через несколько метров в другую, и я увидела, как открывается дверца и из машины, навстречу уже двум, невесть откуда взявшимся, полицейским поднимается… Наташа.
Я позволила увезти себя на скорой в госпиталь и осмотреть. Правда, я думала, что бедро поломано, так больно, и синяк ещё больше стал, но оказалось только ушиб. Огромный вчерашний, и плюс свежий, синяк на бедре и подвёрнутая нога были зафиксированы в протоколе наезда. В больницу прилетел обеспокоенный Миша. На ногу мне наложили фиксирующую повязку и дали рекомендации не наступать целую неделю.
Между делом, выяснилось при осмотре, что я ... беременна.
Так я стала той самой "женой богача" на десять дней раньше: спи не хочу, только без салонов красоты и магазинов.
На следующий день после «наезда», а про каблук я не призналась, злость на Наташу помешала, с утра, у меня появилась сиделка. Она не просто ухаживала за мной, эта Горгона следила, чтобы я не вставала с постели. Если в день, когда Миша забрал меня из госпиталя, он носился со мной, как с писанной торбой, и я просто купалась в его нежности и заботе, то на следующий день он уехал в очередную командировку, а я осталась один на один с Горгоной. Китаянка, реально сильная баба, она буквально физически не позволяла мне покидать постельный «квадрат». Мне приходилось пользоваться уткой! С простым растяжением! Вместо душа, меня обтирали влажной тканью! На третий день готова была взвыть и с тоской и нежностью вспоминала Джиан Ли и работу, что ещё недавно казалось абсолютно невозможным.