Плетеная сказка (СИ)

— Примерно так, есть четыре смежных с Полозом описанных в легендах нечистика, но поведение нетипично и для них, — отрапортовала Ленка на мой вопросительный взгляд.
— Значит готовимся и идём беседовать, — заключил я. — И денюжки готовьте, — озвучил я.
— Тысяча вас ждёт, Кащей. И должен предупредить: максимум, что Щебинка может выделить — пятнадцать тысяч. Поверх тысячи.
— Учту, хорошо, что предупредили, — кивнул я.
Вернулись мы к Траку, затеяли совещание, на тему что делать-то? Ну, точнее, как выяснять, что делать.
В итоге, пришли к такому выводу: Ленка летит на доске, за пару километров от полоза производит кащееметание, и ожидает на высоте километра и не ближе километра.
— Я бы вообще тебя к нему не подпустил, Лен. Он маг, это неприятно. Но чёрт знает, что будет, так что твоя поддержка может быть критически важной. Обматеришь болт и воткнёшь паразиту в бороду — и такое может понадобится. Но если что — беги в Трак, не геройствуй!
— Хорошо, папа Кащей! — развредничалась Зелёнка.
Собрались, полетели. Долетели спокойно, я отцепился и шмякнулся в лесу и тут же оказался буквально погребён кучей… духов. Это были ни черта не змеи, даже не метазвери! Множество духов, столь энергонасыщенных, что они обретали «плоть».
Ну и фиг с вами, заключил я, врубая «духорубку». А через секунду эти змеедухи просто разбежались. И навалилось внимание, причём источником его был прекрасно ощущаемый Полоз.
— Хорош пыриться, — озвучил я. — Говорить иду, скоро буду.
Ощущение внимания не пропало, но значительно «полегчало». Ну а я потопал по лесу к змеюку. Ленка поднялась на полтора километра и отслеживала сверху, транслируя картину поляны. На поляне стоял ломаный ствол — то ли молния попала, то ли ураган. А вокруг ствола обвивался здоровенный змеюк. С человеческой, бородатой башкой. Но прочих деталей Ленка не различала — обматерённая доска, одежда, какие-то пусть не сильные, но «профильные» духи скрывали её от внимания нечистика. Успешно, судя по тому, что он оглядывался, меня поджидал, но на неё не зыркал и небывальщиной в её адрес не фонил.
В общем, выхожу я на поляну, там всё как Ленка и транслировала. А вот рожа с золотой шевелюрой и бородой, очень такая… заносчивая и ехидная, в одном флаконе.
— Что надо, гость незванный? — прогудел змеюк, как труба, покачивая башкой на шее.
— Поговорить.
— Говори. И представился бы.
— Кому? — ухмыльнулся я.
— Полоз я, — бросил Полоз.
— Кащей я, — хмыкнул я.
— Не признал, богатым бу… кхм, — замялся Полоз. — На кой припёрся, Бессмертный?! — довольно агрессивно выдал змеюк.
А я прикидывал исходы возможного конфликта. И не очень они мне нравились. Полоз был «немёртвым», то есть не обладал характеристикой «жизнь», как и джинн. Малахитница посильнее его, да и часть Леших и Водяных. Но вопрос в том, что он был магом, то есть не ограничен «сила на силу». Хотя огненный меч может его расчленить, это точно. Но вот уничтожит ли — вопрос. Химера гадская, посетовал я — ну реально куча ощущаемых свойств, противоречивых и непонятно, что даст на выходе.
Так что лучше с ним силушкой не мериться. Ну это и так было понятно, но сейчас понятность стала фактурнее, хех.
— Про золото поговорить, Полоз, — озвучил я.
— МОЁ!!! — громыхнул Змеюк, так что аж деревья пригнулись.
— И незачем так орать. Я и так прекрасно слышу.
— Пуда два… три отжалею, — страдал Змеюк. — Забирай и убирайся!
— И на кой мне золото? — заинтересовался я.
— Сам же сказал — золото надо!
— А у тебя уши есть? — поинтересовался я.
— Есть.
— А чистить не пробовал? — заботливо поинтересовался я.
— Глумишься?! Учти, Бессмертный, я ссоры не хочу…
— Значит, не пробовал, — заключил я. — Я пришёл говорить про золото. Мне оно нахрен не нужно, — задрал я нос и оброс короной.
Полоз на это башкой помотал, посмотрел на меня с разных сторон, похмурился.
— Говори, что хотел, — наконец, выдал он.
— Ты почему людям золото не даёшь добывать? — поинтересовался я.
— Потому что оно моё!
— Жадина какой, — посетовал я. — Раньше же не мешал. Ну, в общем, по мелочи-то гадил.
 
— Раньше людишки со мной рассчитывались! Золото — сила моя! И платили по совести!
— Душами, что ли? — хмыкнул я, на что Змеюк закивал.
— Лен, может ли, что смерти за золото — шли этому змею как жертва? — оттекстил я.
— В процессе добычи или после? Хотя и так итак — теоретически, могли. И, учитывая его разные аспекты — его «доброта», с наделением золотом, могла быть методом взимания жертвоприношения впоследствии, — появилась надпись Зелёнки.
— А золото само по себе ему даёт приток сил, как «хозяину».
— Похоже на то, Кащей.
Неприятный расклад, блин. Видимо со змеями Полоз выступает как «хозяин змей» и вменяем. Впрочем, с золотом он тоже вменяем — просто не видит «выхлопа» с добычи, как раньше, когда каждый грамм золота был оплачен кровью, а, точнее, душами ему в жертву. И не удивлюсь, если на Урале Щебинка — вообще единственное место золотодобычи. Оно не лишнее, используется, но не критически нужно.
— Не будут людишки за золото помирать, — озвучил я.
— Спасибо, просветил, Кащей Мудрый, — ёрнически поклонился змеюк. — И отдавать им не буду. Какая мне в том корысть?
— А просто им сказать не мог? — кисло уточнил я.
— Обойдуться, — ехидно ответил Полоз. — Меня развлекают, копошаться. До чего мир докатился — людишки за золото не мрут! — возмущённо прошипел гад.
— И не говори, никому особо твоё дурацкое золото не нужно, — покивал я.
— А сам-то над чем чахнешь? — возмутился Полоз.
— Ни над чем, — ехидно ответил я. — А золото мне твоё даже на нужник не сдалось.
— Тьфу! — сплюнул Полоз. — Поговорил? Вот и ступай себе, ехид Бессмертный!
— Ну и хрен с тобой, — махнул я лапой, разворачиваясь.
— Только развлеки меня сначала, Бессмертный, — злобно прошипел Полоз. — Поединком магическим, а то скучно.
— Не расплатишься за развлечение, — развернулся я, улыбаясь, хотя внутренне напрягаясь.
— Уж расплачусь. Ослаб ты, да поглупел! — шипнул змей.
И в этот миг из земли молнией метнулась змея из золота, целящая мне в грудь. Порвала, сволочь такая, кожанку, проходя сквозь разошедшиеся тросы.
— От весело-то, — приговаривал гад. — А вот так?
И обрушил на меня воздушные вихри. А я только и оттектил Ленке «не вмешивайся, жди!» и занялся фигнёй. Золотая змея меня пыталась то раздовить, то ударить, что бессмыслено. Впрочем и я с ней ничего сделать не мог — ну царапалось и гнулось золото неплохо, но толку-то?
А Полоз, скотина гадская, ликовал подло и всякую пакость магическую на меня рушил. Пока без толку, но пробовал разные варианты воздействия. И с чего он так раздухарился, скотина гадская? Впрочем — похрен, надо его угомонить, возможно и насмерть.
Рукоять меча я заранее заныкал в груди, стал пробовать к гаду подобраться — без толку. Магичит и золотой змей отбивается гад.
— Лен, вспышку, поярче, Полозу в глаза! — оттекстил я.
И стал ждать, уворачиваясь. Потому что обратной связи с Зелёнкой толком не было — постоянно на тросы распадаться приходилось.
И, наконец, почувствовал я от рогатки отклик. Распрямил тросы, бросаясь к Полозу. Золотая змея остановить меня не успевала, в полёте встретила стена огня, выпущенная видимо от неожиданности. Ну и пролетел я её без потерь, шмякаясь на башку полозу и оплетая её.
За долю мгновения задумался, и воткнул тросы в глазницы Полозу. И выдрал голубой алмаз, заменявший твари левый глаз.
— А-А-А-Р-Р-Р-Р-С-С-С-Ш-Ш!!! — издал жутко громкий хрен знает как называемый звук Полоз. — Победил ты, Бессмертный, победил!
— А то я не знаю, скотина ползучая, — довольно отметил я. — Убивать тебя, гада, толку нет. Но вот виру возьму. Сейчас второй выковыряю — бокалы сделаю. Или просто в замке оставлю.
— Пощади!!! Не лишай света белого!
— Вот ты как зашипел, — отметил я. — А я предупреждал — не расплатишься за развлечение? — напомнил я. — Вот и не расплачиваешься. Я сам плату беру.