Тень красавицы (СИ)
Здесь нас и нашёл Максим.
- Кисонька, пошли, отвезу тебя домой. Сегодня на улице ещё противнее чем вчера, а ты простывшая - на Соню Максим даже не посмотрел, а она спала с лица, улыбки словно не было никогда.
Соня буквально ела глазами Максима, и этот взгляд так много мне объяснил.
- Это он? - кивнула я Соне в сторону парня.
Максим соизволил бросить взгляд на мою недавно образовавшуюся, и пока единственную, подругу.
Его губы изогнулись в презрительной улыбке:
- Что эта подстилка тебе наговорила?
Мой мозг заработал в лихорадочном темпе. Как не навредить Соне?
- Только то, что ей очень нравиться один парень. Но она его не назвала. А сейчас она побледнела сильно, и я предположила, что это ты. А почему ты так обзываешь мою подругу? - уже для окружающих возмутилась я, - она, как и я, девственница!
Пришлось соврать про Соню, но это того стоило. Подруга зарумянилась. А Максим хмыкнул.
- Ладно! Пошли, - он взял меня под локоть, поднимая.
Я сразу пошла, наскоро попрощавшись с Соней. Не стоило больше привлекать к нам внимания. Но для себя я твёрдо решила - с Максимом у меня ничего не будет.
Прошёл месяц.
Тяжёлый, изнурительный месяц моей осады. Чем сильнее я отгораживалась от Максима, тем сильнее он напирал.
Он использовал всё: цветы, подарки, походы во все заведения города.
Цветы я ставила в вазы. Подарки, которые он приносил, одевал на пальчик или в уши, вешал на шею -аккуратно складывала в коробку, снимая при первой же возможности, и никогда не одевая снова. Запакованные подарки - даже не распаковывала. Однажды, разгуливая без спросу по моей квартире, куда он входил как к себе домой, сделав дубликат ключей, Максим обнаружил в кладовке угол с подарками.
- Почему? - только и спросил, внимательно глядя на меня.
- Ты не даёшь мне возможности не взять подарок. Мне остаётся только возможность вернуть всё, как только тебе надоест возиться со мной. У нас с тобой ничего не будет. Ты мне просто не нравишься, - я отвечала максимально честно, но нотка истеричности в голосе присутствовала. Я уже очень устала от Максима.
глаза вмиг потемнели и в них мелькнуло что-то дикое и страшное. Максим резко развернулся и ушёл, сильно грохнув входной дверью. Даже немного что-то посыпалось по стене, с едва слышным в абсолютной тишине шорохом.
Вчера я узнала про новый ужас: на нас стали делать ставки.
Основной предмет на кону - моя девственность и когда я её потеряю с Максимом. Ставили и на то, по доброй воле я это сделаю или Максим плюнет на мои выбрыконы и возьмёт так.
Мне рассказала эти новости Соня. Она не обижалась из-за того, что ко мне клеился отец её будущего ребёнка.
- Настенька, у меня к Максиму любви нет, не переживай. Он же просто ситуацией воспользовался. А я из-за отрицательного резуса аборт делать боюсь. «Теперь, когда папа нашёл выход, со мной всё хорошо будет», - говорила мне Соня, когда мы сидели у меня дома на кухне.
Кстати, я предложила Соне жить у меня.
- У меня тебе будет легче скрывать беременность. И с занятиями я помогу. А мне веселее с тобой, чем одной, - уговаривала я её, когда она ещё сомневалась, нужно ли ей переезжать из общежития в мою квартиру.
Максим был очень недоволен, но ничего не мог сказать. Когда он приходил, Соня всегда пряталась в спальне.
Во время наших с Максимом хождений по барам и ресторанам, иногда нам случалось встречать его друзей и знакомых.
Я, кстати, не горела желанием проводить время в этих шикарных точках общепита, но мне приходилось идти туда, куда Максим желал меня сводить, чтобы поразить моё воображение. Он буквально насильно тащил меня за собой, не слушая никаких возражений и доводов. Я упорно одевала в эти походы свою скромную серую одежду, но парень, казалось, не видел или не замечал насколько сильно я не хочу ему нравиться.
Однажды, в баре при ночном клубе нам встретилась его сестра. Пренеприятная особа оказалась. Она приблизительно моего возраста, простые черты лица, но облила меня ведром презрения и, на ходу сказав пару слов Максиму, о том, как сильно у него испортился вкус, двинулась дальше в сопровождении двух парней, настоящих амбалов, наверное, её охрана. Я так подумала, потому что внешний вид у её парней был, как у телохранителей.
А сегодня, сразу после пар Максим зашёл за мной прямо в аудиторию.
Я тяжело вздохнула - это закончиться когда-нибудь уже?
Завистливые вздохи одногруппниц провожали нас к выходу. Сони сегодня со мной не было. Она поехала на плановый осмотр к гинекологу, на другой конец города.
В машине Максим молчал, и я радовалась этому. Очередных разборок не хотелось. Отношения между нами достигли точки кипения: ему надоело ухаживать, а я всё ещё не собиралась уступать.
Задумавшись о своём, я не сразу заметила, что мы едем не ко мне домой. По спине прошёл холодок нехорошего предчувствия, сердце ухнуло в пятки. Смелостью я никогда не отличалась.
- Максим? Могу я спросить, куда мы едем? - робко поинтересовалась я.
Что-то в поведении парня настораживало.
- Покажу тебе свой дом, - глухо ответил Максим, даже не повернувшись ко мне.
Следующие минуты потекли в полной тишине. Я лихорадочно обдумывала, чем мне эта ситуация грозит.
Дом Максима оказался огромным. Он с явным удовольствием и неприкрытым любопытством наблюдал за моими впечатлениями. Усадьба была окружена забором, с охранником у автоматически открывающих ворот. Крутизна.
Максим явно был горд, показывая мне своё шикарное жилище.
В большой гостиной убиралась пожилая женщина.
- Пошла отсюда, - меня покоробил барский и неуважительный тон парня, но предпочла промолчать. Мне стало страшно.
И всё же, с любопытством рассматривала комнату: большая, светлая, вокруг дорогая деревянная мебель, явно сделанная под заказ. На одной из стен - огромная плазма, на других висят картины.
- Можешь осмотреться пока, а я прикажу принести нам кофе или ты хочешь поесть? - проявил радушие Максим.
- Нет, кофе достаточно, - быстро ответила я.
Максим сильно нервничал и вместе с ним начинала нервничать я. Мне интуитивно не нравилось то, что происходило и хотелось тупо сбежать.
Максим быстро вернулся с двумя маленькими чашками на блюдцах.
Я, чтобы скрасить неловкость, стала быстро пить. Чашечка почти сразу стала пуста.
Максим не сводил с меня внимательных глаз. Таращится, надоел.
Мамочки! Что-то случилось. Меня немного повело, пустая чашка едва не выпала из ослабевших рук. Я укоризненно посмотрела на парня.
Максим ловко принял посуду и тут же, оставив её на низеньком столике, подхватил меня на руки и понёс наверх, на второй этаж.
Краем сознания я отмечала, что меня несут на руках и укладывают на огромную кровать. Вялыми непослушными руками я пыталась оттолкнуть от себя Максима, но он уже стащил с меня джинсы, я даже не заметила, когда, и теперь снимал пуловер. Он оставил его запутавшимся на руках над моей головой, чуть придерживая одной рукой, второй рукой Максим придержал лицо, чтобы не отворачивалась и присосался к губам.
Жадные поцелуи быстро покрыли лицо и стали спускаться вниз по шее, рука легла на грудь, отодвигая чашку бюстгальтера и доставая упругое полушарие. Господи, неужели он меня сейчас изнасилует?
Вдруг, заиграла мелодия телефона. Максим скосил глаза и нехорошо выругался. Злющий, он рывком схватил телефон и быстро вышел из комнаты, уже вежливо приветствуя неведомого собеседника.
Спасибо за шанс, Боже!
Я неловко скатилась с кровати на пол, выпутала руки и глупо бросила пуловер на пол. Как была, в трусах и лифчике, вышла на балкон.
Осень. Пол на балконе был ледяным. Сам балкон опоясывал этаж полукругом. Я, словно пьяная, прошла до следующей двери и попала в другую комнату. Меня прилично шатало и в голове было неясно, но обжигающий холод всё же немного привёл в сознание.
Эта комната была явно женской: огромное зеркало над тумбочкой, на которой стоит приоткрытая шкатулка с украшениями, мягкий пуф рядом.